Пси-ON. Книга III (СИ)

Ещё несколько секунд мужчина наблюдал за повесившей голову девушкой, после чего начал разворачиваться:
— Я вас оставлю. Владимир прибудет чуть позже. Марина, Артур. — Он поочерёдно кивнул нам, после чего покинул зал. С дочерью он не попрощался, и я, кажется, начал чуть лучше понимать, в какую… щекотливую ситуацию меня определили высочайшим «приказом». Что ж, все мы люди, и императорская семья не исключение.
Неловкая тишина, установившаяся на добрую минуту, закончилась только после того, как я демонстративно прошествовал к одному из свободных, — и сервированных, — мест, заняв его и с невозмутимым лицом начав наполнять тарелки милых дам. Телекинезом это делать было на диво удобно, а сопровождение щупов в виде переливающихся искорок отвлекло студенток от невесёлых мыслей. Марину беспокоило состояние подруги, а саму Лину — отповедь отца при нежелательных свидетелях. Я ощущал, что сами по себе такие споры редкостью не были, но моё присутствие выступило всё усложняющим обстоятельством.
— Как ты угадал, что я предпочитаю? — Первой спросила заинтересовавшаяся Марина, на блюдо которой спланировали корзинки с маслом и клубникой, а в пустую кружку прямо по воздуху перетёк душистый и ароматный чай.
— Мысли читаю. — Я позволил себе ухмыльнуться. — Эмоции, Марина, эмоции. Ты догадалась, что происходит, а остальное было делом техники.
Искры как бы указывали на то, что я планирую взять, а уж считать одобрение, равнодушие или отрицание в столь простом случае я мог легко. Тем более, что стол был сервирован согласно предпочтениям тех, кто за ним восседал, и рядом с Мариной были преимущественно сладости с фруктами, а Лину окружали лёгкие салаты: из-за миниатюрности ей явно приходилось куда тщательнее следить за фигурой, нежели её подруге.
— Примитивный трюк — Фыркнула «принцесса», — можно же её так называть? — прежде чем приняться за еду. Без энтузиазма и так, чтобы выглядеть всенепременно величественно, словно мне кроме неё смотреть некуда.
— Ухаживать за прекрасными дамами можно и трюками, если это работает. — Я распробовал прекрасный свежевыжатый апельсиновый сок со льдом, и теперь моё внутреннее спокойствие стало воистину непоколебимым. Не то, чтобы я голодал до этого, но до сока руки как-то не дошли. Новых впечатлений и так хватало для того, чтобы утолить Голод. — И раз уж так сложились обстоятельства, я предлагаю познакомиться заново, без ширм, так скажем. И начну я с себя: Артур Геслер, псион-универсал, перспективный телепат. Люблю узнавать новое и изучать псионику во всех её проявлениях. Не люблю всё то, что мешает жить.
Плавный жест — и очерёдность переходит к Марине Орловой, которой было даже чуточку весело. Не настолько, чтобы забыть о подруге, но уже лучше, чем минуту назад.
— Марина Орлова, студент и псион второго ранга квалификации. Направления — криокинез и аэрокинез. Люблю псионику и технологии, не люблю выскочек, снобов и наглецов.
Надеюсь, последнее не обо мне, потому что это было бы обидно.
Не такой уж я и наглый.
— Лина Романова. — Хмуро начала дочь императора, ковыряясь вилкой в салате. Манеры были забыты, стоило только дойти очереди. — Студентка, официально псион второго ранга, на деле — третий. Телепатка. Люблю своих друзей и учёбу, не люблю…
Взгляд скользнул на меня. О, нет, моё сердечко разбито!
— … самоуверенных дураков и войну.
Я вернул бокал на стол и тихонько похлопал:
— Вот и познакомились. Я полагаю, никто не будет спорить с тем, что мы теперь в одной лодке? — Я совершенно дружелюбно посмотрел на каждого члена нашей невероятно многочисленной компании. — И не беспокойся так сильно, Лина. От меня никто о твоей маленькой тайне не узнает.
— Даже твоя подружка? — Спросила малявка с подозрительным прищуром.
— Даже она. Я умею хранить секреты, что бы кто на этот счёт ни думал. — Мне даже проговориться будет сложно, в ускорении-то. — Лина, можно вопрос?
— Можно.
— Сколько времени у тебя занимает смена внешности? Я планирую начать освоение биокинеза, но информации от практиков катастрофически мало… По крайней мере, до этого момента было мало. — Исправился я, понимая, что с «полным доступом» мне недостаток сведений не светит. Скорее уж опасный переизбыток, от которого у меня к утру следующего дня начнут истекать кровью глаза.
 
— Я очень много практиковалась именно в изменении внешности, так что… пару минут? — Не очень уверенно ответила Лина, чуть насупившись. — Когда-то я даже бровь поправить могла не меньше, чем за пару-тройку часов. И это спустя год тренировок!
— Тебе тогда было одиннадцать. — Заявила Марина, прикрыв губы ладошкой.
— Между прочим, с возрастом псионы «грубеют», и некоторые манипуляции даются им куда сложнее! — В свою очередь возмутилась Лина. — Потому рано пробудившихся псионов и считают самыми перспективными независимо от того, какой уровень они демонстрируют изначально. Думаешь, просто так мы снабжаем академию особыми грантами?..
В яблочко! Теперь мне оставалось только внимательно слушать, кивать и иногда вставлять реплики, оживляющие разговор и направляющие его в нужную сторону. Ну и пытаться понять, с какими людьми меня свела судьба, и каким человеком окажется сын императора, уже направляющийся сюда. Я отчётливо ощущал его — не такого уж и сильного псиона с развитым разумом, пышущего целеустремлённостью и холодной решимостью. На фоне девушек он казался совсем уж злым ледяным булыжником, но станет ли это для меня проблемой?
Если как человек он неплох, то — нет, не станет. О том, что будет в ином случае я пока даже думать не хочу, ибо это породит столько проблем, сколько мне не надо ни в жизнь. Остаётся уповать на то, что император смог передать сыну хотя бы половину своих положительных качеств вместе с зачатками характера. Потому что с дочерью у него явно что-то не получилось. Она даже с подругой спорила так, что стены сотрясались, а моя тонкая душевная организация выла в сторонке от необходимости всё это слушать и даже более того — вникать!
Но если я хочу занять то место, которое мне предложил Его Величество, то нужно терпеть… и думать, как лучше всего сделать из Лины человека.
Я сделал глоток сока, и в ту же секунду ведущие в обеденный зал двери распахнулись.
Ну, здравствуйте, Ваше Высочество цесаревич Владимир Романов…
  
Глава 3
 
Неловкое застолье
 
Его Высочество предпочитал типично-дворянским одеяниям нечто в стиле аскетичной офицерской униформы, лишённой украшений и хоть каких-то знаков различия: фрак поверх рубахи, свободные брюки, с которыми и на бал, и на охоту верхом. Ну и сапоги с относительно высоким голенищем, куда ж без них? Венчала образ рапира с чернением на гарде и простеньким узором на ножнах, по слухам — излюбленное оружие «болеющего» фехтованием цесаревича. Но если по одежде и оружию нельзя было сказать, то кто перед тобой, то стоило взглянуть на внешность… Черты лица были почти точь-в-точь как у его отца, а короткие волосы с оттенком ржавчины одним своим видом заставляли вспоминать Лину. Ну а если добавить суровый, направленный прямо на меня взгляд и характерные эмоции…
Ну вашу-то налево, я что, так похож на охотника за юбками⁈
Впрочем, негодование на моём лице не проявилось: я слишком хорошо себя контролировал. Вместо этого я помахал вошедшему рукой и пригласительно кивнул на отодвинутый силами телекинеза стул. Я почти инстинктивно ощущал, что чёткое следование этикету сейчас только убедит защитника младших сестёр в моём намерении подкатывать шары, так что вариантов особо и не было. Да и нужно было поддерживать образ «наглого самоуверенного дурака», сложившийся в глазах девочки, которую следовало выковырять из панциря.
— Артур Геслер, псион-универсал и перспективный телепат. — Представился я, когда пауза слишком уж сильно затянулась. Цесаревич прищурился, но от «трубки мира» не отказался, заняв предложенное и изначально под него сервированное место. Там как раз в непосредственной близости располагались в основном мясные блюда. Очень удобно: сразу понятно, кто что предпочитает. А вот зачем — это уже другой вопрос. — У меня что-то на лице?