С любовью, Я (СИ)
Жесть какая.
Бежать отсюда надо. И как можно быстрее.
Фелиция из тех женщин, что привыкли держать всё под своим непосредственным контролем. Она, может, и любит сына, но какую-то жалкую девчонку, что едва не расстроила его брак, точно с распростёртыми объятиями встречать не будет. Я наскоро обулась, схватила вещи и побежала к выходу. Если мне повезёт, то я успею выбраться из мотеля раньше, чем сюда придёт Рин. Я знала, что такое известность и какую цену за неё платят. Поэтому не хотела даже косвенно касаться покинутого когда-то давно мира вспышек и одержимых личной жизнью кумиров людей.
Но видно боженька решил сполна меня наказать. Потому что прямо на ресепшене я нос к носу столкнулась с мужчиной в серебряном костюме и очках-авиаторах. Налившаяся отёком и краснотой правая скула сигналила о том, что это тот самый Адам, которого боялся Рин. И было за что, если честно.
Сделать вид, что я не при делах не получилось. Прямо в дверях стоял Робин и сверлил ненавидящим взглядом своего друга… спутника… менеджера? Вероятно, с последним я не промахнулась. Если речь о Фелиции Вуд, то Робин скорее всего пошёл по её стопам и стал актёром. А этот Адам его личный менеджер, который на короткой ноге с Фелицией. Да уж, не свезло Рину, но я не мать Тереза, чтобы спасать сирых и убогих.
Я больше не хочу через это проходить.
Ни за что.
— Будьте добры стереть все записи с камер, — вежливо приказал Адам администратору. — Если хоть что-то из произошедшего здесь просочится в сеть, вы ответите перед законом. А, и эту дешёвку я пущу с молотка, — равнодушно добавил он, окидывая взглядом помещение. Слиться со стеной не получилось. Взгляд гадкого Адама остановился прямёхонько на мне. — Это она была с ним? — спросил он девушку, ткнув в меня пальцем.
— Д-да.
— Распечатайте все данные. Сейчас же.
— Позвольте, но я не имею права… — испугалась девушка, оглядываясь на меня.
— Милая. Это была не просьба. — Адам приспустил очки и широко оскалился. — Данные по кредитке и личному удостоверению, сейчас же.
— Не могу. Вы можете дождаться хозяина, если хотите решить этот вопрос подобным образом. Я не уполномочена.
— Тогда зови хозяина, — вальяжно разрешил менеджер из Ада.
— Х-хозяина здесь н-нет.
— Звони ему домой.
— Н-нет, не могу. Хозяин в отпуске, вернётся только завтра.
— Милочка…
— Вы живёте по принципу “Сильным можно всё?” — спросила я, не в силах терпеть надменное вмешательство в мою жизнь. — Кто дал вам право собирать мои данные? Вы хотите, чтобы я обратилась в полицию?
Адам просто проигнорировал меня.
Да, вот просто взял и не обратил внимания не только на вполне закономерный вопрос, но и на мои права. Какая жуть, а не человек.
Я передёрнула плечами. Впрочем, даже если он получит эти данные, ничего кроме пшика выудить не сможет. Платил за номер Робин, так что данных карты у администратора нет. А личному удостоверению всего шесть лет. Если сильно прижмёт — воспользуюсь старым именем.
— Ну ладно. — Я решила, что делать здесь мне, в общем-то, больше нечего. Поэтому накинула лямку сумки на плечо, поправила одежду и пошла к выходу. — Робин, мне искренне жаль, что тебе приходится сосуществовать с этим человеком. — Я кинула быстрый взгляд на Адама, который уже не терроризировал администратора, а наблюдал за мной. — Быть в зависимости от чудовища тяжкая ноша. Желаю удачно съездить к маме.
Я хлопнула обескураженного друга по плечу и попыталась выскочить на улицу. Да. Робин-то меня пропустил. Кто же знал, что за его спиной стоит человек в чёрном? Следуя короткому приказу хозяина, водитель невесть откуда взявшегося лимузина, закинул меня на плечо и понёс к задней двери.
— Отпустите! Помогите, убивают! — заорала я во всю мощь лёгких. Но в месте, где мы остановились, подобное никого не заинтересовало. Так что ни одна скотина не поспешила на помощь несчастной похищенной.
После того, как меня весьма аккуратно запихали в машину, Робин сел рядом и нахмурился, даже не пытаясь помочь.
Адам из Ада сел напротив нас:
— В аэропорт.
— Слушаюсь, — кивнул водитель, поднимая непроницаемо-чёрную панель, что разделяла его с пассажирами.
— Ди… — Робин виновато улыбнулся и попытался пошутить: — Зато мы доберёмся с комфортом.
— Ты настолько боишься помочь мне? — Обида в голосе всё же прорезалась.
— Он настолько боится потерять лицо и репутацию, милочка.
— Меня зовут Диана, — отбрила я несносного менеджера, уже записанного в мои личные враги. — Если вы думаете, что вам эта выходка сойдёт с рук, то спешу разочаровать. А пока что можете продолжать фантазировать.
— Ей надо закрыть рот. — Адам посмотрел на Робина и снял очки. — С такой ты не договоришься.
— Между нами ничего не было, дяденька, — ехидно добавила я, поправляя футболку. — А если будете настаивать на обратном, я напишу заявление в полицию.
— Вот. — Адам ткнул в меня пальцем. — О чём я и говорил.
— Я заявлю на вас, — усмехнулась я, тщательно пряча страх. — Я скажу, что вы не только меня похитили, но и попытались принудить к сексу. Вы, дяденька, конечно не фонтан. Но что поделать. Такие как вы всегда мечтают о хорошем.
Робин прыснул в кулак, но вмешиваться не стал. А вот лицо Адама приобрело красно-синюшный оттенок. Как будто он не мог выбрать между ответным оскорблением и попыткой задохнуться от собственного яда.
Глава 7
— Предлагаю бросить её где-нибудь в аэропорту. Среди пассажиров наверняка найдётся сердобольный, который не захочет оставить девушку в беде.
Адам всю дорогу искал способы ткнуть меня мордой в настоящую жизнь. Ведь проживание на ферме с известным актёром — да-да, Рин оказался именно таким: известным, с большой фан-базой истеричных женщин — не могло оказаться правдой обильно продвигаемой нанятой прессой. А значит, мне всё привиделось.
Мы гавкались всю недолгую дорогу до аэропорта, исходя ядом и портя не только настроение, но и общую атмосферу. Меня злило и обижало равнодушие Робина, а Адама Холла, как он не постеснялся представиться, раздражало одно моё существование.
Когда впереди замаячила парковка, я взбунтовалась:
— Вы женоненавистник!
— Таких пигалиц, как ты грешно любить, милочка. После вас остаются только хаос и пустой кошелёк.
Я не стала отвечать.
Хамство Адама перешло все границы ещё у мотеля. Но и отсутствие реакции Рина расстраивало, даже в свете его зависимости от этого человека.
— Высадите меня не заезжая на парковку.
— Девушка. — Адам снял очки и повертел их в длинных пальцах. — Неужто вы решили, что мы отпустим вас просто так? Без заверенной юристом бумаги о том, что вы не имеете претензий к Робину Вуду, вы являетесь нашей гостьей. Не так ли, Рин? — с нажимом потребовал согласия мерзавец.
— Робин? — Я повернулась к другу и скрипнула зубами, увидев отражение в стекле. — Ты правда хочешь закончить всё так?
— Ди. — Он обернулся и с тоской в медленно пустеющем взгляде, погладил меня по голове. — Я не могу бросить тебя на произвол судьбы. Я ведь обещал, что помогу добраться до Лос-Анджелеса. Хорошим людям надо помогать, — добавил он тихо.
Я невольно поёжилась.
Рин выглядел как абсолютно другой человек, я вообще его не узнавала. И этот новый Робин Вуд мне совсем не нравился.
— Сама справлюсь. — Я сбросила его руку и отвернулась к окну, игнорируя довольный смешок Адама.
— Ди…
— Не унижайся, Рин. Такие ушлые девки лишь на публику умеют играть, а когда этой публики не остаётся — быстро сдуваются.
— Скотина, — буркнула я под нос, крепко сжимая сумку.
Больше мы не разговаривали. До самой кассы Робин следил за тем, чтобы я не отбилась от импровизированной стаи.
— Не убегай, — шепнул он, когда Адам отошёл занять очередь. — Ты правда мне нравишься, Ди. Ты честная, открытая, весёлая. Так отличаешься от всех, с кем приходится жить бок о бок. Можно сказать — ты мой первый и единственный друг, которого не интересуют связи моей матери.