Аллигат 2 (СИ)

— Спасибо, миледи, хорошо. Она в поместье.
Он скосил глаза на кого-то в коридоре, уходящего в сторону кухни. Тихо сказал:
— Позови Бертину.
Ольга смотрела на дворецкого сквозь зеркало, дивясь его невозмутимости. И этот мужчина беспокоился о ней? Не верится. Пригладила непослушные, рассыпавшиеся по плечам волосы, поправила чёлку, расправила подол платья и… поджидала. Хозяина дома.
Со стороны кухни показалась молоденькая горничная, уже знакомая Ольге. Она помнила, как та помогала ей собираться, как искренне огорчилась отъезду хозяйки.
— Миледи, рада видеть вас, — сверкнула она глазами.
Подхватила её шляпку, перчатки, ридикюль. Во все глаза смотрела на женщину.
— Всё хорошо, Бертина? — улыбнулась ей Ольга, мысленно благодаря Траффорда за подсказку.
В этот раз «виконтесса» уверенно шла в комнату Шэйлы. До ленча полчаса. Она успеет привести себя в порядок.
Комната выглядела тёмной и неуютной. Тот самый стул, прихваченный в прошлый раз в холле по её указанию, стоял у шкафа. Мебель, изготовленная в стиле барокко и призванная радовать глаз своей воздушностью, создавать атмосферу уюта и гармонии, вызвала недовольство большими формами и скученностью. Обстановка угнетала, давила. Унылая погода усугубляла дурное настроение. Болела голова.
Ольга подошла к окну и раздвинула портьеры. Глаза обследовали ухоженную лужайку с роскошными розовыми кустами и высокими тонкими деревцами причудливой формы, метнулись на неприступную стену ограды. Клетка.
Бертина открыла шкаф:
— Миледи, какое платье подать вам к ленчу?
Ольга прошлась взглядом по просторным полкам. Медленно, сверху вниз провела рукой по рыхлой стопке платьев. Доверилась тактильным ощущениям.
— Это, — остановила выбор на мягком бархатном платье цвета молочного шоколада с широким золотистым кружевом у горловины и на манжетах.
Заглянула в туалетную комнату. Оценила ватерклозет и белоснежную ванну с водонагревателем и умывальником. Приятно пахло ночной фиалкой. Второй двери, ведущей в спальню виконта, не было.
Отлично, — немного успокоилась Ольга. Неожиданного вторжения не будет.
Бертина осторожно расчёсывала волосы хозяйки, перебирала, пропускала сквозь пальцы. Восторженно зашептала:
— Вы так изменились. Ваши волосы… До чего же красиво.
Ольга посмотрела на неё через зеркало, поймала взгляд.
— А как же… — замялась девушка, — ваши украшения? Ничего нет. Только ленты.
«Виконтесса» хорошо помнила шкатулку с золотыми и серебряными изделиями. Изъяли? А чего ты ждала? Ничего хорошего.
— Будем довольствоваться тем, что есть, — улыбнулась она вымученно.
Бертина смутилась и покраснела. Промямлила:
— Простите. Вы всегда были красавицей. Не знаю, как сказать, но в вас что-то поменялось. Не только цвет волос и причёска.
— Надеюсь, я не стала выглядеть хуже? — присмотрелась к себе Ольга с беспокойством. Пигментные пятна при беременности не редкость.
— Нет-нет, — поспешила сгладить неловкость горничная. — Наоборот. От вас глаз не отвести.
— Что происходило в моё отсутствие? — сменила она тему разговора. — Графиня Мариам Линтон не оставляла для меня послание?
Зачем спросила? — прикусила она язык. Хочется знать, как часто дамочка посещала графа? Так спроси напрямую. Неловко?
Ласкающие движения рук служанки убаюкивали. Её голос стал тише:
— После того, как вы с ней… она не бывала в доме. Хозяин всё допытывался о вас и о ней. Ну, что случилось между вами в тот день.
— И что ты ответила? — следила Ольга за выражением лица девушки.
— Всё сказала, как было, — вздохнула та.
— А как было? — усмехнулась «виконтесса», вспомнив, как выставила Мариам за дверь.
— Я сказала всё слово в слово, что слышала, — не стала лгать Бертина.
А слышала ты всё, — не сомневалась Ольга.
Горничная собрала часть волос хозяйки и приподняла их на затылке:
— Может быть, желаете стянуть волосы лентой? Вот так? А здесь прихватим шпильками. На грудь уложим локоны.
Ольга привередничать не стала: поджимало время.
Столовую она нашла быстро. Дом значительно уступал размерами замку в поместье. Да и запах приготовленных блюд безошибочно указывал нужное направление.
 
«Виконтесса» приостановилась у распахнутой двери и прижала руку к груди, успокаивая часто бьющееся сердце.
— Ты непростительно беспечен! — услышала она раздражённый возглас графа Малгри.
— Две недели назад я решил все вопросы, — не менее раздражённо ответил Стэнли. — Кто ж знал, что так выйдет?
Не желая стать свидетелем не предназначенного для её ушей разговора, Ольга вошла.
Виконт стоял у окна и смотрел на неё восхищённым взором.
Лорд Малгри поднялся ей навстречу.
Он изменился, — отметила Ольга похудевшее осунувшееся лицо мужчины, его усталый вид. А вот взгляд… Он приковывал к себе, манил, звал за собой. Как когда-то. Глаза влажно блестели яркой зеленью, с жадным любопытством исследуя её лицо.
Губы Мартина дрогнули в счастливой улыбке. Он облегчённо вздохнул, будто сбросил с плеч тяжёлую давящую ношу.
— Милая, нельзя же быть настолько безжалостной, — целовал он её руки, не спеша отпускать. — Мы беспокоились.
Ольга заметно разволновалась. Она оказалась не готова к подобной встрече.
В дверях показался Траффорд с подносом. За ним шёл лакей с огромным букетом белых роз.
— С возвращением, дорогая.
Ольга приняла цветы от мужчин. Смущённо поблагодарив, передала их Траффорду.
Её проводили к месту хозяйки за накрытым к ленчу столом.
Она смотрела, как довольный дворецкий чинно поместил букет в подготовленную вазу и поставил её с краю стола недалеко от неё.
Аромат пряного мяса, сладкой сдобы, чего-то сливочно-ванильного кружил голову, вызывая слюноотделение. Оказывается, так приятно сидеть за нарядно сервированным столом, есть изысканные блюда с тонкого костяного фарфора, пить лимонад из богемского хрусталя. Приятно находиться в обществе красивых мужчин.
На неё смотрели.
Стэнли — изучающе, пристально, откровенно.
Мартин — задумчиво, с лёгкой грустью и спокойным достоинством.
Мягко стелют, усыпляют бдительность, — забеспокоилась Ольга, глядя в тарелку с протёртым супом. Хотелось чего-то другого: солёного, острого, ледяного до ломоты в зубах.
Она отпила холодного лимонного напитка и отодвинула тарелку с супом.
Стэнли, сидящий напротив, глянул на неё с беспокойством.
Траффорд убрал столовый прибор:
— Куриный салат, миледи?
Ольга помнила вкус салата с подкисленной уксусом заправкой. Кивнула утвердительно.
— Пюре с котлетой? — продолжил дворецкий и вдруг добавил: — Как вы любите, миледи.
Ольга ответила:
— Да, — и порозовела от удовольствия: эта еда ей по нраву.
Мартин повёл плечами, осушая стакан с элем.
Виконт допил вино.
Всё бы ничего, но «виконтессу» стал беспокоить посторонний запах. Едва различимой тревожной трелью он навязчиво просачивался в сознание, вызывая приступ раздражения и тошноты.
Ольга подняла голову и принюхалась.
— Что-то не так, миледи? — склонился над её плечом Траффорд.
Он остался стоять позади хозяйки, будто она одна находилась в столовой.
— Вы не чувствуете? — посмотрела она на него в упор. — Слышу запах… эмм… слегка подпорченного продукта.
Дворецкий задрал подбородок, окидывая стол ястребиным взором. Как среди множества блюд найти то, единственное? И есть ли оно вообще?
Мужчины прекратили есть и с недоуменным ожиданием взирали на виконтессу.
Ольга была уверена, что ей не показалось. Она встала и медленно пошла вдоль стола.
— Вот, — указала на горку нежного паштета из гусиной печени. — Сами понюхайте.
 
В мгновение ока паштет испарился со стола.
Ленч продолжился.
Ольгу больше ничего не беспокоило. Она насытилась и изнывала от нетерпения. Хотелось узнать планы мужчин, определиться со своим будущим. Хотелось разложить всё по полочкам. Хотелось решить все вопросы без промедления. Здесь и сейчас.