Потомок бога (СИ)

— … Его сиятельство граф Багряный всем приказал явиться на мероприятие, — пробурчал один из них, недовольно хмуря брови. — И ладно бы просто отдать дань памяти Горскому, так нет же. Ещё будут награждать баронессу Огневу и этого плебея Громова. А я должен своё время тратить на них, словно мне больше заняться нечем. А потом, господа, представляете, у Громова ещё будут интервью брать. По телевизору его покажут. Хм, учитывая его поведение, наверное, в программе «В мире животных». Ха-ха! Он же как бешеный пёс, на всех кидается. Да ещё и сам, наверное, подогревает слухи о себе. Не может же он быть таким крутым.
— Говорят, они с баронессой победили жрицу богини Маммоны, — вставил другой и скептически поморщился.
— Да привирают они. Между собой договорились и всем лапшу на уши вешают. А граф Седов и поверил. Огнева уже давно пытается набить себе репутацию, вот и врёт, — презрительно проговорил первый аристократ и скользнул по мне пренебрежительным взглядом.
Никто из этой троицы даже не вздрогнул при виде моей персоны. Кажется, они не знают меня в лицо.
— Господа, тысяча извинений, что вторгаюсь в ваш высокоинтеллектуальный разговор, но мне тоже есть что сказать о Громове, — многозначительно произнёс я, подойдя к дворянам.
— И что же? — высокомерно выдал самый разговорчивый кадет, вздёрнув подбородок, словно увидел перед собой говорящее дерьмо.
— Громов во сто крат хуже бешеного пса. Абсолютный безумец. Отморозок. Он совсем не думает о последствиях. Ему человека убить — что муху прихлопнуть, — осуждающе произнёс я, покрутив головой. — А знаете, как он выглядит? Вот так.
Я большими пальцами медленно указал на себя, с удовольствием наблюдая, как быстро бледнеет вся троица аристократов.
Однако надо отдать должное смертным, они быстро взяли себя в руки. Их этому учили с самого детства. Ведь передо мной стояли представители могущественных семей, раз они оказались в «элите».
Эти три урода на голову превосходили обычных дворян по части владения собственными эмоциями. А также они явно умели быстро соображать, пуская в ход интеллект, а не банальную силу.
— Громов, премного рад с вами познакомиться лично, — расплылся в улыбке аристократ, больше всех полоскавший в грязи мою фамилию. — Пусть вас не вводит в заблуждение наш разговор. Мы всего лишь обсуждали слухи, пущенные другими аристократами. Мне эти слова не принадлежат. Но если я вас чем-то оскорбил, примите мои искренние извинения.
Вот же изворотливый гад! Признаться, я на миг восхитился им. Его будто Локи укусил, передав часть своего коварства. И ведь не подкопаешься. Он даже извинения принёс, но сделал это так, что не нанёс никакого урона своей чести.
— Граф Остров, — представился другой дворянин, одарив меня тёплой улыбкой, хотя глаза его оставались холодными, как у змеи. — Я восхищен вашими победами в Пустоши. С нетерпением жду, когда вы поведаете о них во время мероприятия.
— Полностью поддерживаю! — проговорил первый, пока третий дворянин молчал.
Он не сказал ни слова о той части их разговора, которая дошла до моих ушей. Просто молчал, хмуря брови, поселившиеся на худощавом лице с тонкими губами, умными карими глазами и бородкой-клинышком.
— Я приму ваши извинения, — процедил я, угрожающе играя желваками. — Но только на первый раз… И то лишь потому, что меня восхитила ваша изворотливость.
— О какой изворотливости вы говорите, уважаемый Громов? Неужели вы не поверили мне? Весьма прискорбно. Надеюсь, когда-нибудь мы будем со смехом вспоминать данный инцидент. А сейчас, к сожалению, я вынужден оставить вас, господа, — улыбнулся первый дворянин, с опаской поглядывая на меня.
В его глазах горело явное желание поскорее оказаться как можно дальше отсюда. И вряд ли он впредь скажет в мою сторону хоть что-то плохое. Но от меня так просто не уйти.
— Горгулья! — выдохнул я и резко взмахнул рукой, чтобы показать, где находится выдуманный мной «монстр». Да так «неудачно» взмахнул, что попал пальцами прямо по губам первого аристократа. И попал весьма ощутимо.
  
— М-м-м, — болезненно простонал он и непроизвольно прижал ладонь к треснувшей верхней губе.
— Ой, простите, я такой неловкий, — с притворным сожалением проговорил я и скорбно добавил: — Да ещё перепутал ворону с горгульей. Что-то я сегодня совсем не в своей тарелке. Наверное, нервничаю перед выступлением.
— Ничего страшного, — ровным голосом проговорил пострадавший аристократ, с трудом погасив ярость во взгляде.
Так-то, сука. В эту игру с «извинениями» можно играть вдвоём.
— До встречи, Громов. Мне тоже нужно идти, — поспешно сказал второй аристократ, отойдя от меня.
Он явно заподозрил, что и с ним может произойти подобный несчастный случай. Потому вместе с первым пошёл к общежитию «элиты».
Несмотря на всё произошедшее, их походка была неторопливой и уверенной, как у людей, осознающих свою важность. Дескать, такого как я могут и подождать простые холопы.
— А вы чего же не ушли с вашими друзьями? — спросил я третьего кадета.
Он усмехнулся, небрежно поправил русые кудри и иронично проговорил:
— Они такие же мои друзья, как и ваши. Наверное, вам они даже больше друзья, чем мне. К примеру, граф Остров пару дней назад пытался убедить преподавателя, что я списал у него, хотя всё было точно наоборот.
— Так почему вы с ними «дружите»?
— В высшем свете нет иной дружбы. Вы ведь знаете, какая царит атмосфера среди почитательниц богини Маммоны? Все подсиживают друг друга, подставляют, травят и интригуют, чтобы оказаться повыше в их иерархии. Так и у нас.
— Опасные слова, — заметил я и прямо спросил: — Для чего вы мне всё это говорите? Если вам что-то нужно от меня, то скажите прямо. Я сразу откажусь, чтобы мы не теряли зря времени.
— Спешу первым подружиться с вами, — улыбнулся уголком рта аристократ и смахнул со лба капельки пота. — Мне думается, что вы рано или поздно окажетесь среди представителей высшего света. И вам потребуется проводник в этот удивительный мир интриг, тайн и ударов в спину.
Ха, да я в этом мире буду чувствовать себя лучше, чем рыба в воде. Всё это детский лепет по сравнению с тем, что творится среди богов. Там такие интриги закручиваются, что только диву даёшься.
Однако вслух я сказал совсем другие слова:
— Возможно, мы будем полезны друг другу.
— Барон Михаил Лисов, — представился он и протянул ладонь для рукопожатия.
— Говорящая у вас фамилия, — пожал я его руку.
— Какая есть, — ухмыльнулся тот и добавил: — Восхищен вашим трюком с выдуманной горгульей. Пусть и грубовато, но действенно. Возможно, вы легко вольётесь в высший свет.
— Посмотрим.
— Всего хорошего, — сказал он, подмигнул мне и пошёл прочь.
А я глянул ему вслед. Барон буквально на ходу рвал подмётки. Такие люди мне нравились гораздо больше, чем тот же Толстой или Стрижов. Лисов похож на Барсова. Они оба скользкие, но полезные.
Придя к этой мысли, я проник в главный корпус и пошёл искать кабинет, облюбованный человеком, работающим с артефактами. Он отыскался довольно быстро.
Я постучал и вошёл, увидев плюгавенького мужичка с хитрым взглядом и длинным носом, будто наточенным с помощью точилки для карандашей. И весь его вид говорил, что он ментальный брат того прохиндея-интенданта, пытавшегося всучить Стрижову ссаный матрас, а мне китель, который ещё во время Куликовской битвы носили.
Конечно же, плюгавый сразу же попытался сильно занизить стоимость «светлячка» и артефактов, блокирующих магию. Он собирался вручить мне сущие гроши, а разницу оставить себе. Мерзкий жулик! Но не родился ещё тот смертный, который пережулит меня.
— Как, говорите, вас зовут? — мрачно осведомился я, сидя напротив этого прохиндея.
— Аристарх Игоревич, — улыбнулся тот, показав жёлтые зубы заядлого курильщика. — Так вы берёте эти деньги? Да, рыночная стоимость этих артефактов будет чуть-чуть повыше, но ведь они имеют потрёпанный вид. Потому-то я и даю вам такую сумму. Всё честно.