Месть демонов (СИ)

— Вот почему мы здесь. — Пема подалась вперед и провела пальцами по каменной гравировке. — Меч Уриэля… Пылающий меч.
Райкер, стоявший рядом со мной, вновь зажег огонь в своей ладони.
— Разве это не пылающий меч?
Пема подняла голову и поджала губы.
— В своих видениях я всегда считала, что божественное пламя — это пылающий меч, и что любой меч можно использовать как проводник для него. Я уже давно не обращалась к своим видениям, но по мере приближения войны только об этом и думаю. О тех проблесках будущего, где ты владеешь огненным мечом. И я поняла, что в каждом видении меч всегда один и тот же, но я его никогда не видела… до прошлой ночи, когда Уриэль посетил мои сны, держа в руках точно такой же меч.
  
Глаза Райкера расширились и переместились на статую его прародителя.
— И ты думаешь, что меч, с которым он был похоронен, — это пылающий меч?
— Я хотела подтвердить это, прежде чем обнадеживать кого-то. — сочувственный взгляд Пемы переместился на меня. — Но ты была так расстроена мыслью о потере подруги, и я надеюсь, что это даст нам ответ.
Я склонила голову в смущенной благодарности, все еще не понимая, как именно пламя поможет нам убить Лилит, не убивая Тарру.
— Почему отец не знал об этом? — спросил Райкер, глядя на саркофаг. — Старейшины?
— Многое из нашей истории было уничтожено на протяжении веков злой императрицей, пытавшейся стереть нас с лица земли, — проговорил старец, тяжело опираясь на трость и с трудом переводя дыхание. — По мере того как божественность нашего народа ослабевает, ослабевает и наше понимание и постижение ее.
Руки Райкера сжались в кулаки.
— Что может сделать меч, чего не сделает божественное пламя?
— Божественный огонь способен погасить лишь тьму, — сказала старуха, с благоговением прикоснувшись к каменной крышке. — Но вскоре ты столкнешься с людьми, монстрами и демонами. Физическое оружие позволит тебе справиться со всеми ними.
— И не только это, — сказала Пема. — Если я правильно поняла видения, пылающий меч усилит мощь твоей божественности. Если клинок Уриэля действительно пылающий меч, то мало кто в аду сможет устоять против тебя.
Брови Райкера выгнулись, и мне захотелось закричать с вершины вулкана. Это было то, что нужно! Наконец-то оружие, которое поможет нам победить Лилит.
Старейшины подошли к дальнему краю саркофага Уриэля и, закрыв глаза, сложили ладони вместе. Мгновение спустя под моими босыми ногами пробежала легкая дрожь, и скульптурная крышка гроба начала сдвигаться в сторону. Значит, были и другие, кто мог соединяться с землей.
Темное углубление гроба становилось все шире, чем дальше отодвигалась крышка, и волосы на моем затылке встали дыбом. Я наклонилась вперед. Хотя меньше всего мне сейчас хотелось видеть груду древних костей — не хотела пропускать то, что произойдет дальше.
Крышка остановилась на полпути, и старейшины вместе потянулись внутрь и подняли… старый ржавый меч?
Я моргнула, гадая, не мешает ли мне свет кристаллов и факелов видеть что-то. Нет. Лезвие было проржавевшим, рукоять потускнела и покрылась грязью. Мое сердце сжалось. И это был ответ на вопрос, как победить Лилит? В его нынешнем состоянии я сомневалась, что он на что-то годится.
— Подойди, сын Рейнора, — сказал старик.
Застыв на месте, Райкер выполнил указание и остановился перед двумя пожилыми фигурами в белых одеждах.
— На колени, — сказала старушка.
Райкер опустился на колени, склонив голову. Они начали петь на языке Чужеземцев что-то похожее на благословение или молитву. Харпер подошла ко мне, и я взглянула на нее.
«Откуда ты узнала об этом месте?» — спросила я. Она выросла здесь, но, если сюда не пускают имперцев…
«От Рейнора, — показала она, ее губы изогнулись в улыбке, когда голоса старейшин зазвучали в навязчивой мелодии. — Он привел меня сюда, чтобы спросить, буду ли я встречаться с ним. Думаю, он хотел произвести на меня впечатление. — она огляделась по сторонам, ее взгляд был отрешенным. — Это сработало».
Я не могла не улыбнуться, благодарная за то, что, хотя Рейнора больше нет, у нее остались воспоминания о нем.
«После этого мы еще много раз приходили сюда. — Харпер продолжала жестикулировать, наблюдая за старейшинами. — Сохранение наших отношений в тайне было для нас вопросом жизни и смерти, а, как ты знаешь, уединение — это роскошь, когда ты король».
Я помрачнела. Так и было. «Но ты знала о мече?»
«Нет. Но меч — не единственная причина, по которой мы здесь».
«Что еще?»
«Скоро увидишь».
Я сердито посмотрела на нее, устав от неполных ответов, но голоса старейшин стали громче, а затем затихли. Старейшины протянули меч, и Райкер с решительным видом взялся за рукоять и освободил дрожащие конечности стариков от бремени. Он окинул взглядом невзрачное оружие и с решительным видом зажег свою божественность. Золотое пламя обвилось вокруг рукояти, обжигая металл, пока не взметнулось вверх по лезвию и не вспыхнуло яростным пламенем.
Я заморгала, защищая глаза руками от бликов. Ржавчина и копоть испарились с металлической поверхности, оставив после себя сверкающий золотой меч с украшенной драгоценными камнями черной рукоятью.
Тяжело дыша, Райкер высоко поднял меч. Огонь отразился от кристаллов вокруг нас, и комната преобразилась. На каждой поверхности появились разноцветные изображения, мерцающие и колышущиеся, словно живущие собственной жизнью. Драконы, люди, демоны, ангелы, монстры и люди. Картинки смещались, накладываясь друг на друга и меняясь при каждом мерцании золотого пламени.
— Что это? — спросил Райкер.
— Это видения, которые были у архангела Уриэля. Он выгравировал их в кристаллах, чтобы их нашли его потомки, и только божественное пламя может открыть их, — заявил старик, с удивлением глядя на окружающие чудеса.
— Многое уже свершилось, — сказала старуха, проводя рукой по изображению колоссальных каменных гигантов, защищающих одну армию и побеждающих другую. Я вспомнила историю, которую рассказывал мне отец… историю Утира.
— А многое еще только предстоит, — заявил другой старейшина. — Твой отец намеревался передать тебе знания об этом священном месте, как только ты снимешь печати…
Райкер сглотнул, разочарование отразилось на его лице, но он промолчал и поднял меч повыше. Все уставились на завораживающие видения, а я осмотрелась, пытаясь охватить все вокруг. Голова шла кругом от постоянно меняющихся картинок. Как такое вообще возможно? Подойдя к одной, я провела пальцами по белому дракону. Цвета кристаллов заплясали на моей бледной руке, а затем сцена сменилась водопадами и горами. Картины были потрясающими, настолько реалистичными, что если бы я могла дотянуться до них, то почувствовала бы, как по моим рукам течет настоящая вода. Я двинулась вдоль стены, переходя от одного видения к другому. Некоторые из них я узнала: здесь было много событий, показанных в Райском Саду, а также Драконьи острова и гора Лехава. Там были и фейри, и грифоны, и единороги, но многие места и существ я не узнала. Мой взгляд упал на изображение, спрятанное в углу. И мое сердце замерло.
Нет… Я прищурилась, пытаясь убедить себя в том, что увиденное — всего лишь обман зрения, но чем пристальнее вглядывалась, тем отчетливее оно становилось. Моя грудь судорожно вздымалась и опадала, и я подскочила, когда рука коснулась моего плеча.
Я развернулась и чуть не врезалась в Райкера, который стоял прямо у меня за спиной.
— Ты в порядке? — спросил он, отодвигая пылающий меч подальше от меня.
Сердце все еще бешено колотилось в груди, но я постаралась проглотить свой страх и придвинулась ближе к стене, надеясь скрыть от него видение, если оно все еще было там. Его глаза сузились, и я заставила себя вздохнуть. «Что это?» — спросила я, указывая через его плечо на мерцающее черное пятно на дальней стене.
Райкер повернулся, и я слегка расслабилась, когда он двинулся прочь, а я последовала за ним, не желая оглядываться. Харпер с любопытством наблюдала за мной, и я задала ей тот же вопрос, что и своему связанному, указав на смещающееся, растущее черное пятно.