Обещания, которые мы собирались сдержать (ЛП)

Остановившись, я смотрю на него, опустив пострадавшую руку на бок.
Нет ни привет, ни входи.
Нет, о Боже, я так скучал по тебе, Сильви.
Ничего из этого. Он просто хочет знать, как я пробралась в здание.
— Подрочила швейцару. — Я прохожу мимо него и вхожу в квартиру, оглядывая чистое, незахламленное пространство и изо всех сил стараясь смахнуть слезы.
Сейчас не время грустить. Я должна выполнить задание.
— Разве ты не рад меня видеть? — Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как мы были вместе в последний раз, и он устал от моих игр.
Это были именно те слова, которые он произнес, и в тот момент они причинили боль. Они и сейчас причиняют боль, но я отчаянно хочу увидеть его. Прикоснуться к нему.
Обнять его в последний раз.
Я поворачиваюсь лицом к Спенсу, поднимаю бутылку шампанского, жалея, что уже выпила немного, чтобы почувствовать шипение, бурлящее в горле. Щекотание в животе. Щекотание по коже.
Он заканчивает запирать дверь и медленно подходит ко мне, настороженность сочится из каждой его поры. Я жадно впитываю его взгляд, как будто вижу его в последний раз, и, насколько я знаю, это может быть правдой.
Спенсер невыносимо красив, тем более сейчас, когда он стал старше и шире. Темные глаза и темные волосы, греховный декаданс, как насыщенный шоколад. Широкие плечи, широкая грудь и такой, такой высокий, особенно по сравнению со мной.
Я крошечная. Как маленькая фея. Так он назвал меня однажды, когда мы оба еще учились в школе Ланкастер и я протащила его в свою комнату в общежитии, чтобы он мог со мной пошалить.
Мы тогда часто так делали. Тайком. Я скучаю по этому.
Я скучаю по нему.
Последний раз, когда мы виделись, мы были в городе. Здесь, в его квартире. Я появилась неожиданно, как это обычно бывает, и он попытался заставить меня уйти. Как будто я прервала его, когда здесь никого не было.
Насколько я знаю.
Возможно, я накричала на него. Я могла также сказать ему, что больше не хочу его видеть.
Я лгу. Все время. Он знает это.
— Я думал, ты меня ненавидишь. — Его голос ровный, как и его взгляд, когда он направляет его на меня, что наполняет все мое тело ужасом.
— О, я действительно ненавижу тебя, Спенсер. Я не должна была быть здесь. Это ошибка, мое появление на твоем пороге. Ты знаешь это. Я знаю это. — Я делаю паузу, отмечая разочарованный огонек в его глазах, который говорит мне, что ему не все равно. Хотя бы немного. — Но это не значит, что я не хочу чего — то от тебя.
Он ничего не говорит, пока я подхожу к нему, хватаюсь за переднюю часть его рубашки и дергаю за нее так, что у него не остается выбора, кроме как наклонить голову. Его рот нависает над моим, полный, спелый и соблазнительный, как грех. Мои губы находят его губы, и я покусываю их лишь на мгновение, прежде чем отстраниться. — Давай напьемся.
— Сильви…
— Мне нужно напиться, Спенсер. Сегодня особый случай. — Мой голос тихий. Почти хриплый. Я боюсь, что он откажется.
— По какому случаю? — Его взгляд блуждает по моему лицу, как будто он запоминает каждую мельчайшую черточку. Все изъяны и шрамы. Он единственный, кто видит меня такой, какая я есть на самом деле. И все же он не отталкивает меня. Он также не пытается меня изменить.
Нет никого другого, похожего на Спенсера Донато.
Никого.
— Мне нужно напиться, чтобы набраться смелости и хоть раз трахнуть тебя по — настоящему. — Я отпускаю его рубашку и иду на кухню, ставлю бутылку шампанского на стойку и начинаю открывать каждый шкафчик, пока наконец не нахожу то, что мне нужно.
Бокалы для шампанского.
Откуда я знала, что у него есть бокалы, я не знаю, но я провела много времени в квартире его семьи в прошлом, чтобы знать, что они полностью обеспечены всем необходимым, особенно когда дело касается спиртного.
Он идет за мной на кухню и включает свет. Я указываю на место, где оставила бутылку на стойке. — Открой мне ее, пожалуйста?
Он закатывает рукава своей темно — синей рубашки на пуговицах и принимается за работу, в конце концов вытаскивая пробку из бутылки, и громкий хлопок пугает меня. Я смотрю на его сильные предплечья, когда он берет бокал и осторожно наливает в него шампанское, затем передает его мне и наливает себе.
 
Я поднимаю бокал в его сторону, моя рука дрожит. — Выпьем.
— За что? — Его голос низкий. Спокойный.
Услышав его вопрос, увидев выражение его лица…
Это уничтожает меня.
Я улыбаюсь, играя в полную силу. Притворяюсь, что есть только я и он, хотя после сегодняшнего вечера нас больше не будет. Я обещана другому, тогда как всегда должна была быть обещана Спенсеру. — За будущее.
Он прижимает свой бокал к моему, и мы выпиваем, наши взгляды устремлены друг на друга. Он потягивает, а я осушаю стакан за несколько секунд и ставлю его на стойку. Я беру бутылку, доливаю себе и поворачиваюсь, чтобы предложить еще Спенсу, но он едва прикоснулся к своему шампанскому.
Пожав плечами, я слишком сильно наполняю бокал, в результате чего он переполняется. Смеясь, я хватаю свой бокал, не заботясь о том, что шампанское разливается повсюду. По всему столу. Моему пальто. Моей шеи. Моим губам. Я пью и пью, становясь все горячее с каждым глотком.
— Почему на тебе пальто, Сил? — спрашивает он, выхватывая у меня из рук пустой стакан, прежде чем я успеваю налить себе еще один.
Я уже сбилась со счета, сколько я выпила, но знаю, что этого недостаточно.
— Эй. — Я смотрю на него. — Я хочу еще.
— Сними пальто. Останься ненадолго. У нас вся ночь впереди.
Он не понимает. У меня не вся ночь. Возможно, у меня есть пара часов, не больше, прежде чем я должна буду вернуться домой. Мама занимается бог знает чем, предоставив меня самой себе, что было ее первой ошибкой. Я воспользовалась возможностью сбежать, зная, что это мой последний шанс. Моя последняя ночь.
Со Спенсером.
— Хочешь, чтобы я сняла пальто? — Оно из плотной черной шерсти, с воротником из искусственного меха и поясом, затянутым на талии, напоминает всем, какая я ужасно худая.
— Тебе не жарко? — Темная бровь взлетает вверх, когда он задумывается.
— Просто подожди. — Я развязываю пояс и стряхиваю с себя пальто, так что оно падает в кучу у моих ног.
Показывая, что я полностью обнажена. Подношение единственному мужчине, чьи прикосновения я могу терпеть.
Его глаза расширяются, и он переводит их на меня, не отрывая взгляда. — Сильви…
Я делаю шаг к нему, обвивая руками его шею, прижимаясь обнаженным телом к его телу. — Трахни меня, Спенс.
— Что ты делаешь? — Он не сводит взгляда с моего лица, его руки легонько лежат на моих бедрах. Как будто он боится прикоснуться ко мне.
— Я хочу тебя. — Я поднимаюсь на цыпочки и прижимаюсь ртом к его губам, мои глаза плотно закрыты. Он отвечает на поцелуй лишь на секунду, затем откидывает голову назад. Я опускаюсь на пятки, открываю глаза и вижу его обеспокоенный взгляд, изучающий меня, и я ненавижу это. Я не хочу, чтобы он волновался. Я хочу, чтобы он трахнул меня. — Не смотри на меня так.
— Что случилось? Скажи мне.
Он слишком умен. Он всегда может меня раскусить.
— Ничего. — Я улыбаюсь, протягивая руку между нами, чтобы положить ее на его растущую эрекцию. Я могу сделать его твердым, просто смотря на него.
— Ты лжешь. — Его голос раздражающе спокоен, и мне вдруг хочется закричать. Вырвать свои волосы и спросить, почему жизнь должна быть такой чертовски несправедливой.
— Клянусь, ты единственный мужчина, которого я знаю, который ставит под сомнение мотивы голой девушки. Неужели ты не понимаешь? Я хочу завершить наши отношения, Спенс. Разве я не достаточно долго дразнила тебя? — Я улыбаюсь ему, мои конечности становятся вялыми, благодаря алкоголю, смешанному с таблетками, которые я приняла ранее. Хотя мне нужно быть осторожной. Я не хочу потерять сознание и пропустить все веселье. — Ни один другой мужчина так бы не поступил. Они бы подхватили меня и отнесли прямо в постель.