"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Из коридора слышалось шорканье: ратушный призорец принялся за утреннюю уборку. Нужно сказать ему, чтоб бумаги на полках разобрал, подумал Оль. Призорцу в радость, когда его о чем-нибудь просят, мается в своем бессилье и неприкаянности.
– Все-таки нелегко поверить, что можно просто взять и одолеть демонов.
Дорал впервые сказал это вслух, хотя и прежде было ясно, что он сомневается. Ну и то хвала Божине, подумал Оль. Если бы его друзья проявляли безрассудную веру и готовность действовать по указке ночницы безоглядно, маг бы решил, что они и впрямь спятили.
– Это вовсе не просто. Поди найди Драконову Чашу сначала, доберись до Стража, уговори его разбудить драконов. И желательно, чтоб тебя никто не сожрал по пути. И чтобы ты не затерялся в снегах ненароком.
– И все-таки это выполнимо, – настаивал Дорал. – Просто нужно знать про драконов и суметь добраться до них. Это как волшебное слово из сказочных историй: кто знает такое слово, тот спасет всех. Слишком просто это выглядит – взять и одолеть демонов! Они что, не станут нам мешать?
Ночница вяло потерла глаза.
– Какие ж вы нудные, люди. Как вы расплодиться сумели, такие нерешительные? Никто не знает, что мы тут затеяли. Большинство демонов о вас не думает, плевать им на вас. Они и мир-то убивают не со зла, а мимовольно, потому что их суть такая. И сражаться с вами не собираются, потому как вы все равно помрете.
– Поэтому, плюя на нас, они устроили эту возню с Кристаллами, чтобы хранить человеческое обличье?
– Просто скрываться – удобно. Никто не бегает вкруг тебя с визгами. Не вытаптывает грибы на любимой поляне. Не задает сотни глупых вопросов.
– И когда драконы проснутся – демоны умрут? – тут же задала глупый вопрос Бивилка.
– Ты что, с трольей макушки падала? – устало вздохнула ночница. – Демона нельзя убить, можно лишь изгнать. Когда драконовая сущность снова наполнит мир – им придется убраться в другой.
– Почему тогда демоны не убили драконов?
– Я не знаю. Быть может, демон не может убить стражей мира, в который приходит. Ведь сущность мира защищает стражей, а пришлых демонов – отторгает, и выходит, что они слабее. К тому же драконов нужно еще отыскать.
– Еще какие-нибудь подвохи? – деловито спросил Гасталла.
– Наверняка, – буркнула ночница. – Вы встретитесь с силой, сути которой не знает никто. Я не могу предсказать, как поведут себя драконы. Быть может, проснутся и сожрут всех вас.
– Эй! – вскричал Шадек, впервые оживившись. – Как это – сожрут? Нет, я на такой исход не согласен – может, ну их к лешему, этих драконов, а?
Некромант поморщился. Если он чего не переносил еще больше, чем скопления людей в отдельно взятом месте, – так это когда люди начинали орать.
– Не голоси. Быть может, еще ничего и не случится, а ты уже голосишь.
– Не относитесь к этому легко, – отрезала Дефара. – Это древняя и мощная магия, а вы не умеете узнавать ее. Она способна стереть вас в пыль прежде, чем вы поймете, что происходит.
– Магия вечных, – замогильным голосом протянул Шадек и сделал страшные глаза.
– Магия тени, – без улыбки поправила Дефара, и взгляд ее раскосых глаз стал таким серьезным, что Шадек даже не скорчил рожу в ответ.
* * *В последнее время жители Мошука встречали с недоверием все непривычное. А незнакомцы, гурьбой ввалившиеся в ратушу и проведшие там целую ночь в компании гласных магов, были еще как непривычны. В особенности женщина с капюшоном на голове, таким глубоким, что внутри можно было спрятать целое подворье. С чего бы честным бабам ходить по городу в таком капюшоне, а? Небось душегубица какая-нибудь!
По городу понеслись шепотки. О чем маги шушукались с пришлыми? Какая спешность требовала не спать всю ночь? Небось затеяли что-то такое, что не понравится горожанам, – иначе с чего таиться и окна затворять?
Когда с рассветом гласники забегали по городу с сосредоточенным и таинственным видом, горожане всполошились еще больше. А когда Оль выдернул из дому зевающего наместника и вся компания, груженная торбами, отправилась за город, мошукцы вовсе перепугались.
Горожане посовещались и побежали будить старшину городской стражи.
* * *Помимо Бивилки и Шадека в Недру отправлялись Дорал и Гасталла, и никому даже в голову не пришло это оспаривать.
Дорал ехал, потому что наставник не может оставить учеников одних в подобных обстоятельствах – без разницы, что ученики давно уже бывшие, взрослые и думают, будто все на свете могут.
То, что к походу присоединился Гасталла, тоже казалось естественным, хотя и никто не мог пояснить, отчего. Сам некромант ворчал: «Ну ведь должен быть в этой компании хоть один рассудительный человек». Сам он в демонов и верил, и не верил, а предстоящее путешествие считал соглашением с собственной совестью. Она не позволяла Гасталле вернуться в меравийскую лабораторию, когда вокруг такие страсти, а оставаться в Мошуке, где живут тысячи людей, которые наверняка то и дело орут, – это было выше душевных сил некроманта.
Бивилка страдальчески морщилась, но не спорила.
Дефара от участия отказалась сразу: несколько лет назад в ее присутствии погиб дракон, и Стражу в Недре наверняка об этом известно, а значит – путь в драконово логово ночнице заказан. Если в компании будет Дефара, Страж не даст себя обнаружить.
Кальен решил задержаться в Мошуке и частично сгладить городу потерю второго гласника и вольнонаемного мага. Насупленный Оль имел свое, очень недружественное мнение по поводу замены двух обученных магов на одного самоучку, но узнав, что Кальен – лекарь, даже обрадовался.
В лесу пахло осенним теплом и сыростью, хвоей, прелой листвой. Солнце еще не выкатилось из-за высоких деревьев, и на молочном утреннем свету грифоны казались призрачными. Протяни руку – и она пройдет сквозь диковинного зверя, как сквозь клок тумана.
Животные лежали у края полянки, в тени, распластав по траве полуразвернутые крылья – один грифон серебристо-серый, покрупнее, второй – грязно-белый, с гибкой, как у птицы, шеей. Желтые глаза зверей смотрели на людей лениво и снисходительно. Кусты крушины у краев поляны были основательно изжеваны, под одним валялась недоеденная кабанья туша.
Оль, наместник и Шадек восхищенно ахали, ходили вокруг животных, изучали диковинные двойные седла и расспрашивали об ощущениях от полета. Дорал и Кальен рассказывали о грифонах и полетах с таким видом, словно это были их собственные животные и словно они только и делали, что летали на них. Террибар зачарованно поглаживал крыло серого, старшего грифона.
Когда первый восторг улегся, Дорал принялся раздавать Олю последние указания: в какие поселения отправлять письма, как поддерживать в будущем связь с гласными магами в других городах, какие слова повторить местному жрецу…
Оль в десятый раз подтверждал, что все хорошо запомнил. Был он неприкрыто раздражен: вот оставался бы сам Дорал на месте и делал все как надо! А он указания раздаст и урвет заниматься не пойми чем. Готовая замена ректору, подумал Оль, – тот тоже любил многосложные предписания. Иногда прям хотелось под стол залезть, когда голубь из Школы прилетал.
Террибар со строгой улыбкой что-то втолковывал Бивилке, то и дело касаясь ее плеча. Хорошие друзья, поняла Дефара, глядя на них. Очень хорошие, очень близкие друзья, каждый из которых по-своему опекает другого.
Шадек сидел на траве, привалившись к боку белого грифона, и тихо наигрывал что-то тревожное – стоило вслушаться и из отдельных звуков сложить мелодию, как она тут же оседала на коже мурашками, и от них даже светлая лесная поляна с разлегшимися на ней грифонами казалась зловещей. Заметив, что губы мага шевелятся, Дефара двинула ухом под волосами, прислушалась.
Выдох за вдохом – дыханием вскормлена,Серая стая взмывается волнами,Плещут крикливые тени двурогиеНад деревнями, полями, дорогами.Капля за каплей слезами умытая,Серая шалая рать ненасытнаяВ ставни стрекочет когтистыми лапками,Хлопает крыльями – рваными тряпками,Выдох за вдохом – и память стирается,Капля за каплей – и лица меняются,Сходства смываются, тропы сбиваются.Хлопая крыльями, стая спускается.