Ловец ласточек (СИ)

— Пойду перекурю.
Шуршание прекратилось. Петер встал и зашагал к двери, шаря по карманам пиджака в поисках пачки. Кир вдруг зашевелился и приподнял голову.
— Передумал бросать? — спросил он с едва слышимым разочарованием.
Петер дрогнул и обернулся, уже с сигаретой в губах.
— Это первая за три дня, — сказал он в свою защиту и скрылся за дверью.
— Перенервничал, похоже. — Кир выпрямил спину и потянулся, а потом в три глотка выпил половину своего кофе. — Он парень чувствительный, поэтому будь с ним поделикатней.
Тогда я смогла наконец рассмотреть его лицо. Совсем ещё юное, как у старшеклассника. Карие глаза прищурены, взгляд их рассеян. Тёмные волосы растрепались, на лбу отпечатались складки рукавов.
Кир подпёр голову ладонью.
— У тебя, должно быть, много вопросов. А ты ничего не спрашиваешь, — произнёс он скучающим тоном, как будто я вовсе не была ему интересна.
— Просто не знаю, с чего начать.
— Да неважно. — Кир зевнул и снова лёг на стол. — Выбирай любое и спрашивай.
— Хорошо, — пробормотала я и ненадолго задумалась. — Как давно вы с Петером здесь работаете?
— Под твои вопросы только засыпать, конечно, — беззлобно сказал он, и эти слова одновременно смутили меня и задели. — Я где-то месяца четыре, а Петер почти год.
— И почему Мария назвала вас бездельниками?
— Потому что наши способности бесполезны и у нас нет заказов. Ещё и устойчивость к магии никому больше не нужна. С утечками прекрасно справляются спасатели. Вот мы и сидим тут без дела целыми днями.
— Не скажи, Кир, — вклинился в разговор вернувшийся Петер. — Иногда нас вызывают, если ситуация сложная.
— Ага, раз в полгода.
— Ну да, нечасто, но ведь случается.
Кир вздохнул.
— Вот поэтому никто и не хочет работать агентстве. Способности странников слишком специфичные, и что-то действительно полезное встречается редко. Зачем, спрашивается, просиживать здесь штаны, когда перед тобой целый мир, в котором можно беспрепятственно заниматься всем, чем пожелаешь? Путешествуй, знакомься с новыми людьми, ищи себя…
— Но вы сидите здесь и скучаете, — сорвалось у меня с языка.
Повисла пауза. Петер замер у двери. Кир невозмутимо откинулся на спинку стула.
— Знаешь, не всем по душе путешествовать и заводить знакомства.
— К тому же, всё это, по большей части, сплошная нервотрёпка, — с облегчением добавил Петер, подходя к столу.
В чём-то они были правы. Или, точнее, в чём-то мы оказались похожи. Ведь для меня даже просто прийти в агентство уже было большим достижением.
— Можете рассказать, какие у вас способности? — осторожно спросила я.
— Боюсь, мы тебя ничем не удивим. — Петер опустился на стул и отвёл со лба влажные волосы. На его лице поблёскивали капельки дождя. — Я могу становиться невидимым, но в повседневной жизни от этого никакой пользы.
— Ого, — протянула я, не найдя слов для ответа. — А-а… а можешь показать?
— Что? — Петер вдруг занервничал. — Хочешь посмотреть? Да тут ничего особенного…
— Ладно тебе, Петер, ты же любишь исчезать, — присоединился Кир. — Почти каждый день исчезаешь, неужели сложно продемонстрировать?
Петер лишь недовольно цокнул. В то же время невидимая дымка начала окутывать его тело, будто стирая кусочек за кусочком.
— Пошёл бы ты, Кир, — буркнул он и полностью растворился в воздухе.
— И так постоянно. Стоит мне сказать что-нибудь эдакое — и пожалуйста. А я, как идиот, разговариваю сам с собой.
— Не слушай его дурацкие шутки, Марта, — отозвался Петер, и невидимая дымка мгновенно рассеялась.
— Очень впечатляющая способность, — улыбнулась я и повернулась к Киру. — А ты что умеешь?
— Ничего.
— В смысле?
— Ну, вот так. Нет у меня способности.
— Но… Значит, у тебя нет источника магии?
— Источник как раз есть. Способности нет.
— Я не понимаю.
Несколько секунд Кир молча смотрел на меня, а потом спросил:
— Когда-нибудь держала в руках магию?
Я мотнула головой, недоумевая, к чему он клонит.
— Подставь ладони.
Я приподняла их над столом и сложила в форме чаши. Кир протянул руку, и с кончиков его пальцев закапала прозрачная жидкость. Вязкая, с тусклыми бликами, она была едва заметна глазу, но ощутимо грела и покалывала кожу.
 
— Это и есть магия?
— В чистом виде.
— А это не опасно? Куда её теперь девать?
Кир обвёл кухню задумчивым взглядом.
— Можно зарядить фонарик, — предложил Петер.
Покопавшись в ящике минуты две, Кир устало выдохнул и плюхнулся на пол.
— Ты уверен, что он здесь?
Комод в гостиной был набит хламом под завязку. Голова моя заполнилась раздражающим шумом при виде столь большого количества вещей, о предназначении которых можно было только гадать. При этом я уже была напряжена до предела, боясь проронить хоть каплю магии из своих ненадёжных ладоней.
— Должен быть. Может, в другом ящике? Не помню, куда его закинул.
— Тогда ищи сам.
Кир прислонился к дивану и недовольно наблюдал за Петером, открывающим и закрывающим ящики.
— Нашёл!
Фонарик выглядел до того обычно, что я даже расстроилась. Хотя объяснить себе, почему ждала чего-то из ряда вон, не могла. Петер извлёк тёмно-красный гранатовый аккумулятор, придирчиво осмотрел его и положил мне в ладони. Всего за несколько секунд магия впиталась в аккумулятор без остатка.
— И надолго этого хватит?
— Зависит от усилителя, — ответил Кир. — Мы его даже на десятую часть не зарядили. Часов двадцать, думаю, не больше.
Только мне захотелось включить фонарик, как из прихожей раздался весёлый звонкий голос:
— Я пришла! Ух, ну и погодка сегодня. А чего вы свет не зажгли? Сидите тут в темноте.
Хлопнула дверь, звякнули ключи. Я собиралась выглянуть из гостиной, но Петер жестом остановил меня и приложил палец к губам.
— Кир! Свари кофе!
— Неохота! — крикнул он в ответ, так и не поднявшись с пола.
— Предлагаешь мне пить растворимый? Я, вообще-то, с работы и очень устала.
Однако голос у неё был совсем не уставшим.
— Ладно, — сдался Кир и тяжело встал на ноги.
— Чем вы там занимаетесь?
Быстрое цоканье каблуков приблизилось к гостиной и резко остановилось. На долгое мгновение все оцепенели.
— К нам сегодня новенькая устроилась, — произнёс Петер, подавив нервный смешок, и опустил ладонь мне на плечо. — Марта, знакомься, это Франтишка.
Она замерла на пороге, не сводя с меня глаз. Невысокая, в приталенном платье с широкой юбкой и узком пиджачке. Длинные карамельно-каштановые волосы, вьющиеся на концах крупными кольцами. Круглое, почти детское лицо, веснушки на румяных щеках. Она словно сошла с открытки.
— Не может быть, — слетел шёпот с её губ. — Ещё одна странница в агентстве?
Вдруг она вся пришла в движение, подбежала ко мне и взволнованно взяла за руки.
— Боже, я так рада! Ты не представляешь, как мне не хватало женской компании. Мы же можем стать подругами, ты не против? Неужели Владыка услышал мои молитвы? — Она отпустила меня и принялась обмахивать раскрасневшееся лицо. — Ах, боже мой, боже мой! Сегодня просто какой-то праздник! Если б знала, купила бы сладостей. Нет, нам обязательно нужно это отметить!
— Что-то не припомню, чтобы мы отмечали приход меня или Кира, — вставил Петер, но Франтишка его проигнорировала.
— Я очень, очень рада познакомиться с тобой, Марта!
— Взаимно, — пролепетала я, задавленная волной её эмоций.
— Что ж, идём на кухню. Кир уже должен был сварить кофе.
Франтишка принесла два пакета продуктов, наполнила холодильник и занялась ужином, хотя ещё не было и пяти часов. Полная энергии, она волчком крутилась по кухне и как заведённая рассказывала о себе.
— У меня магия голоса, как я люблю её называть. Пением я могу успокоить, снять боль или усыпить. Обычно мне говорят, что с такой способностью только в больнице и работать, но как будто это так просто. Мне, знаешь, приходилось провожать людей в последний путь, и, ох, это ужасно тяжело! Я с этим предпочитаю сталкиваться как можно реже, но иногда, конечно, деваться некуда. И всё же я извернулась и нашла себе приятную работу, где и способность моя кстати. Знаешь, где? В детском садике. Ах, дети такие замечательные! Просто проводить с ними время — уже огромное удовольствие. Я там помогаю воспитательнице: укладываю спать беспокойных ребятишек, унимаю плачущих, ещё медсестре ассистирую. Не работа, а сказка, как по мне.