Тайм-аут

– Вась, ну это кирпич [12]! – хохотнул Никита.
Василиса не сдавалась, пытаясь отыграться. Когда Никита упустил мяч и тот отлетел в сторону, она бросилась за ним, в надежде отыграться. Но Никита оказался быстрее. Совершив подбор, он отбился от очередной атаки и забросил еще один мяч. Следующий розыгрыш станет решающим. Ветрова побежала к нему, несмотря на то, что должна была оставаться в защите – пошла в атаку стараясь завладеть мячом. Он не уступал, и под кольцом завязалась ожесточенная борьба. Василиса повернулась к нему спиной, в попытках заблокировать, но лишь перекатывалась из стороны в сторону по груди и плечам Никиты. Твердо упираясь в резиновое покрытие, она навалилась на него всем весом. Он раздраженно тряхнул головой. Длинные волосы Василисы лезли в лицо, щекотали нос. Прорываясь вперед, он оттолкнул ее. От резкого движения она пошатнулась, но устояла на ногах и ринулась вслед за ним. Но было поздно. Последний мяч угодил в корзину.
– 5:2, Ветрова! – торжествующе провозгласил Никита.
Уперев руки в колени, Василиса тяжело дышала.
– Отстой, – проворчала она. – Теперь возиться с тобой…
– А мне – с тобой, – усмехнулся Никита.
  
9. Василиса
 
Прихрамывая, она подошла к краю площадки и села на землю. Повертела ступней, морщась от боли. Раньше голеностоп болел гораздо меньше – только после интенсивных тренировок и изредка после игр. Теперь же боли участились, но Василиса продолжала не обращать на них внимания.
– Что с ногой? – спросил Никита.
– Нормально все, – буркнула Василиса.
– Как знаешь, – пожал плечами тот, – но если что-то беспокоит, лучше обратиться к врачу. Спортивные травмы – дело такое…
– Я же сказала, нормально все, – огрызнулась Василиса. – Через пару часов пройдет. С эластичным бинтом завтра потренируюсь, и порядок.
– Сходила бы к нашему врачу. Ты же знаешь, у нас в «Ониксе» один из лучших…
– Лебедев, отвали уже со своей заботой, – простонала Василиса, – лучше скажи, когда начнем занятия. И где. Не представляю, сколько придется заниматься с таким идиотом, как ты, чтобы набрать семьдесят баллов…
– Эй, полегче, Ветрова. Я, вообще-то, очень способный и сообразительный. И красивый.
– От скромности ты точно не помрешь.
Никита, стащив насквозь промокшую футболку, бросил ее себе под ноги. Василиса едва не поперхнулась.
– Ты что делаешь?!
– Как – что? Переодеваюсь, – невозмутимо ответил он.
Никита остался в серых шортах, его влажная кожа блестела. Нескольких секунд Василисе хватило, чтобы оценить рельефные мышцы его торса. Никита наклонился за валявшимся у сетки свитшотом, встряхнул его и вывернул на лицевую сторону. Василиса мысленно поблагодарила ночную темноту за то, что она скрывает ее зардевшиеся щеки. Если бы Лебедев заметил, что она покраснела, подколок избежать не удалось бы. Никита все же заметил, как она на него смотрит. Не торопясь натягивать кофту, он повернулся к ней.
– Так лучше видно? Или поближе подойти? – усмехнулся он.
Василиса изменилась в лице. От возмущения все слова будто испарились из ее головы, она могла только открывать рот, хватая воздух, как рыба.
Никита с усмешкой смотрел на нее. Эта неловкая ситуация его забавляла.
– Лебедев… ты…
– Необыкновенно красив, – кивнул он и быстрым движением натянул свитшот.
– Придурок, – скрипнула зубами Василиса.
Утро понедельника выдалось отвратительным – мама зачем-то вновь завела разговор о прошедшей игре с «Хромом», и Василиса, схватив с тумбочки ключи, выскочила из квартиры в домашнем костюме и куртке, бросив на ходу, что отправляется на пробежку. Беговые кроссовки она, конечно же, не надевала, но прогулка с любимыми песнями в наушниках определенно успокоила расшалившиеся нервы. Когда она вернулась, в квартире уже никого не было. Родители уехали на работу, оставив Василисе завтрак на столе, а рядом с тарелкой – розовый стикер с пожеланием хорошего дня. Записки в семье Ветровых были традицией. Мама оставляла их то на холодильнике, прижав магнитом, привезенным из очередной поездки, то на столе, то на зеркале в прихожей.
  
– «Васек, не вешай нос, все наладится. Мама и папа», – прочитала вслух Василиса и ответила сама себе: – Ну да, наверно… Но что-то не верится.
Приложив немало усилий, чтобы запихнуть в себя тарелку овсянки и апельсиновый сок, Василиса начала собираться в школу. Предстоял тяжелый день: шесть уроков, дополнительные по обществознанию, а вечером – тренировка в «Ониксе». Она с трудом затолкала перебинтованную ногу в кроссовок. После вчерашней игры с Лебедевым боль так и не прошла, хотя была уже не такой острой. «Обычное растяжение, ничего особенного», – успокаивала себя Василиса.
Телефон звякнул, пришло сообщение.
 
ПЕТЯ: Василий, ты где? Мы у школы во дворе. Никита о тебе спрашивает. Я чего-то не знаю?:)
 
– Ну, Лебедев… – пробормотала Василиса, захлопывая за собой дверь квартиры.
Она была уверена, что он специально расспрашивал Петю, наверняка еще и при всех. Надежда на то, что их договоренность останется в тайне, таяла, как мороженое на солнце. Василиса стала быстро набирать ответ.
 
ВАСИЛИСА: 5 мин. Врежь Лебедеву от меня.
 
ПЕТЯ: Сама врежь. Он сказал, что тебя дождется. Как интересно:)
 
ВАСИЛИСА: Тогда встретимся в школе…
 
В школьном коридоре царили шум и суета. Василиса, с рюкзаком на плече, пробиралась сквозь весь этот хаос к кабинету русского языка и кипела от раздражения. Катя, почувствовав настроение подруги, молча шла рядом. Подойдя к классу Василиса остановилась.
В школе у Никиты была своя компания, они с Петей, конечно, пересекались на переменах, но вместе тусовались в основном вне школы.
Лебедев, обычно окруженный толпой одноклассников (и, конечно же, одноклассниц), сегодня все утро таскался за ними. Донимал Петю разговорами, бросал на Василису заговорщические взгляды, от которых ей хотелось исчезнуть, подмигивал младшеклассникам, которые тоже мечтали играть в «Ониксе» – в общем, привлекал к себе внимание как мог.
Василиса все больше начинала жалеть, что согласилась на предложение Никиты. Она убеждала себя, что Лебедеву ее помощь с математикой нужна больше, чем ей с баскетболом, но оценивая ситуацию трезво, она понимала, что оба оказались в незавидном положении. Лебедев может лишиться контракта со столичным клубом, а она – так и не получить предложения из высшей лиги.
Помня об этом, Василиса старалась не замечать поведения Лебедева, но получалось плохо. Секунды до звонка тянулись предательски медленно. Катерина, прикусив губу, боролась с желанием задать Василисе вопрос, мучивший ее последние десять минут. Но едва она открыла рот, как на ее плечо легла огромная пятерня Лебедева.
– Катюх, дашь нам с Васькой минутку? – улыбнулся он.
– «Нам с Васькой»? – зашипела Василиса, – Лебедев, ты чего приперся? На нас теперь все пялятся…
– Мы же вчера так и не договорились, когда начнем заниматься. Ты так быстро убежала, после того как я…
– Замолчи сейчас же!
Василиса огляделась по сторонам. Одноклассницы с любопытством посматривали на них, и она уже предвкушала анонимные посты со сплетнями в соцсетях. Следующие несколько дней в школьной группе будут обсуждать их несуществующие взаимоотношения. Мужская баскетбольная команда в школе пользовалась популярностью.
– Понимаю, ты впечатлена моим сверхъестественным трехочковым, – сказал Никита.
– Да, Лебедев, ты был просто неотразим. Как будто ты единственный, кто когда-либо забивал трехочковый.
Никита рассмеялся и похлопал ее по плечу. Василиса сбросила его руку.
– Сегодня в восемь, после тренировок. в кофейне у спорткомплекса. Заметано?
– Заметано, – проворчала Василиса, – только больше внимания ко мне не привлекай. Не хочу, чтоб толпа твоих фанаток считала меня соперницей. Ясно?