Путь Императора (СИ)

– Глотни, командир! – смело шагнул вперед головной звеньевой.
Бригадир осекся, уставился на наглеца свинцовым взглядом… потом взял протянутую баклагу и отхлебнул.
– Дерьмоеды! – потеплевшим голосом сообщил командир.
И звеньевые заулыбались. Пронесло!
– Повоевали, значит? – отечески сказал бригадир, устраиваясь на склоне горы с баклагой в твердой руке. – Результат впечатляет. Орлы! Мятежников в проход на яйлу пропустили – это раз. В степи они нас трепали, как щенков – это два. Еще и с морскими пехотинцами по дури схлестнулись, и это три. Ну и… нормально! В таких обстоятельствах лучше нас никто бы не смог. Но четвертого звеньевого надо казнить, чтоб в следующий раз заслон правильно ставил!
– Да он погиб! – доложил головной звеньевой, деликатно передавая бригадиру резервную баклагу. – Его штурмовой стрелой снесло. А потом еще и конники потоптали.
– Жаль! – с сожалением отметил бригадир. – Развлеклись бы.
Звеньевые с деревянными улыбками закивали: да, мол, жалко, что не с кого кожу живьем содрать, душеньку потешить.
– А сейчас, орелики, перечисляем обстоятельства! – жестко сказал бригадир. – И – правильно перечисляем!
Это звеньевые и сами хорошо понимали. Обстоятельства операции следовало изложить тем единственным способом, который полностью оправдывает бригаду и перелагает ответственность за неудачи на других!
– Из-за просчета летунов потеряли конницу! – веско сказал головной звеньевой самое очевидное. – А с конницей была потеряна мобильность!
– Какие умные слова знаешь! – удивился командир. – Хорошо учился, наверно? Радуйся, идиот, что конницу потеряли, что есть на кого вину свалить! Вы и на скакунах личной императорской конюшни не перехватили б степняков! Дерьмоеды потому что… Ладно, принимается. Еще?
– Ошибочные разведданные! – желая выслужиться, торопливо крикнул новый второй звеньевой. – Про боевые фургоны у мятежников нам не говорили, я помню!
– Заткнись, орясина! – ласково посоветовал бригадир. – И подумай, на кого вину перекладываешь! Разведданные нам сам главный визирь передал. А главный визирь – жестокая сволочь, я по сравнению с ним ну просто добрый папа! Он тебе так переложит вину – спина треснет! Ладно. Нормально. Еще?
– Выпускающий летунов грузовые контейнеры сбросил на скалы! – припомнил новый третий звеньевой. – А там были средства дальнего поражения!
– Так их, летунов, топи в дерьме! – одобрил бригадир. – Ох они нас и десантируют за это в следующий раз! Нормально, принимается! Еще?
– Перед боем отказали все средства магической поддержки, – сообщил заместитель первого звеньевого. – И до сих пор не работают.
– Вот! – наставительно сказал бригадир. – Вот оно, самое главное! Главный визирь нас простит: он сам воевал и знает, какой дурдом на поле боя, даже когда есть связь! А уж если связи нет, то наши действия, я думаю, вообще немалых похвал заслуживают!
– Мятежников пропустили, – неуверенно напомнил головной звеньевой. – Основной приказ не выполнили… а за это закрытый суд!
– Пропустили в ловушку! – уверенно поправил бригадир. – Так и отвечайте, если спросят! А приказ… и что приказ? Выполним мы его! Главное, сынки, не бойтесь и крепите сфинктеры! Мы же не просто так с опережением выдвинулись! «Голубые орлы» на подлете! У них отсеки бочками с горючей смолой забиты! Как пройдутся сейчас над колонной! А там уж и наша работа начнется! Потешим душеньки! И бригадир жестоко усмехнулся.
– Наш девиз?! – догадливо выкрикнул головной звеньевой.
– Всех убьем! – привычно рявкнули бойцы.
– О, вот и летуны! – удовлетворенно сказал бригадир и поднялся. – На линию атаки заходят, красавчики!
Задрав головы, звеньевые восторженно наблюдали, как гигантская птица вырывается из-за гор и закладывает плавный разворот… как несется к ней снизу крохотная сверкающая черточка… как жуткий огненный цветок распускается на том месте, где мгновение назад была могучая машина… как гигантский ком огня, только что бывший неуязвимым повелителем неба, срывается с разворота и по касательной валится вниз, мимо изготовившейся к броску бригады… как пламя стремительно приближается и закрывает все небо…
 
– Нормально… – только и сказал ошеломленный бригадир.
  
Глава 12
 
Вова П. - беседы в гараже. О вечном
– … а у Подсобного хозяйства есть такой плавненький поворот – и на нем у меня уходит рулевая тяга! – радостно поделился подробностями учитель истории. – А у меня четыре бабы в салоне! Представляешь, какой вес? И как понесло меня по касательной! Если машина теряет управление на повороте, ее всегда по касательной! Понимаешь?
– Понимаю, – сказал лучший из худших учеников школы. – Мы на геометрии проходили. Я помню, что такое касательная. И асимптота.
Он спохватился и прикусил язык, но было поздно. Что такое асимптота, учитель явно не знал, и потому уставился злобными пьяными глазами. Подросток не имеет права тыкать взрослых в невежественность! Особенно если этот взрослый – преподаватель с многолетним стажем! Вдвойне особенно – если крупный мужчина!
Они сидели в гараже у учителя истории уже давненько. Сам учитель домой не торопился. Зачем, собственно? У него в гараже стоял диван. У него в гараже имелись старые кресла, стол-тумба, работающий телевизор, умывальник. У него в гараже жить можно было! А по соседним гаражам толпа приятелей, в отличие от дома, где только жена.
Школьный хулиган тоже не торопился домой. Зачем, собственно? Он долго выбирал момент, чтоб подойти без свидетелей, и предполагал выкачать из учителя информации по максимуму. Информация – дороже золота! Вот только беседовать с выпившим мужиком оказалось неприятно и малорезультативно.
Учитель истории потерял на время контроль за собой и начал стремительно пьянеть.
– Умный, да? – бормотал он обиженно. – Даже геометрию знаешь, да? Думаешь, и историю лучше меня знаешь? Зря думаешь! Знать мало! Мозги нужны, чтоб понимать! И тогда в любой дурацкой книге откроется столько неожиданного – и вопросы появятся, на которые нет ответов! Вообще – нет! Представляешь? Возьмем примитивный учебник истории для детей, к примеру…
Учитель понурился в кресле. Учебники ему брать не требовалось – за столько лет он их все запомнил наизусть.
– История средних веков, – пробормотал мужчина. – Ты скажешь – ложь и чушь полнейшая. А я и не возражу! Но в любой чуши блестят зерна неожиданной истины! Их не скрыть! Потому что всё скрыть невозможно! Вот, на странице двенадцатой читаем: у германских племен постепенно вошло в обычай выбирать вождей из одних и тех же семей! Читаем и не думаем. Все читают! А вопросом не задаются – с чего это вошло в обычай? Как так – вошло?! Добровольно отдать то, чем пользовались равноправно, в чьи-то жадные руки – это, что ли, вошло постепенно?! Как случилось, что свободу отдали сами? И – сами ли? Вот где ученым раздолье! Но молчат ученые. Боятся прикоснуться к запретному? А может, ума не хватает? Тут уже мозги нужны, это вам не пустые диссертации переписывать! А? Нет ответа! Смотрим дальше. Вот, на двадцать четвертой странице, что видим? Свободные крестьяне настолько обеднели, что не могли приобретать вооружение для службы в войске! Мы и сейчас не можем, х-ха! Но раньше-то, получается, могли? И получается, раньше все богато жили! Жили по традициям, сказано в учебнике! Вот, на сорок четвертой, как помню… пленным – даже пленным! – предлагали уйти за выкуп или остаться на положении свободных и друзей! Мы сейчас к родне относимся хуже, чем тогда к пленным, возьмем, к примеру, мою благоверную, х-ха! И возникает вопрос: почему отказались от традиций? Сами ли? Если сами – следует признать мыслителей, создавших эти великие традиции, поголовно кретинами! Если не кретины – тогда не своей волей отказались! Не может быть, чтоб своей! А чьей?! Вот где тайны! Вот где ученым рыть бы, а не деяния Карла Великого мусолить! Но – боятся увидеть запретное!
 
Учитель неожиданно трезво глянул на малолетнего собеседника.