Завоеватель сердец

Мулен, прекрасно сознавая, что жалоба на Рауля, скорее, обрушит гнев герцога на его собственную голову, чем на фаворита Вильгельма, потерял остатки благоразумия и бросился на Рауля, выхватив из ножен кинжал.
Эльфрида закричала:
– Осторожно! Берегитесь!
Но оказалось, что Рауль готов к яростной атаке. Его рука взлетела вверх; сталь лязгнула о сталь; нож Мулена со стуком полетел на выложенный каменными плитами пол, и Эльфрида заметила, как из глубокой раны на запястье милорда ручьем хлынула кровь.
Рауль же наступил на упавший нож. Металл со звонким треском сломался.
– Убирайтесь отсюда! – проговорил Хранитель резким голосом, таких интонаций Эльфрида до сих пор от него не слышала. – Еще одна подобная выходка с вашей стороны, и я лично обращусь к его светлости герцогу.
Лорд Мулен, которого небольшое кровопускание, по-видимому, привело в чувство, уже и сам устыдился своего подлого нападения. Он сердито заявил:
– Вы сами меня спровоцировали. Можете рассказать герцогу любую байку, какую вам будет угодно: мы с вами еще встретимся. – Зажав запястье пальцами, чтобы остановить кровотечение, он окинул Эльфриду мстительным взглядом и спустился по лестнице вниз.
Эльфрида же подбежала к Раулю, ошеломленная столь стремительной кровавой развязкой, и схватила его за локоть дрожащими руками.
– Ох, Господи Боже, что он теперь сделает? – вскричала она, поднимая испуганный взгляд на лицо Рауля.
Тот успокаивающим жестом накрыл ее ладошки своей рукой.
– Да ничего особенного, леди! Вам не следует бояться его. Я позабочусь о том, чтобы он более не докучал вам.
– Но я боюсь за вас! – воскликнула девушка. Губы ее дрожали. – Он очень злой и жестокий человек, а ведь это из-за меня вы впутались в такую историю, и я знаю… мне рассказывали о том, сколь ужасной бывает его месть.
Удивление на лице Рауля сменилось веселым изумлением.
– Месть Гийома Мулена! Миледи, вам совершенно незачем тревожиться о моей безопасности. Я знако́м с этим сорвиголовой вот уже много лет, и мы с ним не впервые скрещиваем клинки. – Видя, что Эльфрида по-прежнему бледна и напугана, Рауль увлек ее к скамье. – Пожалуй, я снова пущу ему кровь за то, что он так встревожил вас, – сказал Хранитель. – Быть может, вы присядете, чтобы немного успокоиться и прийти в себя? А я побуду рядом с вами и, если что, отгоню это чудовище.
Эльфрида, которую ожидала герцогиня, без долгих уговоров села на скамью и робко улыбнулась своему спасителю.
Рауль же опустился на колени, все еще сжимая ее ладошки в своих.
– Ну вот, он ушел, дитя мое, – сказал молодой человек. – Вы в полной безопасности. Немного погодя, когда перестанете дрожать, я отведу вас к герцогине, и вы забудете об этой гадкой ссоре.
Эльфрида застенчиво взглянула на Рауля. В его глазах теплился свет, при виде которого сердечко девушки затрепетало.
– Мессир, вы очень добры, – пролепетала она. – Я благодарю вас за вашу защиту. В самом деле, у меня… у меня нет слов, чтобы выразить вам… – Голос ее дрогнул и сорвался; она лишь надеялась, что он не сочтет ее безнадежно глупой, но боялась, что это непременно произойдет.
Последовала недолгая пауза. Ее нарушил Рауль, негромко сказав:
– Вам не за что благодарить меня. Я не стал бы просить больше у судьбы, если бы она дала мне возможность послужить вам.
Ладошка Эльфриды дрогнула в его руке; она подняла на него глаза.
– Служить мне? – пролепетала в унисон. – Мне? Я… думала, вы меня недолюбливаете, мессир! – Слова эти сорвались с ее губ прежде, чем она успела сообразить, что же именно говорит. Зардевшись как маков цвет, девушка удрученно понурила голову.
– Недолюбливаю вас, Эльфрида? – Рауль рассмеялся неестественно хриплым смехом. Склонившись над ее рукой, молодой человек бережно поцеловал пальчики девушки. – Кажется, я боготворю вас, – сказал он.
Дрожь пробежала по телу Эльфриды; он не мог разобраться в выражении ее лица, но руки́ она не отняла.
– Если я отправлюсь в Англию, чтобы поговорить с вашим отцом, – сказал он, в упор глядя на нее, – вы смогли бы выйти замуж за нормандца?
 
Натиск Рауля оказался для Эльфриды слишком стремительным. Еле слышным голоском она пролепетала:
– Право слово, мессир… я должна идти к герцогине, которая ожидает меня.
Он тут же вскочил на ноги, боясь, что напугал и растревожил ее. Они медленно двинулись по галерее. Рука Эльфриды лежала на сгибе его локтя. Она украдкой взглянула на мужчину, страшась, что вот сейчас он скажет что-нибудь еще, и боясь, что он промолчит. Девушка отчаянно старалась найти какие-нибудь слова, которые дали бы ему надежду, но при этом не уронили бы ее девичью честь. Но так ничего и не придумала. Они подошли к дверям покоев герцогини. В отчаянии она заявила:
– Мой отец обещал мне, что не выдаст меня замуж до тех пор, пока мой брат не вернется в Англию. Я дала этот обет Деве Марии много лет назад, мессир.
Рауль, остановившись, развернулся к ней лицом.
– Но что будет, когда он действительно вернется, Эльфрида?
– Не знаю… Не думаю, что отец хотел бы, чтобы я вышла замуж за пределами Англии, – застенчиво сказала девушка.
Она выглядела настолько очаровательно и соблазнительно, что Рауль едва удержался, чтобы в тот же миг не расцеловать ее. Эльфрида отняла у него свою руку и подошла к двери будуара. Когда ее пальчики легли на задвижку, девушка обернулась, желая вновь взглянуть на Рауля. Поколебавшись, с затаенным дыханием от собственной смелости, но с очаровательной улыбкой на губах сказала:
– Сама же я… не испытываю предубеждения к нормандцам, мессир.
Рауль порывисто шагнул вперед, но она исчезла раньше, чем он успел дотронуться до нее, и дверь с гулким стуком захлопнулась за ней.
Тем же вечером, когда по улицам катился колокольный звон, возвещавший наступление вечерней зари, Рауль явился в гости к Эдгару. Тот сидел у стола в своей комнате, при свете свечей рассматривая наконечник охотничьего копья. Узрев друга, он поднял голову и улыбнулся.
– Привет, Рауль! – Эдгар ногой подтолкнул к нему табурет. – Присаживайся! Я не видел тебя весь день.
Заметив, что Рауль многозначительно взглянул на пажа, который как раз собирал в охапку оружие после охоты, Эдгар положил руку мальчишке на плечо.
– Ступай, Герлуин, – сказал он. – Забирай снаряжение с собой и смотри, когда я в следующий раз отправлюсь на охоту, чтобы на копье не было ни пятнышка.
Герлуин, смиренно ответив «Да, господин», исчез.
Эдгар вопросительно взглянул на друга.
– Что-то случилось, Рауль?
– Да, – ответил тот. Он не стал садиться на табурет, а, немного побродив по комнате, подошел к окну, словно набираясь решительности.
Эдгар наблюдал за ним, и в глазах его плясали лукавые искорки.
– Что же за несчастье приключилось, о котором ты собираешься рассказать мне? Ты сегодня ездил на моем Берберийце в Лилльбонн, и он охромел? Или же дело в том, что твой достойный отец не пришлет из Харкорта гончую, которую обещал для меня?
Рауль улыбнулся.
– Ни то ни другое. – Отвернувшись от окна, он вернулся в комнату. – Эдгар… как ты отнесешься к тому, если твоя сестра выйдет замуж за нормандца?
При этих словах Эдгар подпрыгнул словно ужаленный и схватил Рауля за плечи.
– Эй, парень, так вот как обстоят дела? Нормально отнесусь, если этим нормандцем будешь ты.
– Спасибо. А твой отец?
Эдгар, неохотно убрав руки, уронил их вдоль тела.
– Может быть, и он даст согласие, если я замолвлю за тебя словечко. Но сказать наверняка я пока что ничего не могу. – В голосе его послышались нотки беспокойства, а в глазах промелькнула тень тревоги.
– Я в состоянии предложить немногое, – неловко выговорил Рауль, – потому что я не стремился приобрести землю и титулы. У меня есть лишь мой участок, за владение которым и несу рыцарскую службу, но, думаю, герцог с легкостью дарует мне и все остальное, если я его о том попрошу. У нас уже заходила речь на эту тему, но я предпочел остаться рядом с ним, поскольку не видел проку от владений, которыми он готов был наделить меня. Однако если я женюсь… – Он умолк и серьезно взглянул на Эдгара. – Ну, что ты скажешь?