Недотрога (СИ)

— Уй! — сказала я, потирая ушибленный висок. Вот был же вчера здесь лекарь, почему я его не спросила про головокружение? Эх, разиня.
— Фелисса? Ты проснулась? — пробормотал Дэн, щурясь от утреннего света.
— Нет, сомнамбулу изображаю, — огрызнулась я по старой привычке: раньше я всегда просыпалась в дурном настроении, и первый, кого я встречала, всегда получал сполна. Но в последнее время настроение по утрам у меня было замечательное и мне даже стало стыдно за свой выпад. — Спи давай, рано еще.
— А я, кажется, выспался, — ответил Дэн, протирая глаза.
— Вот и отлично. Одевайся и иди в свою комнату, пока никто не видит. Не хочу, чтобы меня считали твоей личной куртизанкой.
— Ладно, — спокойно согласился Дэн, встал и натянул рубашку. Я заметила, что припухлости исчезли, синяки побледнели, а хвостик уже куда веселее вырисовывает в воздухе любопытные восьмерки. — А можно я сегодня вечером снова приду?
— Ты губу-то не раскатывай, — я запустила в него подушкой. Дэн привычно увернулся. — Пусть тебе оборотни постельку греют, они любят в стайку сбиваться.
Дэн хмыкнул и ушел. В комнате без него стало даже немного пусто. Ладно, не будем без особого повода нагнетать обстановку. Схожу-ка я к Марише, выклянчу у нее выходной для моих подопечных.
— Выходной? — удивленно переспросила меня Мариша, почесывая рожки, когда я заявилась к ней в спальню еще до завтрака.
— Ага. Ты, возможно, и не заметила, но ребята вчера порядком измучились, им нужен хотя бы день отдыха, — пояснила я, ощупывая скомканное одеяло на кровати, прежде, чем на него сесть: а ну как там все еще кто-то есть?
— Ничего же особенного вроде бы не делали, — задумалась Мариша. — Подумаешь, с парой суккубов переспали — так они это регулярно делают.
— Ну одно дело твоя семья — люди спокойные, умеренные в запросах. А другое дело — эти бешеные самки, — я вспомнила ту здоровенную молодуху, что напала на нас с Ягиром вчера. Слава богу, на Диметрии она все-таки остановилась: он приплелся в гарем поздним вечером и рухнул на кровать, даже не попросив ужина.
— Ну да, они немного психованные, твоя правда, — согласилась Мариша, потягиваясь. — Ладно, получите свой выходной, денечек мы уж без вас как-нибудь обойдемся. Можете даже съездить на дачу, там как раз ремонт закончили. Хоть расскажете мне, все ли в порядке. А то мне все некогда посмотреть.
«Дачей» Мариша называла свой летний дворец. Этой весной там неожиданно протекла крыша. А когда дворецкий полез проверить, где именно ее нужно подлатать, прогнившие балки и вовсе рухнули. Так что ремонт делали больше двух месяцев, и Мариша в этом году так туда и не переехала. Поместье было относительно недалеко — в часе езды вверх по реке, так что это была очень хорошая идея. Тем более что дворец, даром, что прозывался дачей, был лишь самую малость меньше главной резиденции, так что гарем мог не только вольготно в нем расположиться, но даже и затеряться в его просторных залах. Отлично. Пойду объявлю ребятам.
— Погоди, ты куда? — остановила меня Мариша, придержав за подол, когда я уже собиралась нырнуть обратно в потайной лаз под кроватью.
— Как, куда? В гарем, конечно.
— Но мы с тобой даже ничего не обсудили! — возмутилась подруга.
— А что мы должны были обсудить? — удивилась я.
— Как что — твою личную жизнь, разумеется!
— Мариш, опять ты за свое, — я закатила глаза. — Нет у меня никакой личной жизни.
— Не заливай. А ночевка в доме посла? И вчерашняя выходка с демоном? Хочешь сказать, за всем этим не кроются твои романтические похождения?
— У посла я просто переночевала, потому что не хотела возвращаться во дворец среди ночи. А с демоном все куда тривиальнее — он мне нагрубил, я ему отомстила.
— Кстати, как он? — участливо поинтересовалась подруга.
— Нормально. Утром выглядел вполне здоровым. Завтра-послезавтра окончательно придет в норму.
— Конечно. Ночь с красивой девушкой кого угодно поставит на ноги, — со знанием дела покивала Мариша.
— Ой, не начинай. Мы просто спали рядышком, и ничего такого.
— Так он и правда у тебя ночует? — несказанно обрадовалась Мариша и захлопала в ладоши. — Ура! Когда свадьба? Чур, я тебе платье заказываю!
— Мариша! — возмутилась я. — Я же тебе сказала: ничего не было. И не будет!
— Ну-ну, — поддакнула подруга, многозначительно кивая.
— Как хочешь, — отмахнулась я от нее и полезла в лаз.
— Так я заказываю платье? — донеслось до меня вместе с заливистым маришкиным смехом, но отвечать я не стала.
— Поздравляю, народ, у нас сегодня выходной! — объявила я за завтраком. Новость встретили радостным гулом и чоканьем чайных чашек. — В качестве места отдыха нам предложили летнюю резиденцию Ее Величества на целые сутки. Так что собирайтесь, через час выезжаем. Кто замешкается — я не виновата!
— А Марго с нами едет? — спросил Шорти, смущенно сложив руки на животе.
— Выходной у ВСЕХ, — подчеркнула я. — Боюсь, если Марго поедет с нами, выходного у нее не будет. Тем более, если кто-то еще нуждается в ее услугах сегодня, то ему явно не нужен отдых. Идите и работайте.
— Ууууу, — донеслось со всех сторон. Вот и славненько. Пойду упакую пару легких платьев и смену белья.
Идею остаться здесь и спокойно почитать книжку я отмела сразу: это я всегда могу сделать, ведь выклянчить у Маришки выходной для меня одной куда легче, чем для всего гарема. А вот поиграть с ребятами на пляже во что-нибудь песковздымательное или водобрызгательное не так-то часто удается. Пусть у нас и есть свой сад, но какое в нем веселье: кругом хрупкие скульптуры, ухоженные клумбы. Садовники нас живьем сожрут, если что попортим. Другое дело — летняя резиденция. Она для того и была создана, чтобы отрываться по полной. Там есть и огромный запущенный сад, и конюшня, и пляж, вход на который местным запрещен. Да и вода в реке на территории «дачи» не в пример чище, чем в столице: даже коров и тех ведут к водопою ниже по течению, что уж говорить о сливе помоев. В общем, развлекайся, как душе угодно.
Мы выехали огромной, шумной компанией, утрамбовавшись по шесть-семь человек в карету. Меня и то усадили на колени Эльсиниэлю. Но даже при такой тесной посадке и еще при том, что некоторые все же пожелали не ехать на «дачу», вереница карет растянулась на полгорода. Заслышав шум, любопытные жители выглядывали из окон, и молва каким-то образом опережала нас, так что к выезду из города мы уже с трудом пробивались сквозь разновозрастную толпу женщин, выбежавших поглазеть на мужчин Ее Величества. Некоторые из моих подопечных (любители славы) высовывались из окон карет и рассылали воздушные поцелуи. Судя по восторженному визгу дам и летящим в нас цветам, мальчики пользовались большим успехом. Хоть за деньги показывай. Немногочисленные мужчины в толпе, напротив, провожали нас угрюмыми взглядами и плевали себе под ноги. Некоторые из них пытались оттащить своих разбушевавшихся жен, возжелавших осчастливить мальчиков своими панталонами. В общем, было тесно, но весело. Правда, когда кареты наконец-то въехали во двор летней резиденции, все были несказанно рады свободе и почти сразу принялись бестолково носиться по двору, разминая ноги. Так что мне еще пришлось потрудиться, чтобы собрать мальчиков обратно и распределить между ними комнаты.