Злата. Жизнь на «Отлично!» (СИ)

«Iron Maiden» — любезно сообщил мне дисплей плеера название группы. Надо бы запомнить, отлично играют парни.
И почему, интересно, эти люди пришли ни утром, ни вечером, а именно сейчас? Участковому наверняка известно, что я проживаю вместе с двумя работающими взрослыми. А это значит, что взрослых днем дома не будет…
Готов поставить рубль на то, что весь расчет «опеки» (или, скорее, тех, кто ее на меня натравил) и строился на том, чтобы прийти сюда тогда, когда Злата будет дома одна. Зачем? А хрен их знает! Проверять на практике их замыслы не хочу.
Что ж, в этот раз им не фортануло, дверь им не открыли… Позвонить бабушке, рассказать о посетителях? А, зачем? Пускай себе работает спокойно, нечего ее нервировать, у нее, итак, в последнее время печалей более, чем достаточно. Расскажу о визитерах, когда придет домой. В любом случае до ее прихода, запускать сюда нечисть из «опеки» не намерен.
И матушке, когда позвонит, тоже сообщать об этом не нужно…
Кстати, о матушке… Она же завтра прилетает! А значит, сегодня мне еще предстоит пообщаться с бабулей на тему «ощипа» папашки, и убедить ее в целесообразности и необходимости мероприятий по законному отъему у того денежных знаков на мое содержание.
Закончив пылесосить квартиру, взглянул на дисплей телефона. Время! Время жора!
Расправившись с гречкой, пополам с пшеном (без масла!), и с куриной котлеткой на пару, уставился в окно, положив щеку на ладонь.
«После сытного обеда, по закону Архимеда, полагается поспать» — вспомнил я детский стишок и сладко зевнул. Хотя, лучше бы, конечно, пройтись пешочком, минут тридцать-сорок. Однако, вот прямо сейчас, из дома выходить, как мне кажется, не стоит, а то мало ли что…
От размышлений меня отвлек звук настенных часов. Еще один реликт эпохи СССР. Часы с кукушкой. Кукушка за столько лет уже явно утомилась и вылетать со своего места отказывалась категорически, однако, сами часы, каждый час, исправно звенели цепью.
Сидя сейчас в одиночестве на этой кухне, и, глядя на часы, на меня отчего-то такая тоска накатила, что в уголках глаз появились слезы, которые я тут же смахнул рукой. Шмыгнув носом, отправился в комнату, поспать немного.
«Поскорее бы мама приехала» — промелькнула в голове детская мысль, прежде, чем я заснул…
Сон. Я снова точно знаю, что сплю. Но, на этот раз сон не по мотивам этой жизни…
Во сне я оказался в пионерском лагере. В «Московском роднике». 1982 год, вторая смена — пронеслась в голове мысль. И мне снова 14 лет. 14 тех лет…
Да, точно, я был тогда там, во втором отряде.
За руку меня тянула девчонка с красным пионерским галстуком…как же ее зовут? Эля! Точно! Её зовут Эля… И она же — моя первая настоящая любовь. Высокая, выше меня, кареглазая, смуглая…
Первая красотка нашего отряда!
Ну или так мне казалось тогда, по крайней мере. Я вспомнил! И мое сердце забилось с немыслимой скоростью! И ведь было от чего! Она же сейчас признается мне в своих чувствах. А сразу за признанием, случится мой первый взрослый поцелуй…
А на следующий день, родители заберут меня из лагеря, ибо мы, всей семьей, поедем на Черное море. Тогда, помнится, с отцом я очень сильно повздорил. Не хотелось мне уезжать из лагеря…
Но это будет потом, а сейчас…сейчас, взяв за руку, Эля тащит меня в свою палату. Решительная она девчонка, да.
Девчонки, живущие вместе с ней, хихикая, выбегают из палаты, оставляя нас наедине. Эля, повернулась ко мне лицом
— Саш, — вновь услышал я ее голос, спустя столько лет…и…
И раздались птичьи трели! Открыв глаза, я незамедлительно уселся на задницу. Сон исчез… И правда, всего лишь сон, но какой реальный! Впрочем, чего удивительного? Я же теперь помню все, что случилось там, до самых мельчайших подробностей.
16.30 — сообщал дисплей телефона.
— Иду! Иду! — громко крикнул я
Опять из «опеки», что ли? Бабушка, в отличие от мамы, всегда своими ключами открывает дверь.
 
Посмотрел в глазок.
Стёша пришла!
— Заходи! — открыв дверь и зевнув, сказал я
— Ты это чего? — с тревогой в голосе спросила подруга, войдя в прихожую, и спросила, уставившись на мое лицо, — Ты плакала? Тебя кто-то обидел?
Провел ладонями по лицу. И правда, все лицо в слезах и соплях…девичьи, блин, эмоции.
— Не-не, — замахал рукой, — я спала, а ты меня, задница этакая, взяла и разбудила! Такой сон был…
— Хороший? Извини, что разбудила, — разувшись, поинтересовалась подруга, чмокнув меня в щеку и направившись в ванную
— Вообще, отличный! Практически эротический! — ответил я
Стёша издала такой звук, будто она чихнула, закашлялась и икнула одномоментно, после чего, закашлялась уже по-настоящему.
— Смотри, не помри у меня тут! — сказал я, заботливо похлопав лучшую подругу по спине
— Ты, блин, ходячий прикол…, — заявила Стёша, когда, наконец, справилась с приступом кашля
— Теперь умываться нужно нам обеим! — довольно заявил я, взглянув на Стёшино лицо, и хлопнул подругу по заднице, направляя в ванную
— И кто это, из нас двоих, тут еще настоящая задница? — поинтересовалась подруга, разглядывая свою физиономию в зеркало
Позже. На кухне.
— Мне родители разрешили выйти из дома, только, если мы химией заниматься будем, — с грустинкой в голосе заявила подруга, откусив знатный кусман пиццы, которую бабуля испекла сегодня утром, перед уходом на работу (хотя, мне кажется, что это какая-то разновидность пирога на сладком дрожжевом тесте, но бабушка упорно называет это пиццей)
— Сегодня разделаемся еще с двумя темами, а потом, когда бабуля вернется с работы, пойдем на пруд, прогуляемся немного, — зевнув, ответил я, глядя на часы с кукушкой
Позже. В нашей с бабушкой комнате. За круглым столом.
— В периоде слева направо радиус атома и металлические свойства соответственно: А — увеличиваются и увеличиваются. Б — уменьшаются и увеличиваются. В — увеличиваются и уменьшаются. Ну, и Г — уменьшаются и уменьшаются, — зачитал я задание с листа
Стёша, провела пальцем по таблице Менделеева.
— Г! — ответила она
— Чего г? — поинтересовался я
— Ну г же! Ответ! Уменьшаются и уменьшаются! — заявила та
— Правильно…! — сказал я, — А если…сверху вниз по группе главной подгруппы?
Стёша вновь повела пальцем по таблице, и, от напряжения, даже высунула кончик языка. Выглядела она при этом очень мило. Настолько, что мне захотелось ее погладить, однако, я сдержался, дабы не нарушить ее концентрацию.
— Если название элемента выровнено по левому краю, то это главная группа, а если по правому — побочная, — напомнил я, — карандашом там себе подпиши, прямо под таблицей, чтобы не забыть
— А, да, точно…, спасибо, забыла! — сказала подруга, взяв в руки карандаш, — А!
— А? — переспросил я
— Увеличиваются и увеличиваются! — решительным тоном заявила Стёша
— Правильно же! — сказал я
— Кажется, я теперь поняла, что ты хочешь сделать, — сказал вдруг Стёша, откинувшись на высокую спинку стула и уперев в меня взор
 
— Что я хочу сделать? — переспросил я
— Уху, — издала звук согласия подруга, — ты решила жестко затроллить свой класс!
— Затроллить свой класс? — я опять переспросил
Стёша, улыбнувшись, погладила меня по голове.