Охота на дракона (СИ)
Идиллия оазиса была бы совершенной, если бы не толпа дико орущих и раздевающихся на бегу солдат, бросившихся к воде наперегонки с лошадьми.
— Как же хорошо, — крепкий воин лег рядом с костром, прикрывая чресла шелковой тканью. — Кристиан, как думаешь, сколько осталось?
— Шпионы говорили, что пути около четырех-пяти недель.
— Угу, вот только чует мое сердце, что заблудились мы, — недовольно вздохнул другой вояка, помешивая густое варево в котелке.
— Не думаю, — покачал головой Кристиан. — Но на всякий случай я отправил отряд вперед разведать, что да как. К утру должны быть.
— Как бы кони не пали, — вздохнул завернутый в шелка барон. — Надо будет водой запастись сторицей. И поискать, может, живность какая есть в этих краях.
— Нету, милорд, — отозвались от другого костра. — Все озеро кругом обошли, а следов крупнее мышиных не нашли.
— Жаль, — вздохнул Кристиан, мечтая о куске хорошо прожаренной отбивной.
— Ваше Сиятельство, — вытянулся по струнке молодой мальчишка из числа оруженосцев. Кристиан разрешающе кивнул. — Кони вычищены и накормлены. У пятерых обезвоживание сильное, долго не протянут. У десятерых заводных ожоги мозолистые.
— Что ж, видать, придется нам здесь задержаться. Отдохнем пару деньков сами и коней подлечим, а потом продолжим путь.
«Пара деньков» растянулась до четырех. Зато, когда на пятый день сотня покинула гостеприимный оазис, кони бодрой рысцой устремились по каменистой почве, на которой не задерживался песок, сдуваемый постоянным ветром.
Местность вокруг постепенно менялась, и вскоре пустыня сменилась не менее «дружелюбным» каменистым ущельем. По его дну грязной лужей текла мелкая речка, пахнущая тухлыми яйцами. Кони поначалу воротили нос, отказываясь даже приближаться к воде, но вскоре осознали, что ломать ноги на сыпучих склонах было куда хуже, и послушно трусили вдоль русла.
Мокрая, дурнопахнущая грязно-желтая земля и серые камни ущелья тянулись на протяжении двух дней, а затем скалы расступились, и сотня выехала на плато, сплошь покрытое мутными лужами застоялой воды. Каменистая почва неприятно хрустела скальной крошкой под копытами испуганно храпящих коней. Скудная травянистая растительность сухими кустиками произрастала вокруг водоемов, которые на удивление кишели жизнью, правда, в основном личинками.
Кристиан скомандовал привал на закате и, выбрав пятерых воинов, лично отправился на разведку после захода солнца.
Ночная прохлада приятно остужала разгоряченное дневным солнцем тело, а легкий туман, поднимающийся от многочисленных луж, дарил покой высушенной и зудящей коже. Далекие звезды ярко светили на небе, кучно сгрудившись вокруг молодого месяца. Света было достаточно, чтобы кони не переломали ноги, споткнувшись на каком-нибудь камне или провалившись в ямку.
Через пару часов резвой рыси отряд подъехал к краю плато.
— Всемилостивые боги, наконец-то, — с облегчением выдохнул один из воинов.
Земля впереди резко уходила вниз, спускаясь в долину у побережья. У самой кромки воды на горизонте блестел огнями Вийю. Не узнать его было невозможно. Высокие шпили тонкими иглами устремлялись в небо и блестели чешуйчатой плиткой крыш в лунном свете.
— Возвращаемся, сообщим хорошие новости, — Кристиан развернул коня.
В ночи мелькнула крупная тень, практически мгновенно скрывшаяся за высокими валунами.
Бравый тревожно захрапел, вскидывая голову и раздувая ноздри. Прочие лошади вели себя ненамного спокойнее. Переступая с ноги на ногу, они гарцевали и испуганно ржали.
Кристиан с тихим шелестом вытащил меч из ножен и удобно перехватил в руке. Едва коснувшись боков коня, он направил его в сторону, противоположную огромным валунам, кучно сгрудившимся вдоль края плато. Остальной отряд последовал за ним, тоже находясь в полной боевой готовности.
Тихо похрустывала скальная крошка под копытами коней. Лунный свет ярко освещал каменистую равнину с угольно-черными провалами луж. Зловеще шуршала раскачиваемая едва ощутимым ветерком сухая трава.
Неожиданно одна из лошадей за спиной испуганно заржала, нарушая напряженную тишину. Подозрительный камень разделился надвое, стремительно бросившись в сторону неосторожной скотины. Истошное конское ржание быстро перешло в бульканья, когда огромные челюсти сжались на горле животного. Воин, выпавший из седла, когда тварь напала, быстро отползал в сторону, подволакивая ногу.
Кристиан ударил Бравого пятками. Конь, высоко задирая передние ноги, помчался на странного зверя, напоминающего ящерицу-переростка.
Громкое цоканье отвлекло последнего от своей жертвы. Тварь подняла голову, разевая змеиную пасть, из которой черными сгустками капала кровь. Громкое шипение вырвалось из ее глотки. Она резко поднялась на задние лапы, мгновенно сравнявшись в росте с конем, и раскрыла незаметные до этого кожистые крылья, начинающиеся от локтей и перетекающие вдоль бока до коленей.
Конь испуганно захрипел и отшатнулся в сторону за мгновение до того, как виверна стремительно скакнула вперед, щелкая челюстями в ладони от его шеи. Бравый инстинктивно лягнул врага, оказавшегося сзади, и Кристиану стоило немалых усилий удержаться в седле.
Виверна болезненно завизжала и, шумно замахав крыльями, с трудом поднялась в воздух.
Кристиан судорожно перебирал в голове способы борьбы с редким зверем, не упуская оного из виду, когда один из воинов вскрикнул и затих. Из-за валунов появилась еще одна тварь, со спины напав на того, чья лошадь пала первой жертвой.
Щелкнула тетива арбалета. Тяжелый болт врезался в широкую грудь виверны, заставляя бросить мертвое тело. К сожалению, даже выпущенный с такого близкого расстояния, выстрел не смог пробить прочную чешуйчатую броню. Только лишь разозлил тварь.
Четверо воинов кружили по небольшому пятачку земли, боясь подставлять спину двум смертельно опасным тварям, отстреливаясь от них из арбалетов и пытаясь дотянуться кончиками мечей до тонких крыльев.
Отбиваясь от одной из виверн, Кристиан не заметил, как ему за спину спикировала другая. Мощным ударом задних лап она выбила его из седла, и жесткая земля устремилась навстречу. Болезненный удар о камни переломал бы ребра, если бы не крепкая броня.
В нескольких шагах от него заскакал Бравый, задними ногами отбиваясь от твари. Получив тяжелым копытом по морде, она упала на землю и замотала башкой.
Упускать шанса Кристиан не стал и, с трудом поднявшись и отметив, что левое плечо выбито, наотмашь рубанул мечом поперек шеи виверны.
Клинок вошел в плоть как в масло, не встретив никакого сопротивления, словно и не было прочной чешуи, широкими пластинами расходящейся от позвоночного гребня.
Виверна завизжала и дернулась, сворачивая удивительно пластичное тело в узел. Голова мотнулась из стороны в сторону и жутко повисла на сокращающихся мышцах перерубленной шеи. По чешуйчатому телу пробежала судорога, и уже мертвая тварь гулко упала на землю.
Кровь бурным потоком хлынула на камни. Они зашипели и задымились.
Кристиан в ужасе отшатнулся, спасая ноги от стремительно растекающейся едкой лужи, и проверил меч. Ни зазубрин, ни выщерблин. Клинок матово блестел темной кровью в лунном свете, сквозь которую едва заметно серебрились руны.
Вторая виверна зашипела и, повизгивая, бросилась прочь, шумно хлопая крыльями.
Оставшиеся в живых трое воинов подошли к Кристиану и восторженно загомонили. Правда, триумф был недолог. Очень скоро пришло осознание, что всего за несколько минут они потеряли двоих, и неизвестно, сколько еще таких тварей обитало в этих землях.
Наскоро разобрав виверну на ценные ингредиенты и устроив тела павших товарищей на спине поцарапанного, но все же живого коня одного из них, отряд направился обратно в лагерь.
Глава 5
Крис вышел из комнаты немногим после рассвета. Он очень старался не шуметь, чтобы не разбудить свою спутницу, но Иде от этого было не легче.
За всю ночь ей так и не удалось сомкнуть глаз. Ее тревожило столь много вещей. Дом был оставлен без присмотра, а вокруг хватало вороватых банд. За дверью шатались пьяные наемники, только подтверждая опасения Криса. За спиной лежал практически незнакомый мужчина, пахнущий так притягательно, что хотелось уткнуться в него носом.