Обещай мне (ЛП)

Я вхожу в нее одним толчком, по самое основание. Она ахает, а затем следует стон, когда она привыкает ко мне. Быть внутри нее не похоже ни на что, что я мог себе представить, потому что это лучшее чувство. Как только я чувствую ее бедра, прижимающиеся к моим, я знаю, что она готова, и вот тогда срываюсь.
Я грубо вгоняю в нее свой член, мои бедра раскачиваются так чертовски сильно и быстро, что я едва успеваю за ними. Аврора почти соскальзывает с дивана, слишком охваченная ощущением, чтобы удержаться на месте, поэтому я хватаю ее за талию, удерживая ровно, пока трахаю.
— Кэм, — стонет она, ее ноги дрожат. Руки Авроры перемещаются с моих плеч на шею и подбородок, пока она не добирается до своего любимого места — моих волос. Она дергает за них, давая мне понять, что хочет, чтобы мои губы коснулись ее. Я подчиняюсь, наклоняясь вперед, когда наши губы встречаются, а языки сплетаются, пока мы трахаем друг друга до беспамятства, ее бедра так же нетерпеливо двигаются навстречу моим, в унисон с нашими телами.
Я слышу, как вдалеке взрываются фейерверки, возвещая о наступлении Нового года. Я прерываю поцелуй:
— С Новым годом, Рори, — тяжело дышу ей в шею, где оставляю поцелуи.
— С Новым годом, Кэм, — вздыхает она, поднимая мою голову обратно к своей и целуя меня с такой любовью и страстью, что это угрожает уничтожить меня прямо сейчас. Но я сдерживаюсь, желая, чтобы она снова кончила до того, как это произойдет.
Я хватаю ее за ноги, убирая их со своей талии, заводя ступни себе за шею, а ее икры ложатся мне на плечи, в то время как остальная длина ее ног остается широко раскрытой для меня, углубляя угол входа.
— О, черт возьми, — ругается Аврора, ее глаза фиксируются на моем члене, входящем и выходящем из нее.
— Поиграй для меня со своим клитором, любимая, — хриплю я, потому что не могу оторвать рук от ее тела, иначе она упадет с этого дивана.
Она перемещает руку к своему клитору, стон срывается с ее сочных губ, когда она быстрыми круговыми движениями проводит по нему. Ее киска так чертовски сильно сжимает мой член, когда она кончает, оргазм проносится по ее телу.
Аврора выкрикивает мое имя, ее глаза все время прикованы к моим. Так чертовски сексуально.
— Это моя девочка, сжимающая меня так чертовски хорошо, — ворчу я, толкаясь еще раз, прежде чем кончить, изливаясь в нее и повторяя ее имя снова и снова, пока мы оба приходим в себя.
Действительно, счастливого Нового Года.
Глава 33
Аврора
Пока что новый год начался отлично.
Мы с Кэмероном были неразлучны: вместе учились, смотрели фильмы «Marvel», гуляли, ходили на свидания и развлекались, когда у нас появлялась такая возможность. Но моменты, когда я рисую, пока Кэмерон либо делает мне массаж, либо работает, не менее прекрасны.
Для нас это способ проводить время и за нашими хобби, и вместе. У нас даже были вечера игр с Жасмин, Тео, Финном и Эшлин. Так что, как ни посмотри, это было действительно хорошо.
Что еще лучше, так это то, что у нашей команды была победная серия, и я сыграла действительно хорошо. Я по-прежнему тренируюсь так же усердно, как и тогда, когда была не в отношениях, если не лучше.
У меня в рюкзаке звонит телефон, и я достаю его, когда иду на утреннюю тренировку.
— Тренер? — с беспокойством отвечаю я, потому что сейчас шесть утра.
— Веллакорт, у меня хорошие новости. В следующую пятницу приедут скауты, чтобы посмотреть, как ты играешь.
Весь мой мир останавливается, а разум кружится в вихре от полученной информации.
— В следующую пятницу? Вау, — это все, что мне удается сказать, потому что, конечно, это должен быть именно этот день. День, когда умерла моя мама. И кроме того, в этот день Кэмерон улетает на переговоры по поводу своей работы.
— Именно это я и имею в виду. Мне нужно, чтобы ты не отставала от своих тренировок, питания и отдыха. Это важно. В этом году в команде есть только одно место, и они рассматривают множество кандидатов со всей страны.
 
Нервный холодок пробегает у меня по спине при напоминании об этом, на что я в последнее время не обращала особого внимания из-за того, что была занята не волейболом. Но теперь? Я чувствую это вернувшееся давление, будто оно никогда по-настоящему не исчезало.
Я пахала ради этого последние десять лет, тренируясь, работая и совершенствуя свои навыки при каждом удобном случае. Я могу только надеяться, что этого было достаточно, что меня достаточно.
Не знаю, что буду делать, если не попаду в команду. Это был мой единственный план. Когда вы знаете, что вам предназначено что-то, вы не думаете о плане Б или В. Есть только план А, и вы вкладываете в него все свои силы.
И пришло время мне сделать именно это. Больше никаких отвлекающих факторов на этой неделе. Мне нужно сосредоточиться.
— Поняла, тренер. Спасибо.
Во время тренировок я тренируюсь усерднее, чем обычно. Я проезжаю на велосипеде лишнюю милю, увеличиваю количество повторений и увеличиваю вес, где только могу. К тому времени, как ухожу, а это лишний час спустя, я совершенно измотана.
После душа я открываю свой шкафчик и вижу кучу сообщений и пропущенных звонков от Кэма.
Кэм: Доброе утро, любимая. Как прошла тренировка?
Кэм: Все хорошо?
Пропущенный звонок от контакта «Кэм»
Пропущенный звонок от контакта «Кэм»
Кэм: Рори? Ответь на звонок, пожалуйста.
Пропущенный звонок от контакта «Кэм»
Сейчас девять утра, а это значит, что он был на нервах в течение последнего часа. У меня сжимается в груди, потому что я должна была написать ему и сообщить, что сегодня я тренируюсь дольше, чем обычно.
Это очередное напоминание о том, что я не умею совмещать все и сразу — парня, учебу и волейбол. Единственное, в чем я когда-либо была хороша, — это волейбол, и, может быть, на то есть причина. Может быть, я не создана для любви. Может быть, моя мечта уже слишком большая, чтобы в ней было место на что-то еще.
Делая глубокий вдох, я прикладываю все силы, чтобы избавиться от паники, сковывающей мое тело, и перезваниваю ему.
Он мгновенно берет трубку.
— Рори, ты в порядке? — его голос срывается от беспокойства.
— Эй, да, я в порядке. Мне пришлось немного подольше потренироваться этим утром, вот и все, — говорю я ему, одеваясь.
— Ты уже позавтракала? Я не хочу, чтобы ты…
— Я сейчас иду в кафетерий, — обрываю я его, не желая, чтобы мне напоминали о том дне. Это не одно и то же. У моей цели есть крайний срок, и это следующая пятница. Я должна отодвинуть все остальное в сторону и выложиться изо всех сил на следующей неделе.
Его тон сразу смягчается, а в голосе появляется нотка обиды, которая заставляет меня немного ненавидеть себя.
— Любимая, что тебя беспокоит? Я сделал что-то не так?
— Вовсе нет, малыш. Ты ничего не сделал, — это правда. Он слишком хорош, чтобы сделать что-то не так.
— Тогда в чем дело? Ты меня беспокоишь.
— Тренер Тилли сообщила мне, что скауты будут наблюдать за мной в следующую пятницу. Все, над чем я работала всю свою жизнь, зависит от одного вечера на следующей неделе. Я не могу терять концентрацию. Мне нужно выложиться на полную на этой неделе и следить за своим питанием, чтобы максимально повысить свои показатели.
— Скажи мне, что тебе нужно, и я это сделаю. Все, что угодно.
Я люблю его так чертовски сильно. Что я вообще сделала, чтобы заслужить его? Мое сердце разбивается от осознания того, что я собираюсь причинить ему боль.
— Мне нужно, чтобы ты дал мне немного времени, неделю. Я не могу отвлекаться. Мне нужно поспать по крайней мере полных девять часов, тренироваться, еще раз тренироваться и отдыхать в промежутках, — мой голос срывается, когда слеза скатывается по моей щеке.