Бессмертный (ЛП)

Изящная рука обхватила его и захлопнула ящик. Ее глаза обещали медленное убийство, если он откроет его снова.
Он подмигнул и закрыл глаза, позволяя притянуть себя к большой картине.
Она оттолкнула его локтем с дороги и открыла раму, как дверь. На них уставился сейф, и после ввода кода Адила открыла его, чтобы показать свой королевский телефон.
Выдвижная полка под телефоном привлекла его внимание, и, отодвинув телефон в сторону, он выдвинул полку и осмотрел ее, поняв, что она пустотелая. Полка легко открылась, и он выругался, когда заглянул внутрь и достал крошечный микрофон размером не больше его ногтя.
Адила выхватила его у него из рук, чтобы бросить на землю, но прежде чем она смогла растоптать его на кусочки, Сэм забрал у нее провод, положил на стол и повел ее в ванную.
Когда он закрыл дверь, она повернулась к нему, но он приложил палец к губам.
— Ты должна сохранить это, или Гедеон узнает, что ты нашла это, — прошептал он.
Сэму нужно было скоро уйти, и им придется подробно все обсудить позже.
— Мне также нужно, чтобы ты пошла со мной в камеру.
Адила внимательно посмотрела на него, прежде чем кивнуть и направиться к двери. Он был удивлен, что она согласилась без вопросов. Когда они были на лестнице, она прошептала:
— Я не думаю, что у него где— то еще есть жучки, а если и есть, то он никак не показывает этого факта. Я думаю, что он всего лишь контролирует удаленно мой телефон.
Сэм кивнул. Оказавшись внизу, он привел ее в камеру мужчин, и они оба молча изучали его.
— Вы двое свободны, — сказала она двум Аатхе , стоявшим на страже.
— Спасибо.
Они попрощались с ними и исчезли.
Самозваный охранник сидел в углу камеры и плакал.
— Почему ты в форме охранника? — потребовал ответа Сэм.
Лицо мужчины было красным и опухшим.
— Потому что я страж.
Сэм повернулся к Адиле с вопросительным взглядом, и она выглядела сердитой.
— Гедеон начал нанимать в качестве охранников мистиков, не являющихся аатхе.
Ее глаза превратились в щелочки, когда она посмотрела на охранника в камере.
— Я думаю, он находит людей, которые, по его мнению, будут служить его целям.
Сэм открыл камеру и вытащил мужчину наружу.
— Почему Король Люкс нанял тебя?
— Он убьет меня, — захныкал мужчина.
Адила наклонилась вперед и устрашающе спокойным голосом сказала:
— Тебя будут судить сегодня, и если ты будешь сотрудничать, я подумаю о том, чтобы отправить тебя в Винкулу вместо ада.
Глаза мужчины расширились.
— М — мы сообщаем ему обо всем, что слышим, — заикаясь, пробормотал он.
— К какому типу вещей ты прислушиваешься? — Спросил Сэм и обменялся понимающим взглядом с Адилой.
Мужчина взглянул на Адилу.
— Что— нибудь о королевских особах, даже если это только сплетни. Особенно о короле Умбры.
— Ты шпионил за мной, — категорично заявила Адила.
Мужчина кивнул.
— Когда ты выходишь из своих покоев, да.
Наклонив голову, она внимательно наблюдала за ним.
— Почему?
— Я не знаю.
Правда.
Сэм был благодарен за свою способность распознавать ложь. Это облегчало допросы.
— Он платит нам больше, чем мы могли бы заработать где — либо еще за нашу лояльность и осмотрительность, — выпалил охранник.
— Он также сказал, что будет пытать нас всю жизнь, если мы предадим его.
— И ты можешь позволить себе роскошь делать все, что захочешь, — кипел Сэм, думая о колотящемся сердце Стасси.
— Вот почему ты решил, что можешь уволить горничную, если она тебя не трахнет.
Глаза Адилы горели тихой яростью, и мужчина тяжело сглотнул.
— Да.
Жуткое спокойствие снизошло на Адилу, и Сэм осознал силу Весов Правосудия, когда они взяли верх. Она склонила голову и тихо сказала:
— Дай мне свою руку. Пришло время для твоего испытания.
Мужчина протянул дрожащую руку, и когда Адила взяла ее, она сжала.
— Твой приговор — смерть.
Прежде чем мужчина смог возразить, он исчез. Безмятежность Весов Правосудия рассеялась.
— Я знала, что мой брат шпионил за мной, но я не знаю почему, — сказала Адила.
  
Сэм почесал челюсть, размышляя.
— Он, должно быть, подозревает, что ты вступаешь в сговор с Каем, чтобы убить его. Вы двое были близки в детстве, да?
Она прочистила горло и отвела взгляд.
— Я никогда не давала Гедеону повода подозревать меня с момента смерти Атары, — кротко сказала она.
— Я залегла на дно и выжидала своего часа, потому что думала, что когда Кая освободят, он придет ко мне по поводу Гедеона, и мы сможем вместе разработать план.
— Как ты думаешь, почему Кай пришел бы к тебе?
Сэм усмехнулся.
— Ты едва разговаривала с ним за пятьсот лет.
— Потому что я знаю своего брата, — отрезала она, и слезы наполнили ее глаза.
— Он знает меня достаточно, чтобы понять, что у меня была причина для того, что я сделала. Я надеюсь.
Сэм сочувствовал этой женщине. Она оказалась в безвыходном положении, и хотя он хотел знать, почему она изначально не объединила силы с Каем, у него не было времени обсуждать это.
— Нам нужно найти способ общения. Ты можешь отправиться в Винкулу?
— Нет, но я могу сходить в город, — предложила она вместо этого.
— Не покажется странным отправиться в Эрдикоа на день или два, но если я бесследно исчезну, чтобы отправиться в Винкулу, у него могут возникнуть подозрения. Есть место, куда мы с Каем ходили в поход детьми, — прошептала она.
— Гедеон не знает об этом. Мы можем встретиться там.
— Я знаю об этом, — солгал Сэм.
У них не было времени рисовать карты. Он спросил бы Кая.
— Встретимся там через шесть дней, на закате.
— Я так и сделаю, — пообещала она ему.
Сэм собрался уходить, но ее голос остановил его.
— Скажи ему, что я люблю его.
Он оглянулся назад.
— Однажды ты сможешь сказать ему это сама.
Глава 12
Гедеон стоял в своем кабинете, уставившись на главу своего элитного подразделения охраны. Титус был Посетителем, обладавшим способностью влиять на эмоции людей. Это было полезно среди младших мистиков, позволяя им чувствовать себя непринужденно рядом с ним и заставляя их раскрывать любые секреты, которые они могут знать.
— Он ушел, ваша светлость, — сообщил ему Титус.
Один из его элитных охранников не сдал свой отчет прошлой ночью, и, согласно журналу врат, он никогда не покидал столицу.
— И мы уверены, что он не где — нибудь с какой — нибудь служанкой, пьяный и трахающийся? — Спросил Гедеон, сцепив руки за спиной.
— Насколько нам известно, нет, — ответил Титус.
Если что — то было не так, он знал, что виноват Кай. Освобождение его брата должно было произойти несколько дней назад, но Гедеон ничего о нем не слышал. Он подготовился к возможному возмездию своего брата. Даже планировал это.
Гнев его брата не имел себе равных. Действительно, ирония заключалась в том, что Кая считали кротким ребенком, несмотря на то, что у него был худший характер из четырех королевских наследников.
Но Гедеон был готов. У него была верная стража, расставленная в столице, а также шпионы по всему городу.
Одна вещь, которая одновременно удивила и порадовала Гедеона, заключалась в том, что Адила, казалось, не хотела иметь ничего общего с их братом. Кай был близок с их сестрами в детстве, и, как всегда, Гедеон был забыт.
Забытый Серафимами, когда его законное положение перешло к Кайусу, забытый своими братьями и сестрами и забытый миром. Он был просто Членом королевской семьи, которого все обходили стороной.
По мере того, как росло раздражение Гедеона, в комнате становилось светлее.
— Прочешите столицу. Если его не найдут к концу дня, доложите. Скажите остальным, чтобы были прилежны. Что — то не так.
Когда Тит ушел, Гедеон наполнил свой кабинет раскаленным добела светом. Это ослепило бы другого мистика, но не его. Не короля Люкса.