Именинник (СИ)

— Кого ты вообще ждешь? — хмыкнула я.
Вся съемочная группа была в сборе и ее опасения по поводу неявки кого-то из моделей мне показались беспочвенными. Ровно до того момента, пока она не сообщила мне о том, кто посмел не явится в аэропорт.
— Деверь твой должен приехать, — сказала она невозмутимо, наблюдая за снующими по вестибюлю аэропорта, людьми.
— Руслан?! — и я сразу же ощутила жжение, увидев его прямо напротив, направляющегося к нам.
Парень сравнялся с нами и поздоровавшись с остальными коллегами, приобнял меня. Это нормально, ведь для всех окружающих, мы с ним — семья. Глаза парня засияли, стоило ему посмотреть на меня. Искренне и невинно, без толики грязи и похоти, в которой вчера его обвиняла моя мама.
— Такс, ребята, давайте пройдем тогда к нашему выходу, — Таня демонстрировала свои организаторские способности.
Мы вдвоем остались позади цепочки и тряхнув головой, я ощутила, как на меня накатила паника огромной лавиной. Руслан едет с нами в Прагу, а ведь я желала убежать именно от него.
— Малыш, — ласково прошептал он и наклонившись, поцеловал меня в висок.
Я толкнула его в бок, озираясь по сторонам как ошпаренная. И пусть даже его жест мне показался до невозможного трогательным и нежным, я в любом случае должна была заглушить в себе чувства. Щеки вспыхнули от стыда и неловкости.
— Ты какого черта здесь?! Почему мне не сообщил?
— Хотел сделать сюрприз, — улыбнулся он, невозмутимо хватая меня под локоть. Парень вырвал из моих рук ручную кладь. — Вообще-то, все вчера в последний момент решилось, — объяснил Руслан более серьезным тоном. — Сразу после того, как я уехал от вас, мне Таня позвонила и поставила перед фактом.
Нужно отчитать коллегу за сумасбродство.
— Ларисе Григорьевне полегчало? — внезапно спросил он.
Я на миг растерялась, но потом собрала остатки самообладания в кулак и кивнула.
— А твоя работа? Что скажут Сергей и Владимир Львович?
Лицо парня нахмурилось сиюсекундно. Я будто ощутила через тонкую ветровку, как мышцы его рук напряглись, пульсируя от прилива крови.
— Саня меня отпустил, — четко объяснил парень. — Это мой руководитель, — добавил он.
Мы достигли ворот, ведущих к воздушному судну. Коллеги шептались о чем-то, не обращая на нас двоих никакого внимания. Руслан держал меня за руку и почему-то рядом с ним я чувствовала себя защищённой. Мне ни с кем не было настолько комфортно.
— Рус, — я осторожно отцепила его ладонь с моего локтя. — Мне неудобно.
Парень сначала бросил непонимающий взгляд на мою руку, а затем кивнул и слабо улыбнулся. Посмотрев на наши билеты, благодарно вздохнула: слава богу мы сидели в разных частях салона.
— Соскучился по тебе ужасно, — прошептал он мне на ухо, когда мы рассаживались по местам.
Россыпь обжигающих мурашек пробежала по коже. Парень встал рядом, и улучив момент, когда я попыталась спрятать багаж в отделение для ручной клади, он выставил руки вперед над моей головой, невзначай ласково погладил мои ладони и помог мне вставить сумку в отсек. Руслан направился вдоль тесного салона, намеренно задевая меня своим телом и осторожно поцеловал мое голое плечо. Здесь было много людей и его поцелуя никто бы не увидел, но от этого мне не стало легче. Пунцовые щеки горели огнем, а вчерашний скандал с мамой все чаще всплывал в памяти, бередя старые раны.
  
Глава 16
 
Олеся 
Сразу же после приземления, мы отправились всей делегацией в лобби нашего отеля, где нас ожидали бизнес-партнеры. Времени на акклиматизацию и отдых не было. Руслан не приближался ко мне, растворившись в толпе моделей нашего бренда. И это хорошо, потому что для выяснения отношений здесь не было ни времени, ни желания.
— Он не будет фоткаться в таком виде, — процедила грозно, когда мы с Таней остались наедине.
Чешские партнеры уже покинули лобби и большая часть наших коллег разошлась по номерам. Мы с Таней расположись в кафе за чашечкой кофе.
 
— Лесь, извини, — тактично буркнула она, испивая напиток из чашки. — Но это не тебе решать.
— Еще как мне, — отрезала я. — Руслан не будет представлять «Опиум», — пояснила, когда речь зашла о нашем дополнительном бренде, представляющем нижнее белье и купальники. Коллега повела бровью. — Ему и здесь-то быть нельзя. В белье на публику он не выйдет и точка, — и я завершила на этом бессмысленный диалог.
— Ты охренела? — неожиданно выпалила она. Я разинула рот от внезапного всплеска агрессии подруги. — Что ты с ним нянькаешься?! — чуть тише пробормотала она и посмотрела в бок.
В этот момент мимо проходили модели: Руслан обсуждал что-то с парнем из агентства, а тот его внимательно слушал. Наши взгляды столкнулись и парень мне невозмутимо подмигнул и отправил воздушный поцелуй.
— Руслан — взрослый мужик, — резюмировала Татьяна и сделала глоток кофе с шумом. — Сам решит, выходить ему на публику в трусах или нет. Я ему просто предложила, — добавила она. — И он, кстати, согласился. Так что не лезь не в свое дело, — предупредила Таня, отправив меня словами в нокаут.
Раздосадованная происходящим, я с поражением выдохнула и с грохотом отодвинув стул, покинула кафе. Мои руки, согнутые в кулаки, дрожали от злости. Нужно было располосовать ногтями без того раненную физиономию этого нахала, чтобы у него больше и мыслей не возникло позировать в нижнем белье.
Я ревновала его и ничего не могла с этим поделать. 
Громко выдохнув, сложила пальцы в медитативном жесте. Это уже перебор и Таня совершенно права.
«Лисичка, давай до фотосессии погуляем по городу», — Руслан написал мне сообщение.
Лисичка. 
Как ему в голову пришло такое глупое, но невероятно милое обращение?
«Сбежим куда-нибудь подальше ото всех»;
«Буду у тебя через минуту». 
И в дверь моего номера постучали. Вздрогнув от стука, я медленно развернулась и направилась к глазку.
— Зачем ты пришел? — мой голос прозвучал резко.
Руслан этого совсем не ожидал: уголок его губ опустился, сияющие глаза будто померкли от непонимания. И я пригласила его войти внутрь.
— Что-то случилось, родная? — вкрадчиво поинтересовался он.
Зачем он терзал мое сердце, обращаясь ко мне с такой любовью? Выражение его лица стало обеспокоенным. Отвергнуть его становилось все сложнее и невыносимее, и подходящего повода больше не было. Хотелось заныть от безысходности.
— Если тебя здесь увидят…
— Никто не увидит, — он помотал головой. — И я мог зайти тебе по работе, что в этом такого?
Он обошел помещение, а затем резко плюхнулся на мою кровать, глядя в потолок.
— Надень что-нибудь поудобнее, — протянул он, указывая на мое платье и высокие каблуки. — Сходим в одно крутое место. Я хотел показать…
— Руслан, уходи, — мягко попросила я, перебивая его на полуслове.
Парень вскинул бровь, привставая на постели.
— У меня много работы, — отрезала я, резко хватая его за предплечье. — Не мешай мне и уходи, — и я вынудила его встать с кровати, дёргая руку парня на себя.
Парень распахнул глаза в неверии, а мне хотелось проклясть себя или же облить кислотой за грубость. Я прогнала его как назойливую муху, мельтешащую перед глазами.
— Ладно, — безлико кивнул он.
Руслан больше не сказал ни слова: парень пересек расстояние до двери, и не глядя на меня вышел из номера.
Через час мы снова собрались в лобби перед официальным ужином, после которого должна была состояться та самая фотосессия. Инфантильно разозлившись из-за мелочи, я даже не успела поговорить с Русланом и прямо поведать парню о своем нежелании видеть его на фотосессии бренда нижнего белья. Мои вспышки гнева делали из меня неуправляемую идиотку, а мысли о том разговоре с мамой создавали хаос в голове.
Руслан переоделся и выглядел на ужине просто великолепно: в черной, шелковой рубашке и брюках. Стильный и невероятно красивый. При взгляде на него в моем животе порхали бабочки. Он казался задумчивым и грустным за столом и мне было сложно удержать себя на месте, чтобы не подбежать к нему и не начать утешать.