Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Но вот река,
Плывущая издалека,
Обнимает волной и лениво уносит
Непрочные башенки слов…'
Максим Леонидов «Знаешь, всё это и есть любовь»
Утром, возблагодарив бабу Наташу, за то, что после ее наливок похмелье отсутствовало, я умылась и малодушно решила, что полуночные откровения мне почудились.
Так, приснилось что-то душещипательное.
Предупредив детей, что выезжаю, обнялась с теми, кто столько лет берег мое «родовое гнездо» и с невероятным ощущением легкости выкатилась на трассу.
Посредине дороги, пролистнув в мессенджере от Глеба фото идеального завтрака: яичница в виде сердца, окруженная поджаренным беконом, тост с творожным сыром, чашка кофе и стакан апельсинового сока, внезапно осознала: у Леры грядет последний экзамен и зачисление. А значит, вопрос с Сеней, будь он неладен, вновь встанет ребром (и хорошо, если только им).
Ясно, что надо срочно стелить соломки.
— Привет, вредная обезьянка, какие у вас планы на пару ближайших выходных?
Фиске не привыкать к моим странным и внезапным вопросам.
— Ты, конечно, как всегда неожиданная, но мне даже есть что тебе сказать. Через выходные собирались к вам на шашлыки, на берегу Волхова или на экскурсию, хоть бы и в Кремль…
Хорошо, что это не видео-чат. Езус-Мария, я теперь всегда так интенсивно буду краснеть при упоминании Кремля?
— В целом — одобряем. А еще готовы внести предложение: как вы насчет того, чтобы в следующие выходные метнуться в столицу, да еще и Леру прихватить. С возвратом.
— Мать, что там у вас происходит? — Анфиса звучит уже встревоженно.
— Первая несчастная любовь, даст бог с вашей посильной помощью, завершится. Подробности у Лерки спросишь, но в целом: был роман на расстоянии, потом очные свидания, дальше мы переехали, и они какое-то время гуляли вместе. А затем он пропал. Ни слуху ни духу. Смогли узнать у его отца, который преподает там, куда Леруша поступает, что кадр этот гостит в Москве у деда. Лера страдает, хочет увидеться и прояснить ситуацию.
— Ты же понимаешь, что ждать «долго и счастливо» при таких вводных не приходится? — эх, Фиса, ты еще отягчающий анамнез этих отношений не знаешь.
— Все всё понимают. Даже Лера. Но она хочет расставить точки.
— Похвально. Мы в ее возрасте изящно прятались от любых выяснений.
Дружно вздыхаем, а я понимаю, что я и сейчас в таком же состоянии. Ну, чего бы мне не поговорить откровенно: с Игорем, с Сергеем, с Глебом?
Нет, я сижу и жду, когда это все само как-нибудь утрясется и рассосется.
А оно нет.
— Ладно, мы с Марком обсудим такой план. Напишу тебе, — соглашается подруженция.
Выдыхаю. Если удастся отправить дочь в Москву под присмотром Фисы с мужем, то я буду более, чем спокойна.
А отправлять ее придется, тут без вариантов.
«Резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонитов!», — это прямо идеально подходит к нашей истории с Арсением.
— Привет семье.
На этом мы расстаемся, вполне довольные друг другом. Как обычно.
А дальше, не успела я въехать в Новгород, как позвонил свёкор:
— Арина, милая, как ты помнишь, у Танюши скоро юбилей. Мы понимаем, что некоторые личности не будут вам кстати, поэтому на общем торжестве не настаиваем и будем с Танечкой рады, если вы с Лерой и Костиком найдёте время и просто посетите нас. Ну, хоть до, хоть после этого события. Только предупредите — когда, мать пельменей наготовит.
Ох, ты ж!
Как-то я выпустила из виду день рождения бывшей свекрови. Ладно, после всего, что свекор для нас сделал, нужно быть свиньей, чтобы наплевать на его просьбу:
— Спасибо огромное, Николай Романович, мы очень признательны за приглашение и приедем с удовольствием. Сейчас я обсужу с Лерой календарь экзаменов и спрошу у Кости про график тренировок. И мы, конечно же, предупредим.
— Ох, Ариша, детка, порадуете стариков. Спасибо, милая.
— Не переживайте, привезу к вам этот безумный цирк, еще выгонять будете.
Свекор разразился отнюдь не старческим смехом.
 
Так и попрощались.
Хороший он все же человек. В кого же Ромка-то уродился?
Но все мысли о бывшем муже мгновенно покидают мою голову, когда я захожу на кухню своей новой квартиры.
В центре на полу стоит ведро с огромной охапкой бордовых роз на километровых стеблях.
— Что за номер? — уточняю у загадочно улыбающейся дочери.
— Вчера вечером от Сергея Владимировича привезли.
— Твою мать, — непедагогично хмыкаю.
На ловца и зверь бежит. Надо же нам как-то Леру в столице с Сеней пересечь?
А это что за?
С огромным усилием отрываю взгляд от «идеального завтрака», сервированного на столе.
— Леруша, а что тут у вас произошло вчера?
Дочь моя хохочет.
Правда!
На самом деле весело, задорно и откровенно:
— О, мамочка, вчера у нас был натуральный цирк. Даже толстокожий Кот заценил.
— Как-то мне страшно.
— Не, все норм. Мы с ним тихонько поржали потом. А для начала, вот тебе перекус, а то ты же «голодная с дороги», это, если что, цитата.
Пока я в полном офигении жую вполне съедобный «перекус», дочь, устроившись напротив меня с чашкой кофе, вещает:
— Ну, гляди, Кота с игры привез на своем мотоцикле Глеб Максимович. Мы, ясное дело, его на чай пригласили. А он нам такой: «А я сейчас к себе заскочу освежиться и приду. К чаю чего-нибудь принесу». Прикинь?
Выразительно молчу, потому как тост с сыром встал четко поперек меня.
— А он теперь, мам, наш сосед. Пришел, вот, шикарный чай тебе принес. Он, кстати, сильно удивился, что тебя нет дома. Любопытствовал.
— И вы, конечно, мамочку сдали?
— Я — нет, но Кот считает, что Глеб Максимович тебе больше подходит. Кирилл Андреевич, с его точки зрения, недостаточно серьезен в отношениях с девушками.
— Капец.
— Ты не расстраивайся. Все нормально. Нам Глеб больше чем дядя Игорь нравится. Про Сергея Владимировича я вообще молчу.
Да, вот так отлучишься на сутки, а тебе тут жизнь такие сюрпризы подбросит.
— А это? — веду подбородком в сторону ведра.
— О, это натурально, как в кино было. Сидим мы, пьем чай, Кот о вашем с отцом разводе рассказывает. Нет, ты не волнуйся, он был честен. Сам признался, как протупил, а тут звонок. Я к двери, Глеб Максимович со мной — вдруг чего? А там доставка, мам! Розы. Ты бы его видела.
Я не видела. Я вчера его ночью слышала и теперь понимаю, к чему все эти упоминания «бывших» в прошедшем времени были.
— А ты?
— Я, конечно, сказала, что это от твоего давнего поклонника, с которым вы расстались тысячу лет назад не очень хорошо. И что ты его знать особо не желаешь.
Езус-Мария, вот это будет мне демонстрация.
Так, а сейчас, где мой «самый главный мужчина в доме»?
— А Кот сейчас?
Лера хмыкает:
— А Кот на занятиях для особо отличившихся. Те, кто едет в Питер, сегодня на индивидуальных уроках у тренеров. Угадай, кто его увез?
Как бы нет вариантов.
  
Глава 48
 
Всякое… странное
 
'Пусть бесится ветер жестокий
В тумане житейских морей,
Белеет мой парус такой одинокий
На фоне стальных кораблей…'
Ю. Ким «Белеет мой парус»
Удивительно, но вечером воскресенья с тренировки сын вернулся один.
— Глеб Максимович передавал тебе низкий поклон и вот, — протянул мне коробочку конфет. — Сказал, что будет счастлив навестить тебя после завтрашней тренировки. Он сегодня с нами задолбался, мам, ты не думай…
Да я и не думаю.
Так, обалдела прилично и все.
Чего здесь думать?
Тихий семейный вечер испортил лишь звонок Сергея Владимировича, да и то — отчасти испортил. Все равно поговорить с ним надо.
Условились встретиться в среду, как раз пока у Леруши последний экзамен. Может, переживания за дочь хоть немного нивелируют раздражение и нежелание вообще когда бы то ни было видеть отца Арсения?