Дикая любовь (СИ)

И я тянусь к своей стихии. Одэкота что-то бормочет, пошло ерзая пальцами, сжимая и сдавливая мою плоть, но я теперь не часть своего тела, я сейчас – капельки крови в его венах. И мы дружно бежим, щедро разливаясь, по организму, растягиваем, расширяем до предела и больше, каждый капилляр, каждую вену в теле мужчины. Одэкота уже через минуту начинает ощущать мое влияние.
- Что? Что происходит?
Ему уже не интересно лапать беспомощное женское тело, мое тело. Он хватается за свою голову и отваливается вбок, давая мне свободу. Я поднимаюсь, одергиваю платье и не свожу глаз с катающегося по земле мужчины.
- Что ты делаешь?! – кричит он, краснея лицом и шеей.
- То, что ты заслужил, - отвечаю спокойно.
Да, где-то на самом дне сердца мне больно смотреть на его мучения, но я заставляю себя не опускать глаз, чтобы запомнить раз и навсегда: в этом диком мире выживают только сильные, и я обязана стать такой. Не ради племени, и даже не ради Арэнка, а ради себя. 
Я не хочу смерти Одэкота, не потому, что считаю, будто он ее не заслужил, а потому что не хочу стать убийцей. Не хочу марать руки его кровью и видеть в кошмарах смерть того, кто мне когда-то нравился. Поэтому не рву те сосуды, которые идут к голове. Одэкота рычит, шипит, ползая по траве и схватившись за голову. Отворачиваюсь от него и делаю шаг, думая, что этого достаточно, чтобы его остановить. Но нет. Сильная мужская ладонь впивается в мою лодыжку, крепко держит, не давая двинуться.
- Нет! Не уйдешь! Не пущу тебя, слышишь!
- Прекрати! Я не пойду с тобой, но ты еще можешь спастись. Просто беги, спрячься!
- НЕТ!! Я без тебя не уйду!
Я растеряно смотрю на полное решимости и ярости лицо Одэкота. Он не оставляет мне выбора! Заставляет меня делать то, что я не хочу! Но… Я теряюсь, не зная, что делать. И тут совсем рядом с нами раздается треск сухих веток. Я перевожу взгляд и вижу, как к нам приближается огромный черный волк. Его желтые глаза загораются красными огнями, когда он слышит запах крови, идущий от Одэкота. Замираю в испуге. Зверь встречается со мной взглядом, шерсть на его загривке поднимается вверх и раздается тихое, утробное рычание.
- Пожалуйста, не тронь меня, - говорю ему тихо.
Одэкота лежит на животе и не видит, с кем я разговариваю. Он делает резкий рывок, чтобы перевернутся на спину, в тот же момент волк оказывается рядом с ним и одним ударом мощных челюстей вырывает мужчине горло. Я всхлипываю и отворачиваюсь, надеясь больше никогда в жизни не слышать этих ужасных булькающих звуков. Я испытываю противоречивые чувства. Одновременно ужас и сильное облегчение, что волк сделал то, на что я могла бы и не решиться. И снова волчий рык. Я поднимаю голову и смотрю на зверя, идущего ко мне медленно, но уверено. Отступаю на шаг, совсем чуть-чуть и тут же раздается недовольный волчий рык. Резко замираю, глядя расширившимися глазами на подходящего зверя. Четыре шага до меня, три, два. Я не желаю делать ему больно, но сделаю, если придется, потому что хочу жить! 
- Пожалуйста, не причиняй мне вред, - говорю ему хриплым шепотом.
Волк фыркает в ответ на мои слова. Словно отвечая «какая же ты глупая жука». Он подходит совсем близко и принюхивается к моей руке, касаясь ее холодным носом. Я вздрагиваю, но ладонь не убираю. И внезапно ощущаю щекочущее касание языка на своих пальцах.
- Ты… ты ведь не будешь кусаться? – спрашиваю и снова получаю в ответ насмешливое фырканье.
Волк подныривает большущей головой под мою руку, и я без труда угадываю этот жест. Опускаю ладонь на морду животного и аккуратно, стараясь держаться подальше от зубастой пасти, поглаживаю его между ушей. Раздается требовательный рык, и я начинаю чесать более активно. Шерсть животного густая и приятная, почему-то вспоминаю, как недавно лежа рядом с мужем, перебирала пряди его волос и целовала губы. И тут же у меня в голове появляется очень мутный но все-таки образ мужа, сидящего рядом со мной тут, в лесу, а я глажу его макушку. 
Что?! Я опускаю голову и тут же натыкаюсь на умный взгляд желтых глаз.
  
- Арэнк? – сама удивляюсь, зачем спрашиваю.
Волк открывает пасть и, кажется, что он улыбается, когда внезапно облизывает розовым языком ткань платья на моем бедре.
- Арэнк, - глупые слезы градом льются из моих глаз, когда я присаживаюсь и обнимаю волка, уткнувшись лицом в его шерсть.
Зверь терпит такое навязчивое поведение всего несколько секунд, потом вырывается и отбегает на несколько шагов.
- Уходишь?
Волк просто поворачивается ко мне спиной и скрывается в лесу. Постояв еще какое-то время, чтобы прийти в себя, стараюсь не смотреть на то место, где лежит Одэкота. А потом выдохнув, иду в сторону поселения. Мне еще предстоит нелегкий разговор с женщинами о том, куда я ходила с чужим мужчиной и почему не ночевала в вигваме, пока нет мужа.
Возвращаясь, я все время смотрю под ноги, чтобы не оступиться. Несмотря на полнолуние, высокие кроны деревьев закрывают почти весь свет. Иногда видно хорошо, где растительности поменьше, а иногда – кромешная тьма, хоть глаз выколи. И вдруг, среди темной ночи, просто на тропинке замечаю тонкую серебристую ленту ручья, возникшего непонятно откуда. Он убегает вправо, а мне нужно повернуть влево, но что-то словно тянет вслед за водой. И наплевав на тот факт, что мне нужно побыстрее вернуться домой, а также на то, что вообще-то ночью в лесу опасно, я следую за тонкой серебристой змейкой. Ручеек все время петляет, но при этом почти не сходит с тропинки, мне даже не приходится лезть через кусты, или куда-то в непроглядную чащу. И внезапно, он резко заканчивается.
Останавливаюсь, недоуменно оглядываясь. Он ведь меня куда-то вел? Я не могла ошибиться. Тогда почему тут ничего нет? Осматриваюсь более внимательно. Несколько деревьев, кусты, посредине свободное место с каким-то ворохом листьев. Только подойдя ближе, я понимаю, что передо мной звероловная яма, ловушка для добывания диких животных, представляющая собой яму, выкопанную в земле и засыпанную тонкими ветками и листьями. Обхожу ее по широкой дуге. Ночью я могла запросто ее не заметить и упасть. А потом пришлось бы ждать, что меня хоть кто-нибудь тут найдет, иначе - ожидает долгая и мучительная смерть. Зачем ручеек привел меня сюда? Я уже начинаю отдаляться от ловушки, когда мне слышится звук, очень похожий на стон. Резко останавливаюсь и прислушиваюсь. Звук повторяется и идет из ямы! Почти бегом возвращаюсь назад, падаю на колени, и очень аккуратно двигаясь вперед, убираю листья и ветки и с ужасом вскрикиваю, когда мне открывается дно ловушки.
- Отец!
Канги и его молодая жена, связанные и с заткнутыми ртами лежат на дне ямы. Женщина без сознания, а отец пытается шевелиться, чтобы ослабить веревки, именно его я услышала.
- Отец, подожди! Я сейчас принесу нож! Я вернусь!
И со всех ног, едва разбирая дорогу, бегу назад, в пещеру. Там Вэра, а у нее был нож, которым она освободила меня. Вбегаю. Огонь еще не погас, а значит, я смогу найти нужное. Тело сестры лежит в том же положении. Я всхлипываю и стараюсь не смотреть в ту сторону. Нож был в руках у Вэра, когда Одэкота швырнул ее. Осматриваюсь вокруг и почти сразу нахожу светящееся в полутьме лезвие. Хватаю его, походный бурдюк с водой и несусь назад.
- Отец! – лежу на животе на краю глубокой, метра два с половиной ямы, вижу, что уже и Муна очнулась. Это хорошо, поможет Канги освободиться. – Отец, я скину вам нож. Воспользуйтесь им, чтобы освободить веревки.
Кидаю острый предмет рукояткой вниз. Канги сразу же подбирает его и очень быстро освобождает жену, а та в свою очередь, помогает мужу. Когда оба свободны, я кидаю им воду, и они с жадностью пьют.
- Отец, сами вы вылезти не сможете, я тоже не помощница, маловато сил. Я пойду за помощью в поселение. Вы сможете дождаться меня?
- А Одэкота? – спрашивает Канги, снова с жадностью припав к воде.
- Его можно уже не бояться. Он… погиб.
- Ты убила его? – в голосе отца бездна ненависти.