A Choriambic Progression (СИ)

— Поттер, не были бы вы так любезны… некоторые из этих веревок привязаны к частям тела, которых я не хотел бы лишиться. 
Гарри замер. У него перехватило дыхание. Ткань, уткнувшись в которую он лежал, была на самом деле мантией Снейпа. Он привязан к Снейпу. Он почувствовал, что ужас немного отпустил его, но страх, который за ним скрывался — этот страх никуда не делся. Понятно, что что-то пошло совсем, совсем не так, как задумывалось. 
— Что... что случилось? — прошептал Гарри. — Что я натворил… где мы? Мы что… что с нами? 
Он почувствовал, как Снейп отстранился, насколько позволяли веревки. После долгого молчания профессор спросил: 
— Вы ничего не помните? 
Гарри напряженно копался в воспоминаниях — теперь, когда сознание не было затуманено паническим страхом, это оказалось менее трудным, но столь же безрезультатным делом. 
— Я помню, как обнаружил, что вы ушли и решил пойти вслед за вами. Я помню, как искал плащ и понял, что это вы его забрали. А еще… я отправил Хедвигу с запиской Дамблдору. И все. 
Он ждал, что Снейп хоть что-нибудь на это скажет, но в ответ было только долгое молчание. Не дождавшись ничего, кроме тихого звука дыхания, Гарри заерзал, натягивая веревки. 
— Так что все-таки с вами случилось? А со мной? Как мы здесь оказались? И вообще — где мы? 
— Вы ничего не помните. 
— Я же уже сказал, что не помню. 
Он услышал, как Снейп делает глубокий вдох. 
— Сейчас мы в подвале Визжащей Хижины. Когда я пришел сюда, оказалось, что Беллатрикс не одна. С ней был Упивающийся Смертью по имени Уолден МакНейер. 
— Я его знаю, — сказал Гарри, чувствуя, как по телу пробежала дрожь. — Палач. 
Молчание. 
— Теперь уже нет. 
Головная боль у Гарри стала почти нестерпимой, а потом вдруг отступила. 
— Вы убили его? 
— Я… Да. 
— О. 
Странно, ему было так неприятно думать о том, что Снейп способен на убийство, а теперь, когда это произошло, он чувствовал себя совсем не так, как ожидал. Он, можно сказать, почувствовал облегчение. 
— У меня не было другого выхода, — тихо добавил Снейп. 
— Я вам верю, — ответил Гарри. — Я видел, как он… в общем, видел я этого МакНейера. — Он на секунду задумался. — Это не я… это не из-за того, что я сюда пришел, вас… нас смогли поймать? 
Гарри показалось, что ответ пришлось ждать целую вечность. 
— Нет. Это просто… нам не повезло, вот и все. И если у вас нет принципиальных возражений, я бы предпочел сосредоточится на поиске способа избавиться от веревок… 
— Я что… наделал таких глупостей, что даже вы не хотите об этом говорить? -вырвалось у Гарри. Он отчаянно пытался освободиться от своих пут. — Что я натворил? 
— Тсс, — горячо зашептал Снейп. Гарри замер. — Вы… вы держались очень хорошо. Потом отключились. 
Гарри хотел расспросить о подробностях, но на время утратил дар речи. Снейп считает… что он хорошо держался? Даже страх не помешал короткой вспышке радости. Но потом на него с новой силой навалилось осознание безнадежности их положения, и он склонил голову, уткнувшись Снейпу в грудь. 
— Не может быть, чтобы я сделал все, как нужно, — пробормотал он. -А то бы мы сейчас тут не сидели. 
— Мы пока живы, мистер Поттер. 
Гарри сам не понял почему, но его очень тронула сдержанность и формальность этого утверждения, но благодарность быстро сменилась еще более острым пониманием того, насколько плохи их дела. 
— А… почему мы до сих пор живы? 
Снейп слегка подвинулся и снова замер. 
— Это Беллатрикс нас так скрутила. А потом ушла — при всей ее ярости и высоком положении в иерархии Упивающихся Смертью, она всего лишь слуга Лорда. Это-то и подарило нам отсрочку и какой-то шанс. Она пошла за… тем, с кем никто из нас не хотел бы встретиться. 
Новая волна страха накатила так мощно и внезапно, что у Гарри перехватило дыхание. На мгновение шрам пронзила боль — не от приближения Волдеморта, а от мысли о нем. Связанный, перед лицом Темного Лорда — он уже имел представление о том, что будет дальше. 
— Когда она ушла? Давно? 
— Незадолго до того, как вы очнулись. Не знаю, сколько времени у нас осталось, но мы должны использовать каждую секунду. 
 
Гарри снова начал и так и эдак выгибать запястья, пытаясь нащупать хоть малейшую слабину. Он теснее прижался к Снейпу, чтобы в его распоряжении оказался больший кусок веревки, и услышал сдавленный стон. 
— Извините, — задохнулся он. — Я только хотел попытаться… 
Он прервался на полуслове, потому что в голове вспыхнула новая идея — настолько обнадеживающая, что в глаза Гарри будто ударил яркий свет. 
— Вы же можете аппарировать! Вы выберетесь отсюда… 
— Веревки зачарованы против аппарации, — тут же вернул его с небес на землю Снейп. — Это было первым, что я попытался сделать. 
Надежда, затеплившаяся было в душе Гарри, умерла, и в молчании, последовавшем за словами Снейпа, к сердцу мальчика снова начал подкрадываться ужас. Он закрыл глаза, пытаясь отогнать его, но ничего не получалось — слишком уж было темно и слишком тугими были веревки. 
— О Боже, — выдохнул Гарри, не понимая, что говорит вслух, пока не услышал собственный голос. Он вздрогнул, и потом уже не смог сдержать дрожь, потому что как он ни старался, ослабить веревки не удавалось, их поймали, скоро здесь будет Волдеморт… и еще — Гарри ничего не помнил, но почему-то был уверен, что именно он во всем виноват. 
— Это я во всем виноват? -сдавленным голосом спросил он. 
И услышал, как Снейп вздохнул. 
— Мерлина ради, Поттер — если бы в случившемся была ваша вина, неужели вы думаете, что я постеснялся бы тут же сообщить вам об этом? 
Еще одно спокойное, неприукрашенное заявление, которое пугало и успокаивало одновременно. Гарри прекратил бороться с веревками и положил голову Снейпу на грудь. Он подумал, что будет, если Волдеморт каким-нибудь образом узнает, что с ним станется, если Снейпа убьют у него на глазах. От этой мысли вдруг стало трудно дышать. Гарри зажмурился и чуть слышно прошептал: 
-Вы меня не поцелуете? 
Он услышал, как у Снейпа перехватило дыхание, и тут же веревки резко натянулись, потому что Снейп отшатнулся, насколько смог. 
— Мистер Поттер, -ядовито сказал он. — Если вы еще не заметили, наши жизни висят на волоске. Не думаю, что это подходящее время для… 
— Это подходящее время, — прошептал Гарри. У него так колотилось сердце, что он мог слышать его стук. — Потому что другого может и не быть, потому что я знаю, что вы этого хотите, и потому что мне тоже это нужно. Пожалуйста… 
Он почувствовал, что Снейпа тоже бросило в дрожь. 
— Поттер, не надо, — произнес он, и Гарри никогда еще не слышал у него такого низкого, напряженного голоса. — Не сейчас… не надо. 
Гарри приподнял голову, вглядываясь в темноту и чувствуя, как на глазах выступают непрошенные слезы. 
— Ради меня, — попросил он, сам не до конца понимая, что имеет в виду, но чувствуя, что это те самые слова, которые сейчас нужны. — Пожалуйста, ради меня… мне так страшно, и я чувствую себя таким виноватым… я ведь только хотел помочь вам и вот, что получилось… вы… я… Боже… 
У него зашумело в ушах, когда губы Снейпа на мгновение прикоснулись к его губам. Они были липкие, соленые, со сладковатым медным привкусом, который Гарри сразу же узнал. Он задохнулся. 
— Вы ранены. Вы не сказали мне, что… 
— Ш-ш-ш, — дыхание Снейпа холодило влажные губы Гарри. — Все хорошо. — Еще один поцелуй, такой легкий, что он почти не почувствовал… ох, нет, чувствовал, чувствовал — и это было прекрасно как песня, как полет, и казалось, что его сердце как к магниту тянулось к влажным, соленым от слез и крови губам. Все вокруг замерло; ужас, пробиравший до костей, испарился, как будто его и не было никогда, и остались только губы Снейпа — неторопливые, настойчивые, щедрые. Он чувствовал, как волосы Снейпа касаются его щек, его лба, и от этих легких, возбуждающих прикосновений голова шла кругом. Что-то похожее было, когда он выпил, но сейчас… ох… сейчас настолько лучше…