От имени Земли

– Вы должны быть аккуратны, беря в руки любые бумаги без свидетелей. Вам надлежит отвечать «нет» на любые предложения о подарках, мероприятиях или совместных проектах. Соединённые Штаты ждут от вас полного отчёта о каждой минуте в России и в Казахстане. Вы должны составить рапорт и перед вылетом передать уполномоченному представителю НАСА на Байконуре Джорджу Клайвзу.
Кинг снова кивнул. Пока всё ясно. Хоть и довольно нелепо. Зачем кому-то его вербовать?
– И ещё. На МКС есть наш сектор и есть российский. В российском секторе стоит их прослушивающая и наблюдательная аппаратура, а нашей там нет. Постарайтесь не присутствовать с русскими наедине в их секторе. Будет лучше, если все встречи и общение будут проходить в международной части, под нашим контролем. Вот инструкция, прочитайте и распишитесь.
Пока Айк читал несколько страниц идиотского документа, он думал о том, насколько же глубоко эти паразиты проникли в каждую сферу их жизни. Ты летишь в космос, осваиваешь последний фронтир человечества, а рядом с тобой сидит эдакий тип, который мыслит категориями заговоров, холодной войны, фильмов про Бонда. Кинг понял, что хоть и сам был военным, но этих вот сотрудников различных аббревиатур терпеть не может, и всё тут. В какой-то момент не удержался и задал вопрос, способный поставить «родинку» в тупик:
– А что прикажете делать, если в нашем сегменте снова сломается туалет? Ходить ли в русский? И если ходить, то парами?
Однако, выражение лица типа не сменилось и даже не дрогнуло. Оно не выражало… ничего. Айк отмахнулся, и продолжил тратить время на чтение тупейшего документа в истории космонавтики.
* * *
В кают-компании царило оживление. Джесс, увидев Рашми, тут же позвала её присоединиться к ней и Мари, они что-то обсуждали за столом над планшетом. Из кухни как раз выходил Чжоу, он улыбнулся Айзеку всеми своими шрамами на лице. Хороший, всё же, парень этот китаец. Стальной. Но Кинг понимал, что человек из стали тоже сделал выбор. Он всё принёс в жертву богу карьеры и служению родине. Это придавало силы, мотивировало и делало надёжным товарищем и коллегой. Но мог ли такой человек стать настоящим другом?
Как бы повёл себя Шан на его месте? Наверняка ни секунды не сомневался бы, получив из Китая такой же приказ. Кстати, не исключено, что так и произошло. И Диме, сидящему на другой от девушек стороне стола, и отхлебывающему горячий кофе из кружки, тоже, наверняка, выслали директивы. Русские не удержались бы, это уж точно. Если Китай способен действовать осторожно, то Россия всегда готова продемонстрировать несогласие с Соединёнными Штатами по любому вопросу.
Ну и как они все поступят? Устроят балаган и цирк с конями на первых же переговорах с инопланетянами? Айк помнил, что вчера ему и Крису рассказала Мичико о чуть не состоявшемся конфликте Чжоу и Волкова из-за главенства при контакте. Эти парни вполне могут натворить глупостей. Один – молодой романтик, другой – упрямый трудоголик. Огонь и железо. Нужно хорошенько подумать, уже не только о своей стратегии, но и о том, как вовремя удержать «мальчиков», как назвала их Комацу.
Айк не стал мешать девичнику, проводил Рашми улыбкой и поздоровался с Димой и Шаном. Волков выглядел таким же уставшим, как и он, видать, его тоже растолкали раньше времени.
– Пойду тоже быстро сделаю кофейку. Пахнет булочками. И кто же сегодня наш пекарь? – спросил он.
Джесс помахала ему рукой и вернулась к негромкой беседе.
– О, чую ещё какой-то аромат!
– Это клубника, Айк! – улыбнулась Хилл, снова отвлекшись от девушек, – вызрело пять ягод, Мичико принесла утром, и я их тонко нарезала на всех!
Ого, уже созрела! Вот так дела. Утро становилось всё лучше и лучше. Ну что, ЦРУ и АНБ, а также всякие КГБ или что там сейчас в России и Китае, вы ещё надеетесь всё испортить? Нет уж дудки! Он прошёл на кухню и заметил в тарелке ломтики алой клубники. В другой тарелке лежали три булочки, рядом стояли тюбики с арахисовой пастой, сгущёнкой и вареньем. Объедение.
  
– Черт побери! Джесс, это очень приятно, спасибо! – громко сказал он и положил на язык один маленький кусочек свежей ягоды. – Просто чумовой вкус, никакие варенья не сравнятся!
– Айк, ну это же ты вырастил, а не я! – отозвалась Джессика из кают-компании. – Сам себя не похвалишь – никто не похвалит!
– Мало ли кто вырастил, а как ты нарезала, это просто чудо! – весело произнёс Кинг. – Рашми, иди скорее сюда завтракать, а то не успеем.
Он включил кофемашину и по очереди сварил две порции. Пока кофе медленно сочился в кружку, Айк разрезал пару булочек и намазал одну немыслимо углеводной смесью сгущенки и арахисовой пасты, а вторую – вареньем из абрикосов, которое любила Раш. Тут как раз зашла она.
– Чувствую запах кофе, это мне?
– Да, и сэндвич с абрикосовым вареньем тоже тебе. Но сначала, пока вкусовые рецепторы чисты, съешь клубнику. Это всё, видимо, осталось тебе.
– А ты поел? – спросила девушка.
– Да, я поел, – хотя Айк съел всего небольшой кусочек, ему сейчас больше хотелось поделиться с Патил, чем самому ощутить забытый аромат ягод.
– Врунишка, – улыбнулась Раш и сунула кусочек ягоды ему в рот. Потом сжала зубками одну большую дольку и поцеловала его. Поцелуй с клубникой был великолепен.
Они пили кофе прямо на кухне, облокотившись на столешницу, и просто смотрели друг на друга. Как же здорово просто так стоять, пока есть ещё три минуты насладиться завтраком, и не думать ни о чём больше.
– Кстати, Айк, – сказала Рашми, – насчёт твоего вопроса утром. Нет, не перебивай, – одёрнула она Айзека, с губ которого готово уже было сорваться «извини», – мне было просто интересно, почему ты вдруг решил, что я способна быть с мужчиной и не любить его?
  
Глава 11. Джессика Хилл
 
Перед ней, за сеткой, виднелся его мускулистый торс в песке, налипшем на потную кожу, а в глазах мужчины отражались море и облака. Айк подал мяч, и девушка почувствовала, как напряглись все её мышцы – она бросилась к мячу, его надо поймать и отразить удар. Но возникло невыносимое чувство, что не успеет. Время как будто замедлилось, и Джесс видела, как мяч снова и снова пролетает над сеткой, а она снова и снова не успевает. Казалось бы, всего парочка метров, но ноги буксовали в песке, руки были ватными, и никак не хотели слушаться и тянуться к мячу. Хилл ощущала, что от этого слишком многое зависит, а она подводит всех. Внезапно, как по мановению руки волшебника, прямо перед ней оказалась Рашми. Патил выглядела гораздо выше Джессики, хотя в жизни их разделяла лишь пара дюймов, а ещё заметно стройнее, чем обычно. На ней был надет купальник, который раньше носила сама Хилл, и её солнечные очки. Рашми без усилий отбила мяч, и он улетел обратно к Айзеку. А потом повернулась к Джесс и улыбнулась ей.
– Не забывай, Джесс, все мячи Айка – для меня! – сказала она и рассмеялась. Почему-то от её смеха хотелось заорать, зареветь и уйти. Или не уйти, а избавиться от неё. Патил же закрывает другой угол сетки, напротив Кристофа, и должна бы брать его подачи, так почему говорит об Айке? Почему вечно не даёт Джесс шанса?!
Айк отбил мяч, тот снова летел к Джесс, причём напоминал мыльный пузырь, – он рос и рос, и переливался, и в нём внутри находились полковник и Раш, и они обнимались, уходя в закат. Тогда Хилл взяла булавку и проколола пузырь. С громким звуком он лопнул, и осколки Раш и Айка разлетелись повсюду, разрывая сетку, сметая песок, закрывая море и небо. В итоге всё исчезло, повсюду остались лишь мелкие капли, в которых переливались лица Патил и Кинга. Подруга была словно игрушечная, неживая, а Айк улыбался Джессике.
– Теперь тебе надо только собрать все капли, и я буду твоим, – рассмеялся он.
Джессика принялась судорожно метаться в попытке собрать больше капель. Она хватала их и лепила из них одну большую каплю. Но вдруг выскочил Кристоф, схватил её и закричал:
– Это не твоя миссия, больше не твоя! Айка соберут Дима и Мари!