Контрактор. Книга 2 (СИ)

Мы вновь вернулись к основной теме обсуждения. Мне задали ещё несколько вопросов относительно вчерашних событий, но существенно дополнить уже сказанное мне было нечем. В основном они старались найти неувязки в моей истории, задавали те же вопросы, но иначе, пытаясь запутать. И в этом не было ничего такого, в конце концов, это их работа.
— Что с самим Багратионовым? — поняв, что мой допрос подходит к концу, решил уточнить я.
— В данный момент он находится под стражей, на лечении, — ответил представитель ИСР. — Его состояние можно считать удовлетворительным. Он пришел в себя, адекватен, насколько может быть адекватным искаженный разрушитель. Его ограничили в силах и проводят работы.
— Его казнят?
— Это один из вариантов. В любом случае он теперь считается не гражданином Империи, а монстром. Его либо будут использовать в Черных отрядах для разведки и зачистки, либо, есть он окончательно потеряет рассудок, казнят. Все будет зависеть от его дальнейшего поведения. Но ситуация довольно обнадеживающая, он наиболее стабильный искаженный разрушитель из всех, кто нам попадался.
— И самый сильный из них, — добавил Демьянов. — По крайней мере, мне не доводилось слышать об искаженных разрушителях S-ранга.
— Его отец в данный момент пытается оспорить такой статус, ведь человеку как он, что отдал молодость и здоровье служению стране, тяжело принять тот факт, что единственный сын превратился в алчущего крови монстра. Но к сожалению для него, лучшее, что он может получить, это встречи с сыном. Александр Багратионов лишился статуса человека, а вместе с этим и всех дворянских привилегий.
— Ещё бы знать, как именно он стал искаженным разрушителем… — вздохнул Демьянов. — Мы ведь до сих пор не знаем, что именно вызывает подобные изменения.
В отличие от них, я знал, но не спешил делиться такой информацией, ведь эти знания вызовут очень много вопросов, на которые у меня нет желания отвечать.
— В таком случае мы закончили, — поднялся с места Разумовский, поправляя галстук.
— Я бы хотел немного поговорить с Андреем Дмитриевичем с глазу на глаз, — сообщил ему Демьянов, и мужчина, не став возражать, кивнул нам и в сопровождении остальных членов глупы направился на выход. Надя тоже была одной из них, решив не афишировать наши не деловые отношения. У её начальника из столицы и так, скорее всего, есть вопросы относительно её здесь присутствия.
— Так о чем бы вы хотели поговорить, Павел Ростиславович? — обратился я к мужчине, когда закрылись двери кабинета.
— О вашей лицензии охотника и способностях одаренного, разумеется, — улыбнулся он мне. — Не так часто под рукой оказывается «вольный» S-ранг. Какого именно рода ваши силы, Андрей Дмитриевич? Я просмотрел все данные, все записи, что успели накопиться о вас, и… вы так и остались для меня человеком-загадкой. Очень многое указывает на то, что вы «танк-физовик»: крепкая как камень кожа, огромные физические возможности. Но кое-что не вписывается в эту картину. Думаю, вам и так известно, что у одаренных изначально пробуждается одна единственная способность, и уже она в свою очередь определяет дальнейшее развитие. Если ты пробудился как физовик, то магия для тебя всегда будет побочной. Ты никогда не сможешь творить заклинания как колдуны и маги, даже если развил контроль над стихийной энергией. Но вы… Я видел записи сражения во время перевозки Долгопрудного и был очень впечатлен. Применение магии, усиление физических возможностей и, мы до конца не уверены, призыв? Вы вызвали монстра, сравнимого по силам с А-рангом, и заставили его сражаться на вашей стороне. Это совершенно разные по своей сути силы, каждая из которых обладает огромным боевым потенциалом. А это значит только одно — ваша изначальная сила, это не что-то базовое, а скорее уникальное умение, позволяющее в полной мере использовать разного типа способности.
— И вам очень интересно, что это за сила? — усмехнулся я.
— Очень.
— Извините, но не вижу ни единой причины вам что-либо отвечать, — пожал я плечами. — Насколько я могу судить, аристократы зачастую скрывают истинную силу своих бойцов.
  
— Да, вы правы, — подтвердил Демьянов. — Открыто известен ранг бойцов, но вот сами способности зачастую закрыты для общественности, хотя в наших архивах есть информация практически на всех. Мы не можем с уверенностью утверждать, что архив полон, но если кто-нибудь из сильнейших одаренных страны открыто использовал способность, даже единожды, у нас есть об этом информация. Но полагаю, у Гвардии есть более полные архивы, все А и S-ранги должны отчитываться лично перед государем и предоставить ему всю самую актуальную информацию. Но там всё надежно, Гвардия утечек не допускает, — сделав небольшую паузу, мужчина добавил: — А вы, Андрей Дмитриевич, ещё не аристократ. Говорят, что Лидия Александровна после вступления в наследство соберается передать вам титул графа, но в данный момент этого ещё не произошло.
Я молчал, не собираясь отвечать хоть что-то. Он, видя мое нежелание идти на контракт, вздохнул.
— Послушайте, Андрей Дмитриевич, я просто хочу предложить вам работу.
— Вы далеко не первый.
— Не удивлен, но уверен, что первый, чьё предложение вы примите. Я предлагаю вам работу внештатного сотрудника Управления.
— Мне не интересно, — покачал я головой.
— Вы же меня не дослушали, — усмехнулся мужчина. — Внештатная работа не потребует от вас чего-то экстраординарного. Из-за случившегося вчера Псковская группа быстрого реагирования лишилась сильного охотника, и всё, что требуется от вас — участие в подобных экстренных происшествиях. Вам и так придется, если вам передадут титул, потому как это часть закона о дворянской повинности.
Про это мне доводилось слышать. Одаренные, начиная с А-ранга, относящиеся к дворянству, вносятся в специальный реестр и должны нести воинскую повинность. В мирное время это закрытие ложных порталов большой силы. Одаренных вносят в список, формируют группы и вызывают, если возникает острая необходимость. Так было с Багратионовым, например. В военное время одаренных используют как живое оружие, но там много нюансов, в которые я не вдавался, когда ознакамливался с вопросом.
— Вам, разумеется, придется участвовать в совместных учениях и время от времени, даже без появления экстренных ситуаций, выполнять групповые задания для слаживания группы. В противовес этого вам предоставляется пятидесятипроцентная скидка на выкуп портала, а также повышается цена выкупа у вас трофеев.
А вот это меня заинтересовало.
— Это действует только на меня или на группу, возглавляемую мной?
— На группу, — подтвердил Павел Ростиславович. — Но не более двух порталов в неделю. На повышенную ставку выкупа трофеев нет никаких ограничений, тут можете развернуться.
— Но продавать всё равно придется вам, — хмыкнул я, понимая, к чему он ведет.
— Нам. Есть упрощенный выкуп трофеев, если вы хотите использовать их иначе, но не для перепродажи, разумеется. Только для личного использования.
Я откинулся на спинку кресла и задумался. На самом деле предложение вполне себе неплохое. От дворянской повинности мне не избавиться, да и в том, чтобы закрыть ложный портал и спасти людей, я не видел ничего зазорного, в конце концов, мы для этого в какой-то мере и существуем. Пока естьодаренные, будут и порталы, и наоборот. Круговорот, которого мы не избежим, разве что благодаря моим действиям он больше не станет расширяться.
Повышенная ставка за трофеи, более дешевый выкуп порталов…
— А если я захочу уйти?
— Мы это устроим. Но я всё же надеюсь на долгосрочное взаимовыгодное сотрудничество.
— Последний вопрос: я смогу выкупать порталы выше своего ранга?
На данный момент это было самым критичным вопросом. Будучи официально B-рангом, я не могу выкупить, например, А-ранговый портал. Более того, меня туда даже как вольного одаренного не допустят, там свои заморочки и +А-ранговые порталы всегда выкупаются полностью, туда просто прийти и отправиться как часть группы таких же вольных нельзя. Можно сказать, что дворянские рода и корпорации держат на них монополию.