Иоанна Хмелевская (Избранное)
– Я фотограф по призванию, – надулся Влодек. – Нет такого закона, что нельзя иметь хобби. Ты мне не позируешь, так не возникай!
– Он и не возникает, – решительно пресекла разговоры Барбара. – Поедете завтра в полдень, и конец трепу!
* * *Конфликт интересов вынудил Влодека и Каролека вылезти из машины у леса, на краю картофельного поля. Влодек искал живописных и пустынных пейзажей, Каролека тянуло к густонаселенным деревням. Компромисс не удовлетворил ни одного из них, оба выразили недовольство в равной степени. Что-то бормоча под нос, Влодек вытащил из машины два фотоаппарата и штатив.
– Я считаю, тут очень даже красиво, – нетерпеливо сказал Каролек. – Щелкни пару раз – и поехали!
Влодек осмотрелся вокруг и снова спрятал штатив. Один аппарат он повесил себе на шею, второй взял в руки. Повесил на шею еще и экспонометр. Потом вытащил из машины и сунул в карман электрический фонарик, предварительно пощелкав – работает ли. Каролек как воды в рот набрал, не желая дополнительно продлевать эти приготовления, хотя электрический фонарик в ясный день под палящим солнцем и безоблачным небом показался ему излишней предосторожностью. Он перестал даже смотреть на Влодека и побрел вдоль поля, обратив все свое внимание на зеленую картофельную ботву.
Влодек, подумав, сделал выбор и приступил к увековечению трухлявого пня, оставшегося от срубленного дерева. Он прицелился сверху, постепенно начал приседать, пока в конце концов не лег на землю, фотографируя пень снизу. Фонарик тоже пригодился; Влодек тщательно приладил его на земляном холмике возле кротовой норы и направил на пень невидимый в сиянии солнца луч света. Создав таким образом дополнительное светлое пятно, он со всех сторон снял пень вместе с полученным световым эффектом.
Каролек изучал картофельную ботву с нарастающим интересом.
– Влодек, посмотри! – воскликнул он, не поворачивая головы. – Какие красивые насекомые! Ты можешь их сфотографировать! Они очень декоративные!
Влодек как раз в этот момент исчерпал возможности пня, погасил фонарик и, заталкивая его в карман, вышел к Каролеку на обочину картофельного поля. Он наклонился рядом, щелкнул аппаратом, потом присел на корточки и пощелкал еще.
– Жук, – проговорил он глухим голосом.
– Что?
– Жук. Колорадский.
– Что ты говоришь! – удивился Каролек. – Это колорадский жук? А ты откуда знаешь?
– Я видел. Интересовался когда-то. Теперь узнаю в лицо.
– Не может быть!… Елки-палки, такой красивый. Ты в самом деле уверен, что это колорадский жук? Его, по слухам, к нам американцы сбросили?
– Железно. Ты же сам видел, как он жрет. Колорадский и есть.
Он присел на соседней грядке и сделал несколько снимков другим аппаратом. Каролек недоверчиво оглядел поле.
– Но их же чертова прорва! – воскликнул он изумленно. – Тысячи!
– Ну так! – мрачно поддакнул Каролек. – И картошку они, считай, пожрали.
Каролек возобновил свой променад вдоль картошки, но шагал на сей раз побыстрее. Только теперь он рассмотрел листья ботвы. Они были потрепаны по краям, обгрызены, и по ним всюду ползали цветные полосатые жучки. Оргия колорадских жуков!
Он сделал еще несколько шагов, наклонился и снова подозвал Влодека.
– Слушай, иди сюда! Посмотри! Здесь нету. Может, я плохо вижу? Почему там есть, а тут нет?
Влодек подошел поближе, посмотрел на растительность под ногами, потом поднял голову и посмотрел вперед.
– Фазаны, – провозгласил он радостно.
– Что фазаны?
– Глянь-ка туда. Лопают так, что любо-дорого посмотреть.
Каролек проследил за взглядом Влодека и в самом деле заметил поодаль какое-то шевеление на картофельном поле. Присмотревшись внимательнее, узнал серых птиц, в стайке которых время от времени проскакивала золотая искра. С бешеной скоростью птицы обрабатывали ботву, и за ними оставалась замечательно чистая полоса без малейших следов полосатого жучка.
Каролека восхитило это зрелище.
– Невероятно! Действительно, фазаны. Как они это делают?
– Ну как делают, обыкновенно. Клюют. Фазаны питаются колорадским жуком.
– Но ведь это невозможно. Они успевают слопать невероятное количество!
– Да у них скорость, как у машин. Одна стая фазанов может уничтожить пару гектаров колорадского жука. Даром и эффективно.
Стайка фазанов удалялась по картофельному полю, со страшной интенсивностью склевывая жучков. Влодек лег на меже и сфотографировал на фоне неба исключительно добросовестно объеденный лист. Каролек за это время успел продумать различные стороны вопроса.
– Фазаны должны быть под охраной, – заявил он страстно. – Разве это не лучше, чем все эти стиральные порошки… тьфу ты, ядохимикаты? Опасаюсь только, как бы теперь соседние колорадские жуки не притопали сюда вон с тех листьев!
– Не успеют, – ответил злорадно Влодек, поднимаясь с межи. – В конце поля фазаны развернутся и прочешут следующую полосу, и так до заката солнца. Все поле обскачут. При условии, что никакая сволочь не придет сюда на охоту, скажем, через час.
– Подождем, – решил без колебаний Каролек. – Час – это не вечность. И тому, кто придет с орудиями убийства, я лично натолкаю колорадского жука в пасть. Пусть сам жрет.
– А яйца?
– Плевать я хотел на яйца. Час погоды не делает!
– И подумать только: были времена, когда о колорадском жуке у нас слыхом не слыхивали! – вздохнул Влодек и перелез с грядки на дорогу. – Прилетели и высыпали. Свиньи.
Каролек ясно почувствовал, как в глубине его обычно спокойной души начинает кипеть, расти и клубиться непреодолимая жажда мести. Праведного отмщения!
– По справедливости надо бы собрать эту пакость и отослать им обратно, – сказал он ожесточенно. – Пускай не все, но хотя бы часть!
– Верно. Они у себя с ними уже расправились, теперь жуки эти размножаются только у нас.
Жажда отмщения в душе Каролека превратилась в твердое решение.
– Отлично, раз никто не хочет этим заниматься, я сам сделаю!
– Сделаешь что?
– Насобираю жучков и отошлю в Соединенные Штаты!
– Ты спятил?!
– Не знаю. Пусть так! Но даже это не помешает мне набрать жучков. Паралич может для меня иметь значение, а безумие – никакого. У тебя какая-нибудь коробочка есть?
Отправившийся было на поиски очередного объекта для фотографирования Влодек остановился. Идея Каролека показалась ему соблазнительной, хотя и сложной для воплощения.
– Коробочка-то есть, но как ты себе это представляешь? Эту пересылку. Почтой?
– Бог с тобой, какой почтой! С оказией! Найду человека, который едет, и всучу ему! Уговорю высыпать на картофельном поле, где попало. Может, кто-нибудь сознательный поедет.
– Много не возьмет и сознательный. Кроме того, неизвестно, как отнесется таможенный контроль…
– А он контрабандой. Не такие вещи люди контрабандой перевозят. Нужно-то совсем немножко, насколько я знаю, вредители легко размножаются…
Влодек решился и повернул к машине.
– Я взял коробку под яйца, – сказал он, вручая Каролеку большую коробку из-под обуви. – Дырок, наверное, просверливать не надо, коробка не герметичная.
– Говорят, колорадского жука не так легко уморить. Что он жрет?… Ах да, картошку. Отлично, прямо сразу подкину им ботвы.
Через несколько часов они отправились в обратную дорогу в обнимку с полной коробкой полосатых жучков, перемешанных с картофельной зеленой ботвой. Одиннадцать яиц, с трудом отвоеванная добыча их экспедиции, уместились в обычном бумажном пакете.
* * *– Не могу понять, почему деревенские неохотно продают яйца, – раздраженно сказала Барбара. – После стольких усилий – двадцать три штуки.
– Они говорят: невыгодно, – сообщил Януш. – И вообще смотрели на нас как на дураков.
– Подозрительно, – оценил положение Каролек. – И смотрели недоверчиво, и упорствовали – нет, мол, яиц, а если и есть, то им невыгодно продавать.
– При этом мы давали хорошую цену!