Диапазон скорби 1942 (СИ)
* * *Основной мотивировкой для всех был — ответный визит поддержки в страну, несущую в данный момент основную тяжесть войны на сухопутном фронте и нанёсшую вермахту самые большие потери. Окончательно с датой (крайне любезно очерченной Сталиным — в дипломатической переписке снова — «..в любое удобное для вас, господин Президент, время..») Рузвельт определился только тогда, когда в июле морская пехота взяла Тулаги и захватила недостроенный японцами аэродром на Гуадалканале, который сами американцы, используя свои значительные технические возможности и передовые способы строительства полевых авиабаз, быстро ввели в строй и стали использовать для поддержки наземных действий.
В тот момент Рузвельт конечно не знал, что ускоренное продвижение японцев и падение не только Рабаула (зимой, как и в «другой истории»), но и Порт-Морсби (в начале июня, только в «этой») были очередными звеньями цепи изменений, начавшихся с «другой версии» нападения на Жемчужную Гавань — Перл-Харбор в декабре 1941. Не случившиеся сражения — в Коралловом море и битвы за Мидуэй, были также следствием того, что японцы перенесли усилия на развитие успеха в Новой Гвинее. Также следствием была и более ранняя высадка на Гуадалканале.
Авианосное побоище случилось уже после неё. Обе стороны предпринимали титанические усилия на Соломоновых островах и в Новой Гвинее, куда американцы высадили (также в июле) с моря вторую дивизию морской пехоты вскоре после падения Порт-Морсби.
Отбив его, США ввязались в тяжёлую кампанию, в которой основная цель каждой из противоборствующих сторон была — нарушение логистики другой для наземных частей, воюющих на островных архипелагах. Отдельные морские стычки кораблей охранения транспортных конвоев и атакующих их субмарин и лёгких надводных сил, поисковые и атакующие действия авиации, а также вариация того, то в ином мире называлось «токийским экспрессом»..
В конце июля случилось грандиозное морское сражение в Соломоновом море, фактически выступившее здесь сразу всем тем, чем были сражения «иного мира» — битва в Коралловом море, сражение за Мидуэй, сражение у острова Саво и сражение у восточных Соломоновых островов. В этом мире на Тихоокеанском ТВД реализовалось «генеральное морское сражение». Ну, не всей войны, но 1942-го точно.
С неопределённым итогом, в целом, всё же больше игравшим в пользу США, как стало всем ясно позднее.
В течении трёх дней, пока с переменным успехом шла эта битва, американский и японские флоты лишились нескольких авианосцев, двух линкоров, двух гидротранспортов, почти десятка тяжёлых и лёгких крейсеров, 24 эсминцев, нескольких субмарин и, общим итогом — почти тысячи палубных самолётов. После чего, на какое-то время истощённые главные силы флотов сторон рассредоточились, передав морскую войну в руки лёгких сил. А на суше войска Японии и противоборствующим ей США, а также Австралии и Новой Зеландии схватились в войне засад, быстрых обстрелов и схваток разведгрупп в джунглях архипелагов.
«Железным дном» (в отличие от пролива в «мире Рожкова») ныне можно было называть всё Соломоново море..
Президент США, оценив по докладам своих военных текущие результаты морских, воздушных и наземных сражений, с небольшой делегацией отправился по трассе Алсиба в СССР.
Как было позже заявлено в печати — с официальным ответным визитом, неофициально (для высоких кругов в США и Великобритании) — для укрепления личного взаимодействия с важным союзником и собственного взгляда на обстановку в СССР..
* * *Первая декада августа 1942. Москва. 8-й отдел ГУГБ НКВД. Рожков Н.Е.
Вернувшись в столицу из двухнедельной командировки на МЗЭТ в Молотов/Пермь, и слегка отдохнув за воскресенье, я словил нежданную новость, лишь немногим не дотягивавшую по степени состояния «инфообухом по голове» до того дня почти двухлетней давности, когда попал в сороковой год.
Но обо всём по порядку..
* * *За крайние полгода мои основные интеллектуальные усилия окончательно сместились в доведение до релиза матбиблиотеки подпрограмм для ДЭВМ М-3 (сам толковал о значении уже готового и отлаженного ПО, вот и вкалываю!) и «эмулятор». Только на небольшие доработки «Прогнозера» немного отвлекался. А «рабочие задачи от Иоффе» тянут ныне почти полностью Шура-Бура и Ляпунов.
В отличие от М-2, в которую легко трансформировалась М-1, «тройка» — следующий шаг. Не поколение NEXT:-), но приличный такой шаг.
Тактовый генератор 8-разрядного АЛУ М-3 работает на частоте в несколько десятков килогерц. Но я воспринимаю его как этакий «ZX80 ил ZX81 сороковых этой реальности»:-) Более чем на пару порядков уступающий им по быстродействию. По прежнему подсознательно меряю все наши успехи как ступени к плюс-минус аналогу «Speccy» (ZX Spectrum). Того самого, который уже нёс на борту 48 кб..
В отличие от отличной «дешёвки» за 50-100 фунтов для британских школьников 1981 года:-) монстрик М-3 вышел стоимостью около миллиона рублей. Каждая штучка. Как раз столько, сколько (не считая приравненной к наркомовской зарплате), сталинский СССР должен мне согласно пятилетнего контракта каждый год работы за клавой и мышью прогера-прогрессора тут.
Исходя из накопленного с прошлого года опыта эксплуатации М-1/2, обходится функционирование каждого подобного электровычислителя, вместе с зарплатой обслуживающего их в институтах и КБ персонала, в пару десятков тысяч рубликов в месяц. Да, ЭВМ сороковых — недешёвое удовольствие. Но возможности даже местных «дискретных электровычислителей», здесь воспринимаются эксплуатантами как «рука помощи с небес». Хотя и весьма капризная рука..
Академический институты и разные КБ, вкусившие возможности М-1/2 и освоившие азы программирования для своих практических задач на электровычислителях, очень даже довольны ими. Используя днищево-молодёжный сленг из моего прошлого-будущего:-(, тут юзеры «кипятком писают» от электровычислителей… несмотря на то, что по статистике, которая собирается в КБ МЗЭТ, до 35–40 % времени электровычислителям приходится ремонтироваться и обслуживаться. Элементная база «летит» только в путь. Увы, пока такова надёжность местного радиоэлектронного вычтеха:-(
Погружение в работу вышло такое, что даже времени для одобренную сверху задумку с новыми материалами рубрики «Окно в будущее» «Техники-Молодёжи» практически не было. Поскольку редактором ТМ тут немного рулили в ручном режиме, то вопросов — «когда будет готов следующий материал у товарища, нарисовавшего и описавшего такую привлекательную картинку СССР 50-х в ноябре прошлого года?» он мне не задавал. Ладно, хоть отправил в редакцию нарочным объёмный пакет с имевшимися рабочими набросками по следующему, второму выпуску. Чтобы человек не думал, что дело не движется.
В свете желаемого будущего «цифрового рывка», после коротенького обсуждения с Поташником и Иоффе, наблюдавшими за стартом эксперимента по доведению перспективных идей до увлечённой наукой и техникой части советской молодёжи, было решено совместить образ «сверкающего СССР» с вполне реальными успехами ИТ.
Практически все грифы с ДЭВМ уже были сняты, кроме «никакого» ДСП, поэтому я надеюсь, что следующий материал для ТМ, содержащий достаточно подробные основы работы на ДЭВМ, и разжевывающий в увлекательной форме логику и принципы их функционирования, на порядок более существенный по объёму, чем мартовская заметка-интервью прошлого года, будет мною всё же доведён до готовности.
Чтобы попасть на глаза и увлечь многих будущих советских прогеров, «железячников» и — чем сила не шутит — тех, кто будет участвовать в разработке новых поколений советских ДЭВМ. Тех, кто наверняка сейчас листает массовый и имеющийся в любой библиотеке журнал.
А пока в ТМ вышли два выпуска «Окна в будущее», к которым я не имел никакого отношения. Всё примерно то же, что и в покинутой реальности — образы «подводных ферм», «электричества из воздуха», «оранжерей за Полярным кругом». После Победы… когда-нибудь..