Аллигат 2 (СИ)

Только бесстрастное молчание мужчин, их пристальные и настороженные взгляды говорили об обратном: никто из них ничего не станет с ней обсуждать. Всё хорошо. Она там, где нужно: рядом со своим мужем. Как и положено законной жене.
Вот только её это не устраивает. Всё изменилось. Если раньше она была виновной стороной, то вновь открывшиеся обстоятельства изменили положение вещей. Что есть у виконта против неё? Анонимные письма и признание за её подписью, полученное под давлением? А у неё есть прямые доказательства его длительной супружеской измены. Отрицать сей факт с его стороны будет верхом непорядочности.
Ольга свысока посмотрела на Стэнли.
Интересно, что скажет на этот счёт граф Малгри?
*** 
Напрасно она беспокоилась. Сразу же после ленча его сиятельство распорядился:
— Жду вас в библиотеке через двадцать минут, — и вышел.
Ольга поспешила уйти следом. Оставаться наедине со Стэнли она не хотела. Да и он не выказывал большого желания.
Она не стала проявлять несдержанность и топтаться под дверью библиотеки в ожидании аудиенции августейшей особы. Вернулась в будуар. Волновалась. Руки заметно дрожали.
Вошла Бертина с розами в вазе.
— До чего ж красиво, — улыбнулась она, пристраивая букет на каминную полку. — Вам горячую ванну на ночь приготовить?
— Пожалуй, — не отказалась «виконтесса», поглядывая на часы. Стрелки неумолимо приближались к назначенному времени встречи.
Посмотрев на себя в зеркало, Ольга поправила волосы и вздёрнула подбородок. Проходя мимо шкафа, сказала Бертине:
— Верни стул в холл.
Библиотека показалась маленькой, больше похожей на просторный кабинет для одного человека. И стол здесь был один: большой и широкий. На нём бювар, настольная лампа, вытянутая фигурка сидящей кошки из серебра с глазами-изумрудами. Единственная массивная книга в чёрном, сильно потрёпанном кожаном переплёте, судя по всему очень старая, перевёрнута лицевой стороной вниз. И стремянка не такая основательная, как в поместье, а лёгкая, в виде лестницы, движущейся по направляющим, проложенным вдоль шкафов с книгами. И пахнет здесь иначе: мятной свежестью и прохладой, кожей и деревом. Пахнет новыми книгами.
Ольга пробежалась глазами по книжным полкам, занимающим две стены. Так и есть, сплошь издания в твёрдых переплётах с разноцветными корешками. Вернулась к фолианту на столе. Подмывало перевернуть его, узнать, что в настоящее время занимает мысли лорда Малгри.
Мартин предложил леди сесть в одно из кресел у окна.
Стэнли стал сбоку от жены.
— Оставь нас, — глянул граф на виконта.
Ольга ждала. От волнения пересохло в горле. Она смотрела на свои руки, сложенные на коленях.
— Не стану ходить вокруг да около, — развернул его сиятельство соседнее кресло и сел напротив Ольги. Глаза его полыхнули зелёным огнём. — Расскажите мне вашу историю: откуда и как вы попали сюда. Как мне вас называть. Хочу о вас знать всё.
Всё? — опешила Ольга от неожиданности. Зачем ему? Разве это сейчас главное? Посмотрела на мужчину напряжённо:
— Я не для этого здесь. Что бы я вам сейчас ни рассказала, это не имеет значения. Я в теле Шэйлы, а значит, формально остаюсь женой вашего сына, который…
— Я знаю, что произошло. И знаю, как вы себя чувствуете.
— Не знаете, — покачала она головой. — Я не жена вашего сына. Я не люблю его. Не я принимала его ухаживания и не я выходила за него замуж. Меня не предавали. Я могу лишь догадываться, что может чувствовать жена к изменнику-мужу. Не знаю, любила ли Шэйла вашего сына и знала ли о его неверности, но, думаю, находись она на своём месте, ей было бы намного хуже, чем мне.
— Именно это я и имел в виду, когда сказал, что знаю о ваших чувствах. Вы ведь… — граф подвинулся к леди и взял её за руки, — признались мне, что хотите быть со мной.
Ольга выдернула руки и отклонилась от мужчины: как же давно это было!
Мартин поймал её взгляд:
— Я люблю вас и хочу всё изменить, — снова заключил её ладони в плен своих рук. — Стэнли разведётся с… Шэйлой как можно быстрее. Мы уедем из Британии. Вы станете моей женой.
 
Ольга задохнулась от подступившего удушья. Его близость тревожила. Острый запах сладкой вяленой вишни напомнил об их последнем поцелуе: страстном, жгучем и… прощальном.
Где он был раньше? Тогда, когда оттолкнул её от себя и вынудил пасть в объятия другого? Когда она билась словно птица, попавшая в силки, не видя другого выхода? Когда металась в поисках правильного решения и всё равно ошиблась? Когда покорилась своей участи, взвалив чужую непосильную ношу на свои плечи.
Поздно! — кричали её глаза.
Поздно, — обмерло сердце.
Ольга судорожно вздохнула и потупилась. Сейчас… Она скажет всё сейчас и её душевные муки закончатся.
— Я… — голос охрип. Она вытащила ладони из захвата его рук. Сглотнула ком в горле: — Я не люблю вас, — не смела поднять глаза на графа.
Он откинулся на спинку кресла. Его прищуренный взор застыл на её лице:
— Нет, — дёрнулся уголок губ. — Не верю.
«Виконтесса» глянула на мужчину дерзко, без колебания. Он отпустит её! Должен отпустить! Поспешно выпалила:
— Я никогда не любила вас. Ни вас, ни тем более вашего сына, — чувствовала, как стынет кровь, как озноб прошивает тело колючей изморозью. — Я хочу лишь одного: скорейшего развода.
Мартин тяжело втянул носом воздух, задержал его в лёгких, медленно выдохнул. На лице застыла маска. Он встал и прошёл к столу, упёрся руками в столешницу, навис над ней. Глаза впились в чёрную книгу, лежащую перед ним.
Ольга пыталась рассмотреть фолиант. Похожий на большую растерзанную чёрную птицу, он притягивал взгляд.
Заметив её интерес к старинному изданию, граф выдвинул ящик стола и переместил в него книгу. Мелькнула золочёная пентаграмма. Скрипнул задвинутый ящик.
— Значит, вам нужен развод, — в раздумье повторил он слова женщины. — Чтобы жить одной? Ответьте мне: вы сможете жить одна той жизнью, к которой привыкли?
— Вы не знаете, к какой жизни я привыкла, — отбила она удар.
Её выпад пропустили мимо ушей.
— Кто защитит вас? Кто опекал вас, когда вы подверглись нападению и остались без цента в кармане? Лишь по случайности вы не лишились жизни.
Ольга насторожилась: о чём ему известно? Вспомнила, как Стэнли обмолвился, что искал её. За ней шли по пятам? Однако нет худа без добра! Случайная встреча как нельзя лучше разрешила вопрос с разводом в пользу виконтессы.
Она молчала. Упорно избегала встречаться с мужчиной взглядами.
Мартин прошёл к ней и сел в кресло напротив:
— Маркиза Стакей вернула Барту Спарроу закладные листы. Те самые, которые были похищены у вас. Об этом можете не беспокоиться.
Ольга вскинула на мужчину полные боли и слёз глаза:
— Но как такое возможно? Он же отплыл в Америку… тот бандит.
— Джекоб Чандлер. Это он? — уточнил: — Кучер, который увёз вас от вокзала, когда вы сбежали от меня.
«Виконтесса» кивнула, и он продолжил:
— Он найден мёртвым. При нём также были найдены закладные листы, принадлежащие Барту Спарроу. Вы знаете, что барон ищет вас? За что вы ударили его? Почему подписали признание в измене лорду Хардингу? Он вас принудил? Как закладные листы оказались у вас? Почему вы сбежали от меня? — сыпал он вопросами.
Ольга молчала.
Мартин, не спуская с неё глаз, настойчиво допытывался:
— Вследствие вышеизложенного, я хочу услышать ответ на мой главный вопрос: кто защитит вас от домогательств барона?
Она закрыла лицо руками. О том, что причиной подписания бумаг стал шантаж, говорить ни в коем случае нельзя. Набрала воздуха в лёгкие и с отчаянной решимостью выдохнула:
 
— Хватит учинять допрос! Всё, что произошло между мной и бароном Спарроу — наше личное дело.
— Вы ошибаетесь, леди Хардинг, — подчеркнул он её принадлежность к графскому семейству. — Пока вы жена моего сына — я несу за вас ответственность. Вы пробудете в стенах этого дома столько, сколько потребуется.