Магическое ателье леди Кейт (СИ)

– Это и есть Кларисса? – с улыбкой спросила Кида и присела рядом.
Гортензия окатила ее ледяным взглядом.
– Для служанки ты задаешь слишком много вопросов, дитя, – сухо сказала она. – А моя шляпа все еще лежит на комоде, в то время, как ей должнò быть в гардеробе.
Это было уже слишком.
– Ее зовут Кида, и она не служанка, а моя воспитанница.
Гортензия встала, и наши глаза оказались на одном уровне. Зрительный поединок продолжался несколько секунд, и я выдержала его.
– Воспитанница? – уточнила Гортензия. Она вновь посмотрела на Киду. – Интересно… Я бы с удовольствием послушала эту историю.
– Тогда прошу в гостиную, – сухо сказала я и отошла, пропуская ее вперед.
До этой минуты я лелеяла слабую надежду на то, что ошибаюсь в догадках, и загадочная тетушка окажется приятным человеком, однако, ее последняя фраза расставила все по местам. Скучать нам не придется.
Элла растерялась, не зная – остаться в комнате или уйти.
– Ох, и не знаю, место ли мне здесь, – шепнула она. – Тетушка-то ваша виконтесса.
– Конечно, тебе здесь место. И хватит перед ней раболепствовать. В конце концов, это мой дом. Так что вперед. – Я легонько подтолкнула ее к двери в гостиную.
***
– Так, значит, ты решила обосноваться в глубинке? – Придерживая фарфоровое блюдце, Гортензия сделала осторожный глоток чая.
Возможно, мне лишь показалось, но на слове «глубинка» тетушка сделала акцент.
– Это мое наследство, – я обвела взглядом скромно убранную комнату.
Гортензия понимающе закивала.
– Да-да. Хотя, признаться, бабушка оставила тебе немного.
– И все же она заработала это своим трудом и своим умом, – заметила я.
С самого начала беседы Гортензия явно и неявно делала упор на собственный статус: долго и красочно рассказывала, как перестраивала имение; жаловалась, что устала от светских раутов и отвергла приглашение на юбилей какой-то герцогини, сетовала на ленивых слуг и прочее, прочее, прочее.
Она выглядела и держалась как настоящая аристократка, но я-то знала, что эта увешанная драгоценностями и одетая в шелка дама родилась в семье лавочника.
Но мысли занимало другое – с первой минуты я следила за каждым ее жестом и взглядом – не заподозрила ли Гортензия чего-то неладного?
Слава богам, пока ничто на это не указывало. Я боялась «проколоться» на каком-нибудь безобидном вопросе, но, на мое счастье, Гортензию не интересовало прошлое – с куда большем удовольствием она рассказывала о собственной жизни.
– Найти подходящую партию, дело, требующее не меньшего ума, чем ведение бизнеса, – парировала тетушка. – Ты всегда была умной, но этого почему-то не понимала. Разве в столице не нашлось достойных кандидатов?
– Зависит от того, какое значение вкладывать в это слово. Для меня прежде всего важно, чтобы человек был порядочным и надежным. И, конечно, уважал меня.
– И много ли здесь таких?
– Хотите узнать, есть ли у меня избранник?
– И это в том числе. – Гортензия поставила чашку на стол. – Знаешь ли ты, зачем я здесь?
Я улыбнулась.
– Чтение мыслей мне неподвластно.
Виконтесса проигнорировала шутку.
– Я объезжаю всех родственников: ближних и дальних.
– Чтобы укрепить родственные узы?
– Чтобы решить, кому завещать все имущество, когда Светлой Матери будет угодно призвать меня.
 Глава 40 
Если тетушка хотела меня удивить, то справилась на одиннадцать баллов из десяти. Я ждала чего угодно, но только не этого.
- Ты удивлена, Катерина? - Гортензия поднесла к губам чашку. И, не дожидаясь ответа, продолжила: - боги не дали мне собственных детей, а я не намерена отдавать все нажитое государству. Деньги и имущество должны остаться в семье. - Она выразительно посмотрела на меня. - Ты согласна, дитя?
- Вам виднее.
Тетушка повела плечами.
- Именно. В конце концов, это мое состояние, и только мне решать, как распорядиться им.
Значит, виконтесса решила устроить «кастинг» на самого достойного наследника. Признаюсь, выглядело это заманчиво, тем более, учитывая, в каком положении мы оказались. И пусть суд избавил меня от конских процентов, сумма все равно осталась внушительной.
 
Однако, я знала и то, что бесплатный сыр бывает лишь в одном месте. Кроме того, при всей своей заносчивости, леди Гортензия была умной и расчетливой женщиной, а главное - ей, определенно, нравилось чувствовать власть над людьми.
- И скольких родственников вы уже посетили?
- Я нанесла визиты трем семьям. - Гортензия откинулась на спинку кресла и сделала это с изяществом, заслуживающим восхищения. - По линии моего покойного супруга.
Она замолчала и посмотрела на меня, ожидая, вероятно, дальнейших расспросов, но я молчала. Не хотелось выглядеть бедной родственницей в надежде на подаяние.
- Что ж, я рада принять вас у себя дома. Надеюсь, вам здесь будет комфортно.
Гортензия обвела взглядом комнату.
- Тут почти ничего не изменилось. - И добавила снисходительно: - разве что чувствуется рука времени.
Проще говоря, это значило, что домик поистрепался и уж конечно не мог конкурировать с ее поместьем на двенадцать спален.
Вечером после ужина, увидев приготовленную комнату, она вздохнула, всем видом показывая, какие неудобства будет испытывать здесь, но от комментариев воздержалась.
Где-то через четверть часа, когда я почти закончила с мытьем посуды, сверху донесся истеричный лай, а следом за ним точно такой же истеричнный визг.
Вбежав в комнату, я первым делом споткнулась о перевернутую корзинку, ушибла бедро об угол комода и едва сдержала ругательство.
- Что?! Что это? - Гортензия стояла в центре комнаты и указывала куда-то в угол. Рядом заходилась в лае Кларисса.
- Не что, а кто? - я перешагнула через корзинку. - Это Кузя.
Кот сидел на тумбочке и с интересом поглядывал на питомицу виконтессы.
- У тебя есть кот?!
- Как легко заметить, - ответила я, пожимая плечами.
Впалые щеки Гортензии раскраснелись, глаза пылали негодованием.
- Он испугал мою Клариссу! Убери его отсюда.
Я бы могла сказать, что формально у Кузи больше прав на эту комнату, но ссориться не хотелось. К тому же, так будет лучше для кота: не хватало только, чтобы эта истеричка обидела моего любимца.
С истинно британским спокойствием Кузя позволил взять его на руки. Кларисса, наконец, затихла, но продолжала рычать не то на меня, не то на Кузьму.
- Зачем ты держишь его в доме? - Гортензия немного успокоилась.
- Полагаю, по той же причине, что и вы Клариссу.
Тетушка гневно выдохнула.
- У котов водятся блохи! И еще бог весть какие паразиты.
«Можно подумать у твоей «душеньки» их меньше», подумала я, вспомнив, как за ужином, собачонка чесалась так, что шерсть летела.
- Кузьма не заразный. На нем магический щит от паразитов. Могу и вашей Клариссе поставить.
Гортензия схватила питомицу на руки и прижала к груди с таким видом, будто я сказала, что собираюсь свернуть ей шею.
- Никаких экспериментов на моей малышке. - Она сжала ее так, что бедняжка тихонько пискнула. Поджав губы, тетушка посмотрела на кота. - Не пускай его в мою комнату. У меня аллергия на кошачью шерсть.
«А у меня, кажется, вот-вот проснется аллергия на вас». И это лишь спустя несколько часов.
***
- Она похожа на злую мачеху из сказки, - сказала Кида, когда я укладывала ее спать.
- Надеюсь, тебе хватит благоразумия не говорить это ей.
Девочка заговорщицки прищурилась.
- Обижаешь. Она ведь сказала, что выбирает наследника. Так что я буду паинькой.
- Или ей просто нравится смотреть, как окружающие пресмыкаются перед ней.
Кида пожала плечами.
- Пресмыкаться не обязательно, но можно попробовать побыть милашками. Тебе ведь нужны деньги?
- Поговорим об этом потом, - я закрыла книгу сказок и положила ее на комод. - А сейчас спать. Не забывай, что тебе еще на уроки идти.