Спасение (ЛП)

— В чём дело? — с тревогой спросила Сави.
— Горячее, чем я ожидал, — признался он.
— Горячее? — Её нога коснулась песка, после чего аккуратно приподнялась. — Скорее немного тёплое, ты просто слабак.
— Эгей, я из Абердина, — запротестовал Каллум. — Из места, где можно получить обморожение, пробуя песок на пляже босой ногой. Даже летом.
— Слабак. — Сави захихикала и побежала по пляжу. — Слабак, слабак.
Он засмеялся и бросился вдогонку. Поймав девушку, обхватил беглянку и залился счастливым криком.
— Тише, Каллум. Они услышат, — полушутя возмутилась девушка.
— Кто услышит?
Он оглянулся на высокие деревья: их длинные стволы качались в ласковом ночном ветре. Тени среди гладких стволов были непроницаемого чёрного цвета, глубже, чем пропасть между звёздами. Там может скрываться что угодно.
— Эти, — ответила она со смешком. — Любопытные Варвары. Соотечественники. Сотрудники. Соседи.
— Тебя это пугает? — спросил Каллум, целуя её собранные вместе пальчики. — Грубое вторжение в личное пространство, — прошептал он, касаясь губами шеи девушки.
— Пугает, — прошептала в ответ Сави.
Каллум без труда почувствовал знакомые нотки в её голосе, заставившие его ухмыльнуться. У Сави не было никаких запретов, когда дело дошло до изучения её сексуальности.
— Не нужно беспокоиться о том, что они кому-нибудь расскажут, — продолжил он. — Они умрут от зависти, прежде чем мы закончим.
— Обещания, обещания… — Сави облизнула губы. — Теперь сними халат, — горячо пробормотала она.
— Да, жена.
— Мне кажется, что ты из тех, кто не прочь заняться сексом на пляже. Так что приступай, муж.
Каллум скинул халат и расстелил его на песке — на том самом месте, на котором они стояли в тот самый день: он в футболке и плавках (ну и в кроссовках с подошвой, достаточно толстой, чтобы ноги не загорелись), она в белом бикини и алом саронге.
Церемония длилась всего пять минут. На ней присутствовали всего четыре человека: падре из местного города, который проводил церемонию, помощник управляющего курорта и двое их соседей по отелю, несколько смущённые от доставшихся им ролей свидетелей.
— Ложись, — сказала Сави, смеясь и вызывающе поглядывая на линию деревьев. — Я буду сверху.
Каллум услышал нарастающее волнение в её голосе и сделал, как ему сказали. Сави возвышалась над ним, её ноги располагались на уровне его бёдер. Она сделала вид, что медленно расстёгивает ремень, а затем позволила халату раскрыться. Каллум с восхищением оглядел свою жену, её гибкое тело, блестевшее в пастельном свете луны.
— Жена моя, ты богиня, — хрипло сказал он.
Девушка скинула халат с плеч и расправила свои длинные чёрные волосы.
— Какая именно богиня? — спросила она.
— Парвати, богиня любви и женской силы.
— Умный мальчик. — Она плотоядно улыбнулась.
«Спасибо, интернет, за мной должок», — мысленно пообещал Каллум.
— Знаешь ли ты, что она наделяет женщин знаниями и силой всей вселенной? — пробормотала Сави, падая на колени.
Он беспомощно захныкал.
— А также стойкостью, — добавила она, сверкнув глазами.
В небе над головой Сави падающая звезда разметала свой сверкающий хвост по небу. Каллум загадал желание.
И оно сбылось.
* * *
Каллум проснулся от жгучего утреннего света, проникшего через деревянные ставни в спальне. Кондиционер мягко гудел, но температура в спальне была уже выше, чем в середине лета в Шотландии. Он повернул голову и увидел, что Сави лежит голой на матрасе рядом с ним.
— Доброе утро, муж, — сонно сказала она.
Он осторожно стряхнул с её лица толстые пряди спутанных чёрных волос. Единственное, что он мог в данный момент сделать, — улыбаться, восхищаясь красотой Сави.
— Ну чего? — спросила она, почувствовав внимание.
— Я думал, что мне снился лучший сон в моей жизни, — сказал он тихо, — а это были воспоминания.
— О, Кэл! — Сави потянулась к нему, и они начали пылко целоваться.
— Я женатый мужчина, — произнёс Каллум, и не было никакого способа сдержать удивление в его голосе. — Я не могу поверить, что ты сказала мне «да».
 
— А не могу поверить, что ты спросил.
— Я всегда собирался спросить.
— Правда? — лукаво спросила Сави.
— Правда. С того момента, как я тебя увидел. Но я знал, что мне придётся много раз сказать «привет», прежде чем ты запомнишь моё имя.
— А почему ты просто не попробовал, глупыш? 
— Я был уверен, что вчера перелистнул эту страницу.
— Не, — сказала Сави, погладив его по щеке, — ты так и не осмелился.
— И тем не менее мы женаты! — Каллум начал смеяться.
— Теперь нам просто нужно разобраться, как всем рассказать.
— Да. Дерьмо. — Он нахмурился. Одна только мысль об этом была настоящей убийцей страсти.
— Тебя это не беспокоит? — Сави посмотрела на него заинтересованно.
— Нет. Всё будет хорошо.
— Ты должен будешь сказать моему отцу, — решительно произнесла она.
— Я? Может быть, ты сама…
— Ты, — отрезала Сави. — Я выбрала себе прекрасного мужа, который должен защищать меня от демонов и драконов.
* * *
— Я не боюсь твоей семьи. Честно, — ответил Каллум. — Ну, разве что, может быть, немного опасаюсь твою маму, — добавил он чуть тише.
— Мамочке ты нравишься.
— Тогда она очень хорошо умеет это скрывать.
— Ты же знаешь, что если хочешь узнать, какой со временем станет девушка, то ты должен посмотреть на её мать.
У Каллума промелькнуло короткое, но пугающее воспоминание о его собственном отце, завзятом болельщике, стоящем на трибуне стадиона «Питтри» с банкой пива в каждой руке.
— Я был бы только рад, если бы ты оказалась похожей на свою мать.
Рот Сави раздвинулся в широкой букве «О», которую она закрыла рукой, смеясь:
— О нет, я вышла замуж за ужасного лжеца!
— Ну, ты должна признать, твои предки немного консервативны. А я белый.
Она провела рукой по его коротким рыжим волосам.
— Белое с красным. Идеальный шотландец. Я могла бы ослепнуть, уставившись на твою кожу.
— Эй, ты говорила, что мои веснушки милые.
— Милые. Для десятилетнего ребёнка, Кэл. Когда тебе тридцать один, они просто смешные.
— Спасибо, порадовала. — Каллум поцеловал её — лучший способ прекратить этот разговор. — В любом случае, — добавил он, пожимая плечами, — семья — это меньшая из причин, о которых нам нужно действительно беспокоиться.
— Ах, да, как я могла забыть о наших кровавых отцах-командирах Корпорации Сопряжения, — проворковала Сави, добавив: — Я ненавижу их.
— Ничего личного, только бизнес. Принадлежащие им человеческие ресурсы не могут самостоятельно выстраивать свои отношения, поскольку это повышает риски исков по поводу сексуального домогательства.
— Не думаю, что ты вообще способен к кому-то домогаться.
— Верно, — кивнул он.
— На самом деле проблема не в домогательствах, — вздохнула она.
— А в чём?
— Любой, кто работает в отделе безопасности, не может допускать связи с непроверенными людьми.
— С непроверенными людьми? Ты имеешь в виду, что могут решать, с кем ты можешь встречаться? Это возмутительно! Они не могут этого сделать…
— Ах. Видишь ли, в моём контракте есть пункт о том, с кем я могу строить отношения. Предельно простой и ясный. — Она поморщилась.
— Подожди. Так ты что, подписала его?
— Господи, я работаю в безопасности, Кэл. Устраиваясь на работу в безопасность, ты примерно представляешь себе, что именно тебя ожидает. Если другая компания захочет устроить проникновение в нашу, то начнёт именно с этого. А мы не можем позволить себе быть уязвимыми.
— Чёрт побери, это печально.
 
— Зато реалистично. Мир — это плохое место, наполненное злыми людьми.
— Хорошо, хорошо. — Каллум примирительно поднял руки. — И что они сказали про меня?
— Упс, — виновато сказала Сави. — На самом деле я пока им ничего не рассказала.