Потомок бога (СИ)

— Кто это был? — протараторил Алексей, тревожно хлопая глазами. — Он как-то связан с теми второкурсниками, ввалившимися в нашу комнату?
— Стрижов, ты умеешь делать правильные выводы, — иронично похвалил я парня.
— И чего он хотел, если не секрет? — прогудел Толстой и сконфуженно погладил свой голодно зарычавший живот. — Простите. Кушать хочется.
Я глянул на троицу и честно рассказал о правилах, установленных Ратниковым и подобными ему людьми в этом «чудесном» заведении.
— Я, как и Громов, не собираюсь ему ничего платить, — решительно заявил Румянцев, хмуря брови.
— Поддерживаю, — вставил Толстой, обмахивая ладонью вспотевшее лицо.
Стрижов дёрнул губами и слегка кивнул, вроде бы выражая согласие, но следом обеспокоенно спросил:
— А что будет, если мы не заплатим ему?
— Ратников обещал неплательщикам жопу вывернуть.
— Жопу⁈ — выпучил глаза парнишка и торопливо оглянулся.
Он словно боялся того, что третьекурсник уже подкрадывается к его тощему заду.
— Правда, что ли? — прогудел Толстой, наморщив сальный лоб.
— Шучу, — усмехнулся я и глянул на сцену. Там появился поджарый мужчина с лицом бывалого воина.
Его седые волосы топорщились боевым ёжиком, а острые проницательные глаза скользнули по притихшим новичкам.
— Добрый день, молодые люди! Я барон Александр Александрович Орлов. Теперь я отвечаю за вас! — начал он изрыгать короткие рубленные фразы. — И первым делом хочу поздравить вас с прибытием в нашу славную академию!
Юнцы встретили слова барона без особого энтузиазма. А тот после приветственной части перешёл к более интересной информации. Поведал нам о распорядке дня, системе питания, тренировках и перешёл к правилам.
— На территории академии строго-настрого запрещено пользоваться боевыми артефактами и магией. Вы можете применять магию только в отведённых для этого местах. К примеру, у нас есть арена, где все желающие могут проводить бои под присмотром преподавателей. Я поощряю такие сражения. А вот в обычных драках атрибуты использовать нельзя. И да, драки порой случаются. Но это нормальное явление. Здесь не музыкальная школа, а серьёзное учреждение, готовящее высококлассных специалистов со стальными канатами вместо нервов! Стражи должны уметь постоять за себя. Лучше в академии лишиться зуба, чем в Пустоши головы. Там случаются разные ситуации. Мне однажды пришлось голыми руками биться со зверолюдом! — без всякого хвастовства заявил Орлов и тяжёлым взглядом прошёлся по юнцам. А те замерли словно кролики перед удавом.
Меня же взор барона не впечатлил. А вот его слова о запрете использования магии заставили вспомнить о моей проделке во владениях интенданта. Если кто-то расскажет о ней, то мне явно прилетит какое-нибудь наказание. Хотя я же не знал, что здесь такие дикие порядки. Может, и отбрешусь.
Пока же Орлов кашлянул в кулак и приказал:
— А теперь поднимите руки те, кто обладает хотя бы одним магическим атрибутом.
Большая часть новичков вскинула лапы, в том числе и наша четвёрка.
Барон посчитал конечности, нахмурился и спросил:
— По документам на одного мага меньше. Кто-то открыл дар совсем недавно?
— Возможно, это я, господин барон, — проговорил я, помахав рукой.
— Встаньте. Как ваше имя? И как вы открыли дар?
— Александр Громов. Минутка свободная выдалась, вот и открыл.
По рядам пробежали неуверенные смешки.
— Юморист? — проронил Орлов. — Одобряю. Но обычно такие юмористы первыми бегут от монстров.
— Это какие-то другие юмористы. Не из моей категории.
— Ладно, присаживайся, кадет, — бросил барон. — Итак, молодые люди, ещё раз всех поздравляю. И напоминаю, что вечером вас ждёт встреча с нашими преподавателями по развитию дара. Поглядим, кто из вас что умеет. На этом пока всё. Можете идти в столовую.
  
Глава 11
 
Столовая располагалась в общежитии и гудела от десятков разговоров, сотрясающих воздух, пропитанный жирным, липким запахом кухни.
Кадеты расселись по четверо за круглыми столами и активно стучали ложками, уминая гречневую кашу с мясом.
  
Новички вели себя скромно. А вот старшекурсники гоготали во все горло, отпуская грубые шуточки в сторону перваков.
Меня остроты дебилов пока обходили стороной. Впрочем, как и еда. Я только-только подошел к линии раздачи и поставил на нее металлический поднос. Однако уже спустя миг почувствовал чей-то буравящий взгляд. Бросил взгляд через плечо и увидел за центральным столом каменную физиономию Ратникова.
Он что-то коротко сказал конопатому бугаю. А тот кивнул и направился в мою сторону. Новички поспешили убраться с его пути. А я повернулся к нему спиной, чувствуя разлившееся по столовой напряжение.
— Э-э-э! — прорычал бугай из-за моего плеча. — Я слышал, что ты, малец, не уважаешь старших!
Его громкие слова заставили кадетов замолчать и повернуть головы в нашу сторону.
Теперь по столовой разносились только звуки тяжелого дыхания. Да ещё долетало чириканье воробьев, сидящих на дереве за окном.
— Поздравляю, слух у тебя есть, — иронично сказал я, всё так же не оборачиваясь.
— Чего⁈ — изумленно выдохнул он в мою спину. — А ну кругом, сука! Я с тобой разговариваю!
— Ну, сейчас Кабанов ему задаст, — с предвкушением прошептал мужик, стоявший на раздаче еды.
— Угу, — поддакнул другой, злорадно ожидая, когда меня проучит этот бугай.
Краем глаза я заметил, что некоторые новички тоже были настроены аналогичным образом. Дескать, нехрен высовываться, живи, как все живут, а то выискался тут революционер, все в дерьме, и ты обтекай. Вот сейчас и получишь за то, что взбрыкнул и не лег под старшекурсников.
Крабы! Крабы в ведре! Сами лохи и хотят, чтобы остальные ими были. Ведь когда вокруг одни лохи, то и ты вроде как уже и не совсем лох. Какие же смертные тупые и жалкие создания!
— Оглох, мразь⁈ — взревел взбешенный бугай.
Он впился в мое плечо сильными пальцами, способными дать фору стальным крюкам.
Не Тор, конечно, но для смертного совсем не плохой хват.
А теперь посмотрим, насколько у него крепкая башка…
Я резко развернулся, со всей силы влепив подносом по голове здоровяка. Звук от удара весело прокатился по столовой, заставив людей ахнуть.
Бугай же зашатался, бессмысленно глядя на меня. А уже второй удар погнутым подносом отправил его на кафельный пол. Он грохнулся как мешок с дерьмом, вывалив язык и закатив глаза.
Я поставил на него ногу и победно улыбнулся.
Народ буквально потерял дар речи от ошеломления. Даже Румянцев выкатил глаза. А Толстой замер, не донеся ложку до рта.
— Какого хрена⁈ — заорал другой старшекурсник и вскочил из-за стола Ратникова. — А ну, тварь, быстро встань на колени и ползи сюда, умоляя тебя простить!
— Встать на колени? А ты на мелочи не размениваешься. Сразу хватаешься за кусок, которым подавишься, — насмешливо проговорил я и услышал за спиной звонкий металлический звук. Похоже, мужик на раздаче от шока выронил половник.
— Я тебе ноги сломаю! — прорычал старшекурсник, полыхнув глазами.
Но уже через миг он болезненно вскрикнул, поскольку пущенный мной поднос угодил ему в переносицу. Да прямо бортиком! Ай да я, ай да молодец!
Хрящ кадета хрустнул и заструилась кровь. А сам смертный покачнулся и хотел отставить ногу назад, чтобы удержать равновесие, но там стоял стул. Кадет навернулся через него и с воплем рухнул на плитку.
— Зарубите себе на носу! — процедил я, тяжелым взглядом пройдясь по старшекурсникам, ошарашенно распахнувшим рты. — Это не я с вами в одном общежитии, а вы со мной, так что правила тут будут мои! А если кто-то желает вызвать меня на дуэль, то я готов. Любое оружие в любое время.
— Завтра на арене в девять вечера, магия, — встал со стула высокий худой шатен с нашивками третьего курса и холодными, бесстрастными глазами человека не раз видевшего смерть. — Ответишь за свои слова или струсишь?