Сладкая месть (ЛП)

Он облизнул губы, и у неё колени ослабли. Затем его взгляд опустился на её рот, и тёмные крапинки в его серых глазах стали почти чёрными.
— Я отлично умею притворяться. Настоящий я? Ужасный и уж точно, чёрт возьми, не нежный.
— Я не хочу нежности. — Рискнув, она вырвалась из его удерживающих рук и прижала мокрое платье к его разгорячённому торсу. — Я просто хочу тебя.
Его твёрдое тело содрогнулось, пока он боролся с желанием, которое она видела на его лице.
— Нет…
— Да. — Усилив хватку, она потянула его за волосы и завладела ртом. Он сопротивлялся всего секунду. Со стоном Мэтт стряхнул её руку и развернул Лейни лицом к двери. Обняв одной рукой за талию, другой он скользнул вверх, чтобы приподнять её подбородок. Она прижала обе ладони к гладкому дереву. Его эрекция прижалась к ягодицам Лейни, а он заставлял её выгнуться. Лейни не могла пошевелиться.
Огонь пронзил тело, что Лейни ахнула.
— Хочешь настоящего меня? — Его горячее дыхание опалило ухо, тон был тёмным и реальным. Подношение… капитуляция.
— Да, — выдохнула она, желая его всего с таким отчаянием, что царапала ногтями дверь. Он стиснул ногу Лейни, задирая платье вверх по бедру. Она беспокойно подвигала задницей, прижимаясь к нему, ища хоть какой-то намёк на облегчение.
— Нет. — Он сжал другой рукой её бедро, удерживая неподвижно, а тон был полон страсти. Его рука продолжила движение вверх, по животу, между грудей, задирая материал. — Руки вверх.
Лейни замешкала, в голове всё плыло, слова едва обретали смысл.
— Н-но, мы в коридоре.
— Живо. — Приказ, которому нельзя сопротивляться.
Эротическая дрожь пробежала по спине. Медленно, она провела ладонями по двери, и Мэтт стянул платье через голову. Её груди оказались свободными.
— Нет бюстгальтера? — спросил он, опустив рот к её уху, и стискивая запястья, которые находились над головой.
Она сглотнула и подавила всхлип.
— В платье… есть чашечки.
— Ах. — Он сплёл их пальцы и крепко прижался к её спине, захватывая жаром и неподатливыми мышцами. В нём не было ничего нежного… он предупреждал. Его хватка была уверенной и контролирующей. И она знала, всеми инстинктами, что он только начал. Лейни высвободила что-то внутри него, и сделала это намеренно.
— Мэтт, прошу…
— Нет, детка, будешь молить, когда встанешь на колени. Позже. — Он нашёл чувствительное местечко под её ухом и прижался к нему ртом, требуя уступчивости и капитуляции. Его слова рассеяли туман в голове, хотя она склонила шею, чтобы обеспечить лучший доступ.
— Я не встану на колени! — выдохнула она с жаром.
Мужской смешок у уха чуть не довёл до мгновенного оргазма.
— Ты знаешь, что не стоит бросать вызов.
Правда? Она прижалась бёдрами к налитому члену, вдавливающемуся в неё. Его резкий вдох наполнил её торжеством.
— Хочешь поиграть? — проговорил он.
— Да. — Она повторила своё движение.
— Тебя когда-нибудь трахали сзади? — спросил он, прикусывая мочку уха с такой силой, что у Лейни перехватило дыхание.
— Нет. — Секс был просто быстрым средством для снятия стресса, и она ни с кем не была с тех пор, как сбежала из организации. — Этого не случится, Мэтт. — Да, она хотела, чтобы он изменил её мнение. Если он хотел такого доверия, ему придётся его заслужить.
Он отпустил её руки, открыл дверь и обнял одной рукой за обнажённую талию, чтобы внести внутрь. Закрыв дверь, он развернул Лейни лицом к себе. Сверкающий голод в его глазах зажёг огонь. Она схватила Мэтта за рубашку и стянула ту через голову, ей пришлось встать на цыпочки, чтобы получилось. Удерживая его пристальный взгляд, она потянулась к ремню, неловко вытягивая его из джинсов.
Дождь истерично хлестал по окнам. Свет мерцал, но Лейни было всё равно. Расстегнув джинсы, она помогла Мэтту снять их. Парень снова стал командиром.
— Теперь, кто голый?
Он скользнул рукой вперёд и закружил Лейни, снимая трусики, прежде чем поставить обратно на ноги.
— Ты.
У неё колени задрожали. Боже, он быстр. И силён. Невероятно силён.
— И ты. — Она провела пальцами по нижней части его члена. Этот мужчина отлично укомплектован.
 
Глаза Мэтта потемнели, в них появилось мужское предупреждение.
— У тебя самые нежные прикосновения. — Запустив руки ей в волосы, он запрокинул её голову назад и завладел ртом. Она приоткрыла рот, чтобы ослабить давление. Мэтт твёрдо завладел её ртом требовательными движениями языка. Его запах окружал и наполнял. Мэтт сильнее сжал её в волосы в кулак, удерживая, но сохраняя контроль. Она тёрлась сосками о его грудь, отчего острые завитки желания скапливались в сердцевине. Боже, ей нужно, чтобы он её заполнил. Она застонала и сжала его талию, пытаясь придвинуться ближе. Ещё ближе.
Он повёл её через квартиру в спальню, не отрываясь от губ. Лейни скользила по гладкому ковру, но позволила ему вести себя, уверенная, что он не даст ей упасть. Они добрались до кровати, и у Лейни подогнулись колени. Мэтт толкнул её на кровать, прижимаясь всем телом. Его член пульсировал именно там, где Лейни в нём нуждалась, поэтому она раздвинула ноги. Его ухмылка стала предупреждением.
— Ты не готова.
— Я так готова, что могу кончить и без тебя. — Она откинула его волосы назад, теряясь во всём этом шёлке. Он скользнул в сторону, пощипывая сосок, прежде чем спуститься вниз и скользнуть пальцем в лоно.
— Я думаю, что ранее ясно выразился
Он говорит? Что-то произносит?
— М-м? — протянула она, ёрзая. Он добавил второй палец, и повернул их, отчего перед глазами заплясали звёзды.
— Ты такая влажная, — протянул он глубоким рокочущим голосом. — И я выразился ясно.
О чём он? Она нахмурилась, пытаясь сосредоточиться, пока он мучил её, не давая кончить.
— Ясно выразился? — выдохнула она.
— Да. — Он наклонился, целуя её в шею. — На колени. Моли. — Он прикусил её ключицу.
Она выгнулась, глубоко вздохнув.
— Нет.
От прикосновения к клитору комната погрузилась в тишину. Он просунул руку под Лейни и перевернул на живот. Плавно и контролируемо Мэтт надавил коленями на тыльную сторону её икр, подтягивая ноги к груди. Одним резким рывком она оказалась на четвереньках.
— О, я так не думаю…
Он вошёл в неё двумя пальцами и задел ногтем клитор. Искры взорвались перед глазами.
— Боже… — простонала она, опустив вперёд голову.
— Не совсем он. — Мэтт отпустил её. Волоски на его бёдрах щекотали ноги, когда он накрыл её, прижавшись к входу членом.
Лейни скомкала простыню в кулаках и оттолкнулась от него.
— Сейчас…
— Нет… — Он просунул руку под неё и обхватил ладонью грудь, ущипнув сосок с таким нажимом, что Лейни захныкала. — Как насчёт сейчас? — Его дыхание у уха словно грех.
Она дрожала от потребности кончить.
— Сейчас самое время, — выдавила она.
Он вошёл в неё жёстко и глубоко. Она вскрикнула, выгнувшись, её лоно сократилось. Он нашёл её клитор, играя, дёргая, мучая. Лейни хотела, чтобы он потёр его и заставил Лейни кончить, но его уверенная хватка не дала. Это уже слишком. Мэтт пульсировал внутри неё, такой большой и так глубоко. Ещё одно прикосновение к клитору.
— Боже, Мэтт, сейчас. — У неё веки затрепетали и закрылись, пока она балансировала на краю пропасти.
— Ты на коленях, как я и обещал. Помнишь остальное? — Он прикусил мочку её уха. — Моли меня, детка. Сейчас.
Она открыла глаза, но мир был размыт. Мэтт поставил её так, как, по его словам, и должно быть, и ей всё равно. Он контролировал ситуацию и крепко держал её. Она не могла пошевелиться. Одно слово, и она могла кончить. Ей нужно это.
— Прошу.
После этого слова из его груди вырвалось глубокое рычание капитуляции. Сила наполнила Лейни. Он мог думать, что контролирует ситуацию, но нуждался в ней так же сильно, как она в нём.
— Давай, Мэтт, — прошептала она.
Лишь горячее дыхание у её уха стало предупреждением, прежде чем он сжал её бедра и начал вколачиваться в тело. Жёстко и глубоко, посылая электрические искры по телу. Изголовье кровати билось о стену, и с каждым толчком он притягивал Лейни обратно к своему паху. Внутри Лейни разлилось столько удовольствия, что перехватило дыхание. Он вошёл глубже, и она взорвалась, выкрикивая его имя. Вспышки огня промелькнули перед глазами. Разрушительные искры пронзали волнами, слишком сильными, чтобы быть удовольствием. Ощущения бомбардировали её, захватывая целиком, забирая всё. Каким-то образом его член стал ещё больше, продлевая экстаз, выжимая из Лейни каждую унцию духа. Замерев, он стиснул её ягодицы сильнее, когда кончил, и её имя было всего лишь шёпотом на его губах.