Розмари (СИ)

Френсис учил меня танцам, и это занятие неожиданно сильно увлекло меня. Я вела себя как прилежная ученица и внимала каждому совету своего, надо полагать, учителя. Танцы, совместная готовка, уборка, присмотр за Лолой — весь этот комплекс дел вдохнул в меня новую жизнь. Я вновь почувствовала себя значимой и кому-то нужной.
Яркие эмоции Френсиса подпитывали меня, я улавливала их, пропускала через себя, стремясь разогнать всю ту густую тьму, что во мне когда-то поселил Дьявол. Несколько раз нам звонил Алестер, чтобы убедиться всё ли здесь в порядке. Однажды он даже позволил мне созвониться с Калэбом. К сожалению, мы не смогли долго поговорить, но и тем скудным нескольким минутам я была бесконечно рада.
Как-то в один момент всё стало правильным и предельно понятным. Вся та жизнь в борделе, а позже и в особняке Грейсонов теперь мне казалась далеким-далеким прошлым. Я стала спокойней, нормализовался сон, а сеансы с психоаналитиком уже больше располагали меня к доверительной беседе. Даже было несколько странно осознавать тот факт, что кто-то пытался покуситься на мою жизнь.
Доктор Соммер усердно работал со мной, проговаривал все те проблемы, которые я не видела или боялась признать. Он во многом помог мне разобраться, а главное — научил принимать и понимать саму себя. После каждого нашего сеанса психоаналитик давал мне какое-нибудь очередное задание, которое я тут же принималась выполнять. Например, я записывала все свои мысли и ощущения в ежедневник, или вновь занималась рисованием. В целом, скучать не приходилось, чему я, конечно же, радовалась, ведь отсутствие свободного времени автоматически исключало возможность вновь начать погрязать в мрачных размышлениях.
Сегодняшний день был таким же, как и все предыдущие, правда, отличился долгожданной теплой погодой. Солнышко уже начало пригревать землю и про куртки с ботинками, наконец-то, можно было забыть. Мы с Френсисом сидели в гостиной. Я игралась с Лолой, пока друг ковырялся в своем фотоаппарате.
— У тебя на сегодня назначен сеанс? — внезапно спросил Френсис.
— Ага, — ответила я и подала собаке ее любимую игрушку.
— И как? Чувствуешь улучшения?
— Да, конечно. Во всяком случае, теперь я убеждена, что такой же обычный человек, как и все, а не окончательно свихнувшаяся дамочка.
— Ну да, Пирожок говорил, что этот мужик настоящий профи в своем деле. Глянь-ка сюда, — попросил меня Френсис.
Я сделала то, что он хотел, и на секунду ослепла от яркой фотовспышки. Цветные точки неприятно резанули по глазам.
— Эй, что ты делаешь?! — возмущенно пробормотала я, несколько раз быстро моргнув.
— Проверяю камеру, — ответил друг. — Давай я еще раз попробую сделать снимок, — он навел на меня объектив камеры и еще одна вспышка заставила новую порцию цветных точек заплясать перед глазами. — Смотри, а ты неплохо получилась, да и Лола у нас оказалась настоящей моделью, — хохотнув, заявил Френсис и протянул мне экран фотоаппарата.
Я посмотрела на себя и с удивлением поняла, что парень действительно оказался прав. Нет, я, конечно, не какая-нибудь сногсшибательная модель, но в любом случае, выглядела лучше, чем раньше.
— Как тебе? — с любопытством посмотрел на меня Френсис.
— Классно, — честно ответила я.
— Ничего себе! Наконец-то я дожил до этого момента! Розмари Энн Маерз оценила себя! — парень зааплодировал, словно бы я сейчас сделала нечто невероятное.
— Ну, хватит тебе уже, — я отпустила Лолу.
— Нет, не хватит. Прогресс ведь очевиден.
Внезапно зазвонил домашний телефон, и Френсису пришлось умолкнуть. Всякий раз, когда звонил телефон, трубку поднимал друг в качестве мер предосторожностей. Мог позвонить кто угодно, исключением не мог быть и Лерой.
Френсис ленивой походкой подошел к телефону и ответил:
— Алло? — несколько секунд молчания. — Хорошо, я ей передам.
— Кто это был? — поинтересовалась я.
— Твой психоаналитик. Сказал, что не сможет приехать сюда и просил передать, что сеанс пройдет у него в клинике.
— В клинике? — переспросила я, насторожившись.
 
— Ага, — Френсис вернулся на свое место.
Это было странно, очень странно, учитывая, что договоренность с доктором Соммером была предельно понятной и четкой — сеансы проводятся исключительно в стенах дома Коулмана.
Я задумчиво посмотрела на сплетенные пальцы своих рук. Внутри зашевелилось какое-то странное ощущение не то тревоги, не то простого опасения. Если честно, то я устала бояться и искать во всем, что меня окружало, некий подвох. Вероятно, у мистера Соммера возникла какая-то тривиальная проблема, из-за которой он не сумел сегодня приехать. Например, сломалась машина или еще что-то. Ведь в мире может произойти столько разных ситуаций, которые никак не связанны с преступным миром! К тому же, будь мой психоаналитик ненадежным человеком, Алестер его никогда бы не пригласил в свой дом. Но, с другой стороны, не совершу ли я ошибку, покинув безопасные пределы этого же дома?
— Я бы на твоем месте никуда не высовывался, — вдруг серьезным тоном заявил Френсис, вырвав меня из размышлений.
— А чего мне бояться? Я буду в машине с водителем, потом перемещусь в клинику. Не думаю, что из-за меня те люди решатся разнести в пух и прах целое здание. Я же не дочь какого-нибудь чиновника или президента.
— Пирожок ведь нам четко сказал, чтобы мы не высовывались. Зачем лишний раз испытывать судьбу?
Я прикусила внутреннюю часть щеки. Френсис говорил разумные вещи, и мне бы следовало к нему тут же прислушаться. Но на кону стоял мой предпоследний сеанс. Я не хотела им пренебрегать, ведь если отстрочить его на неопределенное время, то вся наша месячная работа пойдет насмарку. Жертвовать уже обретенным результатом я не могла и не собиралась. Это было крайне неразумно с моей стороны, но я решила рискнуть. В конце концов, если бы меня по-настоящему хотели достать, то достали бы и никакой дом с его неприкосновенностью их не остановил.
— Я поеду, — мой ответ прозвучал твердо и безапелляционно.
— О, Господи! Роза, ты подставляешь наши задницы под гнев Пирожка! — взвыл Френсис.
— Ты можешь остаться здесь.
— Ну уж нет. Я поеду с тобой. Раз на то пошло, но ты в определенной степени находишься под моим присмотром. Так что, либо вместе, либо я никуда тебя не пущу.
Мне ничего не оставалось, как согласиться поехать с Френсисом. Наш водитель уже готовил машину, пока мы собирались. Алестер говорил, что в его автомобиле нам тоже, по сути, ничего не угрожает, так что технически его запрет мы всё же не нарушали.
Автомобиль неспешно лавировал меж других машин. В салоне играла тихая музыка. Я наблюдала за городом сквозь прозрачное стекло окна. Даже как-то и не верилось, что уже наступило тепло. Прежде, когда я жила в борделе, мне было глубоко плевать на то, какая там, на улице погода. Главное, чтобы у меня была еда и одежда. Сейчас же, я как бы заново изучала этот мир, радуясь таким мелочам как обычные солнечные лучи.
Мы остановились в пробке. Френсис во что-то играл у себя на телефоне, а я, чтобы как-то скоротать время, перебирала меж пальцев свой кулон и изучала машины, которые, так же как и наша, попали во временную ловушку суетливого города. Рядом с нами, например, остановился кабриолет оливкового цвета, в котором сидела молодая пара. Симпатичный парень и миловидная девушка, они гармонично смотрелись друг с другом, оба улыбчивые и веселые. Должно быть, это замечательно, когда ты влюблен и твои чувства взаимны.
Внезапно ощущение некой теплоты в моей душе сменилось каким-то странным колючим холодом. Внутри будто всё задрожало и завибрировало, как это часто бывало от страха или адреналина. Я сглотнула несуществующую слюну и сжала руки в кулаки. Это непонятное колючее, ощущение было таким знакомым и в то же время совершенно забытым, будто из далекого сна. Такое со мной происходило лишь в одном случае, если где-то поблизости возникал он. Я не ощущала всей той давящей силы обжигающей энергетики, но она была где-то совсем рядом. Сердце тут же учащенно забилось в груди. Я еще раз глянула в окно, мало-помалу движение на дороге возобновилось, и в эту же самую секунду мимо пронесся черный внедорожник, явно нарушая несколько правил. Я не могла ручаться, что это был именно его «танк», но мои ощущения говорили сами за себя.