Тайм-аут
– Ага, – Никита протянул ей телефон. – Забавно, что тебя беспокоит количество моих фанаток…
– А это еще зачем? – Василиса кивнула на телефон.
– Номер свой запиши, Ветрова.
– Мог бы и у Петьки спросить, – пробурчала она, но все-таки выхватила у него телефон и записала в него свой номер. Забрав телефон, Никита цокнул языком.
– А имя не указала. Значит, будешь… – Усмехаясь, он принялся что-то печатать.
Василиса вытянула шею, пытаясь увидеть, что именно, но Никита быстро поднял телефон вверх. Она дернула его за руку, но он ее так и не опустил.
– Лебедев! Что ты там строчишь? – воскликнула Василиса.
Она несколько раз подпрыгнула, пытаясь выхватить телефон, но Никита, в очередной раз увернувшись, попятился. Не выдержав, Василиса стукнула его по плечу. Ее карман завибрировал. Вытащив телефон, она уставилась на экран. Высветились цифры незнакомого номера.
– Запиши как «красавчик», не ошибешься.
Не дав ей времени опомниться и придумать остроумный ответ, он махнул рукой Пете и испарился. Василиса мстительно улыбаясь, записала его в телефонную книгу под именем «Самовлюбленный идиот».
И в следующую секунду получила сообщение.
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Два – один, Ветрова.
– Никитос написал? – спросил внезапно возникший рядом Петя.
– Нет, – отрезала Василиса и убрала телефон.
Катерина тактично молчала, что было ей совершенно несвойственно. Очевидно, она была слишком впечатлена выступлением Лебедева и в ее голове зрел план допроса с пристрастием, который она устроит Василисе после уроков.
– Да ну, Василий, нам-то ты можешь рассказать, что между вами происходит, – не унимался Краснов.
– Между нами? – возмущенно переспросила Василиса. – А что тебе Лебедев наплел? Я что-то не в курсе новых подробностей моей личной жизни.
– Да из него и слова не вытянешь! – с досадой произнес Петя. – Вся надежда на тебя.
– Ну так продолжай надеяться, – буркнула Василиса.
Благодаря высшие силы за прозвучавший звонок, она влетела в кабинет. Василиса уселась за последнюю парту и швырнула рюкзак на свободный стул. Катерина и Петя то и дело оборачивалась к ней. Уверенность в том, что подруга устроит ей допрос крепла.
В классе было шумно – 11-й класс галдел, смеялся, ронял учебники, но стоило в дверях появиться Марине Сергеевне, учительнице русского языка и литературы, как все моментально расселись по местам. Воцарилась тишина, нарушаемая только шелестом переворачиваемых страниц.
– Добрый день, – Марина Сергеевна поправила очки. – Надеюсь, все готовы к сегодняшнему сочинению?
Поднялся недовольный гул и тут же стих.
– О том, что в понедельник мы пишем сочинение, я предупреждала за неделю, – отчеканила учительница. – Темы сейчас появятся на интерактивной доске. И все они – из предыдущих вариантов ЕГЭ.
Царапнув по столу ядовито-малиновыми ногтями, похожими на когти ведьмы, Марина Сергеевна взяла пульт. Щелчок – и проектор включился. На доске отобразился экран компьютера и стрелка курсора поползла к файлу «Темы для сочинений».
– Достаем двойные листочки. В конце урока Лазарева соберет работы.
Черноволосая Полина Лазарева, сидевшая на первой парте, впритык к учительскому столу, кивнула.
– Вопросы есть? Нет? Тогда приступаем.
Василиса пробежала глазами строчки и закусила губу:
«Преступление и наказание – вечная тема.»
«Можно ли быть независимым от общественного мнения?»
«Является ли разница характеров препятствием для дружбы?»
Она готовилась к экзаменам, и все эти темы были для нее не новыми – на каждую было написано даже не одно, а несколько сочинений. Но сегодня последняя тема казалась ей не самой удачной. «Или наоборот – тут уж как посмотреть», – мрачно подумала Василиса.
Что или кто становится препятствием для дружбы? Мысли об этом не давали ей спать всю ночь с воскресенья на понедельник. Именно поэтому Лебедев, с самого утра свалившийся ей на голову, пришелся так некстати. Василиса не представляла, как себя с ним вести. За пять лет, что они друг с другом не общались, они стали совершенно разными. Они стали другими. Все, что Василиса помнила о Никите, теперь не имело никакого значения. Она даже не знала, как с ним разговаривать. Кроме колкостей и сарказма, ничего в голову не лезло.
Мысли текли своим чередом, а текст на двойном листочке – своим. Заученная схема, заученные слова – Василиса писала автоматически. За двадцать пять минут работа была готова. Пока остальные продолжали корпеть над сочинением, Василиса отложила ручку и достала из кармана телефон. Вытянув длинные ноги так, что они едва не задевали стул сидящего впереди одноклассника, она открыла сообщение Лебедева.
«Два – один, Ветрова» – прочитала Василиса.
Она не могла позволить ему злорадствовать и чувствовать себя победителем в этой перепалке.
«Лебедев, ты приду…» – начала набирать она, но… остановилась и стерла.
«Отвали, Лебедев» – снова стерла.
«Посмотрим, как ты справишься с тестом…» – не успели на экране появиться последние буквы, как телефон завибрировал. От неожиданности она подпрыгнула и ударилась коленкой о парту.
– Ветрова, все в порядке? – поинтересовалась Марина Сергеевна, оторвавшись от проверки тетрадей.
– Д-да, – ответила Василиса, пряча телефон.
Учительница подозрительно посмотрела на нее, но потом вновь опустила голову и принялась энергично черкать ручкой в чьей-то тетради. С облечением выдохнув, Василиса вновь уткнулась в телефон:
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Ветрова, ты в курсе, что я вижу, как ты уже пять минут что-то печатаешь?:)
Теперь придется ему ответить. На экране появились три точки – кажется, Никита еще сказал еще не все, что хотел.
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Понимаю, ты в шоке, что такой парень, как я, тебе пишет, но возьми себя в руки и ответь. Разрешаю:)
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Прием! Земля вызывает Василису Ветрову!
ВАСИЛИСА: Вот поэтому у тебя один из самых низких баллов за пробник. На уроках в телефон залипаешь.
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: А сама-то что делаешь он-лайн? На мою фотку в профиле любуешься?:)
ВАСИЛИСА: Да, скачиваю ее, чтобы повесить на доску анти-почета.
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Такой доски не существует.
ВАСИЛИСА: Заведу специально для тебя, раз тебе так нравится внимание.
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: И в какой же номинации я победил?
ВАСИЛИСА: «Полный и абсолютный придурок.»
САМОВЛЮБЛЕННЫЙ ИДИОТ: Какая…
– Какая злая девочка… – прочитала вслух Марина Сергеевна.
Василиса оцепенела от ужаса. Подняв глаза от экрана, она поняла, что все в классе на нее смотрят – кто-то с недоумением, кто-то с усмешкой. Катерина застыла повернувшись к ней вполоборота и прижав руку к губам, Петя вытаращил глаза и пробормотал:
– Да, Василиса, ты попала…
Ученики Марины Сергеевны знали: она ненавидит, когда на ее уроке пользуются мобильными телефонами. В последний раз, когда она засекла Саню Скворцова, который списывал на контрольной ответы из интернета, тот не только получил двойку в тройном коэффициенте, но и лишился телефона, а его маму даже вызвали в школу. И это в одиннадцатом классе. Как доставалась младшеклассникам, представить было страшно.
– Ветрова, поделишься с нами подробностями переписки с «Самовлюбленным идиотом»? Кстати, кого это ты так величаешь, позволь спросить?
От громкого голоса учительницы у всех поджилки тряслись.
Василису не боялась получить «неуд». Или того, что родителей вызовут в школу. Волновало ее лишь то, что Марина Сергеевна могла на весь класс зачитать их с Лебедевым переписку. Назревал скандал.
– Телефон, – потребовала учительница.
Василисе пришлось подчиниться. Марина Сергеевна, прищурившись, читала слова на экране. Дочитав, поправила очки и резюмировала:
– Это отвратительно. Ознакомлю с этой перепиской твою мать. Пусть знает, что ее дочь на уроках переписывается с «Самовлюбленным идиотом».