Феникс для снежного дракона (СИ)

Мне не хотелось добавлять, что мечом я умею пользоваться гораздо хуже, нежели метательными кинжалами иди луком, но душа требовала возмездия, а злость придала бы мне необходимые силы.
— Риона! — повысил голос Эйгар. — Что за глупость?
— Глупостью будет оставить все как есть, — огрызнулась я. — Этот дракон ответит за содеянное!
— Мы уже все решили. Опусти оружие.
На мое плечо легла тяжелая рука Эйгара, а я с утроенной силой захотела пробудить в себе силу феникса. Как было бы здорово, вспыхни сейчас пол вокруг меня. Я бы посмотрела, как эта черная ящерица корчится в огне! Но сейчас придется отступить. Против Эйгара мне не выстоять.
— Кинжал я оставлю себе, — глядя в непроницаемые глаза дракона, сказала я. — Захочешь вернуть его, дракон, вызов остается в силе.
Дернув плечом, я сбросила руку Эйгара и вышла из зала, донельзя взбешенная. Ничего, теперь у меня хотя бы есть настоящее оружие, а это уже немало.
Только я успела вернуться в свою комнату и в бешенстве пересечь ее несколько раз, как дверь ударилась о стену. Я обернулась на звук и сжала кинжал, который так и не удосужилась спрятать. В дверном проеме стоял мрачный Эйгар.
— Что ты там устроила? — недовольно спросил он, входя и прикрывая за собой дверь.
— Не подходи ко мне, — прошипела я, вставая в стойку и поудобнее перехватывая кинжал. — Это не обеденный нож и в этот раз я не промахнусь.
Эйгар кинулся ко мне так стремительно, что я даже не успела взмахнуть рукой. Он схватил мое запястье и выкручивал его до тех пор, пока на моих глазах не выступили слезы, а пальцы не разжались. Как только кинжал, звякнув, упал, Эйгар прижал меня к себе.
— Никогда не смей поднимать на меня оружие. Поняла? — Я промолчала, уставившись на медальон на груди дракона и вспомнив о западной башне. — А теперь объяснись.
— Я ничего не собираюсь тебе объяснять! Отпусти меня!
— Ты поступаешь, совершенно не думая о шайре! Почему ты убежала после той ночи? Почему ударила меня? — Я, крепко сжав губы, молчала. — Отвечай! — рявкнул Эйгар, приближая лицо к моему. Его глаза зло сверкали. — Насколько я помню, тебе понравилось все, что между нами произошло. Как с твоих губ срывались стоны, когда я входил в твое мягкое тело. — Одной рукой Эйгар прижимал меня к себе, а пальцами другой нежно касался моего лица. — Как дрожали твои ресницы и прерывалось дыхание. — Пальцы опустились на шею и замерли там. — Ты думаешь, что я простил Тэрдрика, но это не так, Риона. Он ответит за то, что сделал это, — пальцы легко прошлись по моим ранам на щеке. — Но я сделаю это на турнире, не раньше. Он примет вызов, а его позорный проигрыш будет на виду всех шайров. Тэрдрик слишком тщеславен. Это будет ему хорошим уроком.
— Ты ничем не лучше его, — процедила я, вскидывая голову. — Ты такое же чудовище! Все вы, драконы, одинаковы! А ты самое ужасное чудовище из всех!
Эйгар сильнее стиснул меня в своих стальных объятиях.
— Я знаю, почему ты ушла. — Я молчала. — Тебя напугало то, что ты увидела? В западной башне?
— Я получила еще одно доказательство того, что ты безумен, — сказала я, не в силах скрыть отвращение.
— Зачем ты пошла туда? Я же запретил тебе это делать!
— А еще ты обещал не причинять мне боль, но причинил! Ты с самой первой встречи причиняешь мне боль! — закричала я, больше не в силах сдерживаться. — Почему ты сейчас притворяешься и ведешь себя так, будто ничего не было?!
— Боль? Тебе? — Эйгар недоуменно нахмурился. — Ну нет, тебе не удастся заговорить мне зубы.
— Что ж, если ты предпочитаешь и дальше делать вид, что ничего не помнишь, я освежу твою память! — Я вцепилась в тунику дракона и, прищурившись, почти зашипела: — Ты пытался взять меня силой, Эйгар! Это было грубо и… и… — Я смотрела в полные недоумения голубые глаза и старалась стереть воспоминания о стеклянных глазах и бесчувственном лице Эйгара в ту ночь. — Значит, именно так берут женщин драконы в твоем шайре? Я бы предпочла оказаться на месте убитых фениксами дракониц, чем позволить тебе еще раз прикоснуться ко мне! Запомни: когда я разбужу в себе феникса, ты получишь вызов первым!
 
Я оттолкнула оторопевшего Эйгара и отвернулась от него, отойдя к окну. Невидящим взглядом я наблюдала за полуденным солнцем, что пряталось за воздушными облаками. Я обхватила себя руками, чувствуя, как взгляд дракона жжет мою спину.
— Ты не разбудишь в себе феникса, Риона, по одной-единственной причине — ты драконица. Запомни это, — дыхание подошедшего сзади Эйгара пощекотало мою шею.
— Твои слова меня совершенно не трогают, дракон. Моя мать была фениксом, а значит и я. Ты ведь говорил, что именно мать определяет то, кем будет ее дитя, — язвительно сказала я. — А теперь убирайся и оставь меня в покое.
Положив руки на мои плечи, Эйгар резко повернул меня к себе.
— Как, ты думаешь, я смог прикоснуться к тебе той ночью?
— Не имею ни малейшего представления, — качнула я головой. — Наверняка это какая-то твоя драконья магия.
— Драконья Жрица дала мне эликсир, точнее два эликсира. Один я выпил сам, а другой подмешал тебе в вино в тот вечер. И если то, о чем ты говоришь, действительно правда, возможно, эликсир как-то повлиял на… — Эйгар тут же качнул головой, видимо, отвергая даже саму мысль об этом. — Я помню только то, как ты просила, чтобы я продолжал. Я тебе не верю, Риона. У меня нет причин сомневаться в Драконьей Жрице, а вот ты с самого начала только и думала о том, как бы сбежать.
— Что? Ты напоил меня какой-то дрянью? Так вот почему я позволила тебе прикоснуться ко мне! Все дело в эликсире! — пораженная догадкой, прошептала я. Значит в ту ночь мое тело так отвечало на ласки и прикосновения Эйгара лишь потому, что находилось под действием какого-то зелья, а вовсе не потому, что мне это нравилось! Я ухватилась за эту спасительную мысль с радостью. — И этим ты гордишься? Ты ведь обещал, что я буду молить о твоих ласках, но не уточнил, что для этого тебе понадобится помощь какой-то жрицы с ее склянками!
Я зло рассмеялась прямо в лицо Эйгару. Он криво усмехнулся в ответ и, опустив одну руку мне на талию, а другой сжав шею, приблизил лицо к моему и впечатал свои губы в мои. Я был так зла, что укусила его за губу. Эйгар отстранился, потемневшие драконьи глаза напоминали грозовое небо. Он развернул меня к себе спиной и крепко сомкнул руки на моей талии.
— Что, дракон, снова попытаешься взять меня силой? Давай же! — прошипела я, вцепляясь в его руку ногтями и расцарапывая кожу, но Эйгар даже не обратил на боль внимания.
Он подтащил меня к зеркалу, что стояло напротив кровати. В его равнодушной поверхности отразилось мое перекошенное от злости лицо и мрачный, преисполненный решимости взгляд Эйгара. На губах дракона была кровь.
Он медленно слизал ее, не отрывая от меня взгляд, а мое сердце забилось быстрее.
— Я докажу тебе, что зелье здесь ни при чем, — прошептал Эйгар, склоняясь к моему уху и чуть прикусывая мочку, отчего по спине у меня побежали мурашки. — И мне никогда не понадобится брать тебя силой. Смотри на себя, Риона, — приказал он тихим голосом, одной рукой удерживая меня на месте, а другой легко распуская завязки на груди платья.
Так как я одевалась быстро, то не надела нижнюю сорочку и под платьем на мне ничего не было. Когда Эйгар справился с тесемками, его рука скользнула в вырез, удобно устроившись на груди, а пальцы принялись потирать и пощипывать сосок, вмиг ставший твердым. Я извивалась, но Эйгар не зря был верховным шайрадданом — он удерживал меня одной рукой так легко, будто бы совсем не прилагал усилий.
 
Губы Эйгара скользили по моей шее, прокладывая дорожку дразнящих поцелуев к ключицам. Дракон словно играл со мной: он то легко прикусывал кожу, то языком тут же обводил место укуса. Я каждой клеточкой чувствовала его легкое дыхание, ощущала его свежий запах, проникающий, казалось, под мою кожу, и даже через платье чувствовала несомненное свидетельство его возбуждения. Тело стало каким-то тяжелым и будто не принадлежало мне, хотя я пыталась не поддаваться ласкам дракона и думать о чем-то другом. Но отражение в зеркале завораживало и возбуждало против воли. И вот в какой-то момент я чуть наклонила голову вбок, чтобы дракону было удобней следовать поцелуями по моей шее, и поймала себя на мысли, что перестала сопротивляться, с нетерпением ожидая, когда Эйгар подарит мне то же наслаждение, которое я испытала с ним в первый раз.