А мы с тобой не чужие (СИ)

— Не пристрелит, он умчался в Сочи вместе с нашим сыном.
— Так это прекрасно?
— Не то слово.
Несколько мгновений мы молчим. Я чувствую, как бешено колотится сердце от помешанного на запретном предвкушении волнения.
— До встречи утром?
— До встречи. Я буду ждать.
Медленно нажимаю отбой. Чувствую, как от волнения вспотели ладони. Знаю, я замужем. Знаю, что не должна радоваться тому, что Сергей взял на себя нашего капризного сына и дал мне целых десять дней личной свободы, но как это объяснить моему сердцу, которое колотится от счастливого предвкушения поездки с Андреем?
Спохватываюсь: «У него же день рождения!»
Отправляю Оле сообщение, что еду с Новиковым на машине, а потом несусь вниз, в свой автомобиль. Туда, где в бардачке припрятана красная коробка с бантом, в которой ждет своего часа стильный галстук, который я купила в обед.
Мама и папа так и сидят на качели с подносом, на котором заварной чайник, чашки и вазочки с медом и вареньем. Провожают меня изумленными взглядами.
Притормаживаю перед ними, прижимая к сердцу красиво оформленный подарок.
— Меня в Москву зовут на конференцию! — выкрикиваю громко. — В пять утра Новиков за мной заедет.
— Надо же, как удачно Сережа забрал Даню на море, — удивленно протягивает мама.
— А в пакете что? — с любопытством вытягивает шею папа.
Улыбаюсь смущенно.
— Подарок. У Новикова завтра день рождения.
— О, так это же завтраком надо будет его угостить? — спохватывается мама.
— Да ну, мам, он не станет заходить, — смущаюсь я.
— Чего это не станет? Одинокий мужчина, у которого дома, скорее всего, мышь в холодильнике повесилась, в свой день рождения откажется от сытного завтрака?
— А мы ему скажем, что, если он не зайдет на завтрак, мы тебя никуда не отпустим! — поднимает вверх палец папа. — Хорошо я придумал?
— Лучше некуда, — хохочет мама. — Так, пойду сырники с вечера замешу, раз он в пять утра прибудет. Заодно и познакомимся. Очень хочется посмотреть на твоего Новикова. Ты так много о нем рассказывала, а мы ни разу его не видели.
А я не знаю, плакать мне или смеяться? Просто стою, прижимаю к груди подарок и глупо улыбаюсь родительской суете.
… На часах без десяти пять. Я, как на иголках. Меряю шагами мансарду, выглядываю то и дело в окно, а у самой от напряжения желудок сворачивается в тугую пружину. В глазах нет и капельки сна. Да что там говорить о сне, я пол ночи сидела над докладом Корнеевой, потом собирала вещи в дорогу, а оставшиеся полтора часа просто лежала, уставившись в потолок, чтобы в четыре сорваться вместе с будильником с кровати и начать приводить себя в порядок. В дорогу я особо не наряжалась – надела удобные джинсы и легкую футболку. Из обуви кеды. Зато с собой в чемодане бережно уложены два стильных костюма, туфли на высоченной шпильке, и два платья: – одно простое, но стильное, ходить на завтраки (они там включены), второе шикарное - на случай, если позовут на банкет. А устраивать вечеринки после заката у нас коллеги мастера, это я не понаслышке знаю. Такое творят за закрытыми дверьми банкетного зала, что потом вспоминаешь, и щеки пылают от смятения. Алкоголь и столица располагают к разврату и неуемному веселью.
Вот и я впервые за двенадцать лет затворничества внезапно стану частью предстоящего бомонда.
Без пяти пять. Вижу, как мелькают фары автомобиля у ворот, и сердце летит куда-то вниз от волнения.
В мобильном вибрирует вызов.
— Сухорукова, ты же не спишь? Если спишь, я тебя не прощу, я еле нашел ваш дом, два раза не туда свернул. Почему никто не догадался фонари поставить на улицах вашего дачного поселка? — звучит бодрое возмущение без приветствия, и я едва сдерживаю улыбку.
— Не сплю, конечно! Как ты мог подумать, что я буду спать? Я всю ночь доклад Корнеевой читала!
— Это хорошо, что ты его читала. В столице надо держать марку. Все же, всероссийская конференция. А то, что не спала, не страшно. В машине поспишь. Открывай дверь, давай.
Я хватаю подарок, бегу вниз. Миную темную дорожку. Распахиваю калитку. Андрей выбирается из машины, ставит ее на сигнализацию, улыбается.
  
— Доброе утро, — произносит бодро.
— Доброе утро. С днем рождения, — Протягиваю ему пакет с подарком.
Он немного обескуражен.
— Даш, ну, зачем? Не надо было…
— Надо, — на моем лице мелькает обида.
Андрей берет у меня пакет, заглядывает внутрь.
— Ух, ты, какая коробка красивая. И бант имеется. Спасибо. — смотрит на меня как-то по-особому, пронзительно. — Открывать сейчас?
— Откроешь, когда приедем в гостиницу, — подмигиваю ему.
— Ладно.
Он открывает заднюю дверцу, бережно кладет подарок на заднее сиденье машины.
— Сумка с вещами дома? Давай, я помогу ее вынести?
— Андрей, тут такое дело… — мнусь несколько мгновений.
— Какое дело, Даша? — Новиков настороженно смотрит на меня.
 Глава 32 
— Какое дело, Даша? — Новиков настороженно смотрит на меня.
— Мои родители не отпустят нас, пока мы не позавтракаем. Они готовили.
— Я думал, мы на заправке позавтракаем. Неловко же…
Я указываю ему на свет в окнах, качаю головой.
— Они не спят. Так что проходи, заодно и познакомишься.
— Даш, это… я не готов к такому, понимаешь?
Я с вызовом посматриваю на него.
— Боишься знакомиться с моими родителями?
— Да не боюсь я ничего! Мне просто неудобно. Получается, я их лишил сна.
— Так у них отпуск. Отправят нас и лягут спать. Пойдем, — уверенно беру его за руку.
Он шумно выдыхает, но руку не убирает. Идет за мной следом по дорожке к родительской даче.
А там уже накрыт стол. Мама и сырников нажарила, и яичницу с беконом с пылу с жару, и кофе сварила.
— Андрей Игоревич, доброе утро! Какая приятная встреча. Всегда хотела познакомиться с Дашиным руководителем, — мама приветливо улыбается, распахивает перед ним двери. Папа стоит позади нее, с интересом рассматривает моего начальника.
— Здравствуйте, — Новиков, кажется, в шоке. Сбит с толка, переминается с ноги на ногу, а я быстро сую ему комнатные тапочки.
— Николай Иванович, папа, — бодро представляется мой отец. — А это Елена Прекрасная, наша мама.
— Коля, я тебя… — шипит мама.
— Мы очень рады с вами познакомиться, — перебивает ее он.
— Давайте к столу, а то, в день рождения негоже на голодный желудок в такую дальнюю дорогу отправляться, — мама улыбается, а сама больно щиплет папу за локоть - мол, потом разберемся. — С днем рождения, Андрей Игоревич, — подмигивает Новикову.
— Спасибо, но не стоило из-за меня...
— Стоило, — строго обрывает его мама и провожает в столовую.
Андрей справляется с первым шоком. Проходит за стол, и спустя пару минут я вдруг осознаю, что ему с моими родителями есть, о чем поговорить. Да и яичница с беконом мгновенно оценивается по достоинству. Что уж говорить про ароматные сырники.
Я выдыхаю. Думала, будет хуже. Уволит меня к чертовой матери за такие выходки, и все. Еще раньше, чем Сережа до ректора доберется. Но нет, вроде бы Андрею все нравится.
Быстро делаю нам кофе «эспрессо», ставлю перед Андреем чашку, сажусь рядом. Почему-то думаю о том, что Сережа обязательно доберется до ректора. Не сейчас, позже. Когда вернется и поймет, что я к нему не вернусь. Предчувствие у меня на этот счет. А предчувствия не обманывают.
Выясняется, что мои родители работают в южном федеральном, и для общих бесед еще больше тем. Андрей польщен, что папа член академии РАН, оказывается, это его мечта.
Мы быстро завтракаем, на посиделки просто нет времени - впереди длинная дорога. Андрей берет у меня чемодан с вещами, выносит к машине. Мне остаются только ноутбук и документы.
Родители нас провожают. И такое чувство, что они с Андреем знакомы сто лет. Приглашают его еще в гости, теперь уже на шашлыки, когда мы вернемся из Москвы. Он обещает, что обязательно придет.