Феникс для снежного дракона (СИ)

— Полагаю, она очень высоко ценит свою свободу.
— В тот вечер, предшествующий побегу… — Белхрай замолчал, мучительно подбирая слова. — Вы… вы не были грубы?
— Что ты имеешь ввиду, жрец? — процедил Эйгар, приподнимая бровь. — Говори прямо!
— Вы… вы… — Белхрай откашлялся. — Взяли… ее… силой? Причинили ей боль?
— Что? — Эйгар вскочил так резко, что стул, на котором он сидел, опрокинулся. — Она сказала тебе эту чушь, чтобы вызвать жалость и избежать наказания за побег?
— Наказания? Великие льды! Нет, девушка ничего мне не говорила! И разве она недостаточно наказана?
— Недостаточно! — прорычал Эйгар. — И прямо сейчас ответит на мои вопросы! Если она бросается подобными обвинениями, пусть имеет смелость высказать мне их в лицо!
— Но… мой шайраддан… — Белхрай попытался остановить Эйгара, но тот был слишком взбешен, чтобы прислушиваться.
Стиснув челюсти, Эйгар почти бежал к комнате Рионы, когда увидел спешившую ему навстречу Флавиану.
— Эйгар… — начала было она, но шайраддан не остановился. — Эйгар!
— Позже! — бросил он.
— Эйгар, да постой же! Прилетел Тэрдрик и требует немедленной встречи с тобой! Он взбешен, что-то говорит об убийствах и требует справедливости!
Эйгар остановился так резко, что Флавиана лишь чудом не врезалась в него.
— Я думал, он прилетит быстрее, — холодная улыбка скользнула по лицу шайраддана. — Что ж, Риона, считай, что получила отсрочку, — пробормотал он и спросил уже громче: — Где он?
— В зале для приемов. Селлия и Визмира развлекают его.
— У меня для него найдется развлечение получше, — бросив эти загадочные слова, Эйгар, теперь уже не торопясь, пошел на встречу с Тэрдриком.
* * *
— Тэрдрик здесь? — крикнула я, напугав Глорию, которая укрывала меня поверх одеяла меховым покрывалом.
— Прибыл только что. Я видела, как госпожа Флавиана спешила за шайрадданом.
— Платье, быстро!
— Что вы собираетесь делать? Жрец сказал, что вам нужно поспать.
— К Темному Жнецу сон! Тэрдрик ответит за мое унижение! Да не стой, будто ледяное изваяние, давай сюда платье!
Через четверть часа я уже спешила в зал для приемов. Слуга около дверей преградил мне путь.
— С дороги! — велела я.
— Шайраддан Эйгар приказал никого не впускать. Он с меня шкуру спустит!
— Я сказала — с дороги, иначе шкуру с тебя спущу я! — с силой оттолкнув дракона, я вошла в зал.
Там, на ледяном троне, восседал Эйгар, рядом стоял Белхрай, позади устроились драконицы, а Тэрдрик в роли просителя стоял с чуть склоненной головой. Я мрачно улыбнулась и пошла вперед.
— А вот и моя шайранна. Риона, — бросил Эйгар на меня мрачный взгляд.
— Мы знакомы, — сказала я, подходя ближе. Хорошо, что Эйгар не начал выяснять отношения и выгонять меня в присутствии черного дракона.
— Мы как раз пытаемся разобраться, как так получилось, что ты оказалась в замке Тэрдрика, — пояснил Эйгар.
— Я не мог знать, что это ваша шайранна, верховный. Девушка отказывалась называться и представилась чужим именем, — прошепелявил Тэрдрик, а я только сейчас увидела, что лицо у него избито так, что не видно живого места, а во рту не хватает пары зубов. Однако плечи дракона были расправлены, а руки сжаты в кулаки. Побежден, но не сломлен.
— Всех гостей Торфейна вы сажаете в небесные камеры и избиваете? — резко спросила я, испытывая удовольствие от взгляда на то, во что превратилось лицо шайраддана черных драконов. Неужели это дело рук Эйгара?
— Мы в состоянии войны с фениксами. Как я должен был поступить, верховный? — процедил Тэрдрик, бросая на меня полный ненависти взгляд одного, не заплывшего глаза.
— Я ведь сказала вам, что пришла от снежных, но вы не поверили.
— Девушка не назвалась шайранной верховного. Она представилась огненной драконицей. Откуда я мог знать правду? Если бы я знал, то, конечно же, все было бы иначе.
Меня дико злило, что Тэрдрик отвечает Эйгару, а не мне, да и вообще ведет себя так, словно меня здесь вовсе нет.
— Да, Риона поступила опрометчиво, но это не дает тебе права вершить суд самолично, — угрожающе проговорил Эйгар. — На последнем совете шайрадданов было решено, что вопросы по лазутчикам фениксов решаю только я. Так что же остановило тебя прислать мне весточку, Тэрдрик?
 
— Я как раз летел в Фьеррадан, верховный, чтобы сообщить вам это.
— Почему же твои слуги сказали мне, что ты осматриваешь пещеры?
— Я… — глаза черного дракона забегали. — Я специально сказал так, чтобы сохранить свой визит в тайне!
Тэрдрик врал. Я понимала это так же ясно, как и Эйгар.
— Вот как, — нехорошо усмехнулся Эйгар. — Что же мешало тебе послать ко мне кого-нибудь, если ты так опасался?
— Я посчитал, что эти новости должен доставить лично. Неизвестно, в чьи руки они могли бы попасть, переложи я это на чужие крылья.
— А в это время твои подданные устроили самосуд! — рявкнул Эйгар, а я чуть вздрогнула.
— Я приношу свои извинения вам, верховный, и вам, шайранна, — Тэрдрик чуть склонил голову, мазнув по мне взглядом. — Я прибыл с дарами, чтобы загладить произвол своих подданных. Два сундука чистейших черных алмазов загладят вину.
— Три сундука. По количеству тех подонков, — отрезал Эйгар.
— Но верховный… — возмутился было черный дракон.
— Три сундука. И три шкуры черных медведей.
Тэрдрик бешено сверкнул здоровым глазом, но, чуть помедлив, согласно кивнул.
— Да будет так. Могу я узнать в таком случае, что именно делала ваша шайранна в Торфейне? До меня дошли слухи…
— Спрашивай меня, дракон! — не вытерпела я.
— Риона! — повысил голос Эйгар.
— Я уже говорила, что хотела послушать сказительницу Талиссу, — невозмутимо ответила я черному дракону. Уж он бы узнал последним, что я сбежала от Эйгара. Мне это никакой выгоды все равно не принесет.
— Вам стоило лишь представиться, и сказительницу доставили бы прямо к вам, шайранна, а в моем замке вам был бы оказан любезнейший прием.
— Я предпочла остаться неизвестной.
— Жаль, что эта затея обернулась такими печальными последствиями. Но женщины всегда поступают опрометчиво, — посчитав, что со мной разговор окончен, Тэрдрик посмотрел на Эйгара. — Верховный, жены погибших требуют выплату. Они возмущены тем, как бесчестно погибли их мужья.
— Что же покойники не думали о чести, когда пытались покалечить мою шайранну?
Я отметила, как Эйгар обошел слово «изнасиловать». То ли не хотел, чтобы все знали, как его шайранна чуть не навлекла позор на шайр снежных, то ли… Ну нет! Обо мне он точно думал в последнюю очередь!
— Верховный, жены не в ответе за деяния своих мужей. У убитых подрастают драконята.
— Я прикажу выплатить меру серебра за потерю мужей и отцов.
Тэрдрик удовлетворенно улыбнулся. Учитывая, что на губах запеклась кровь, улыбка получилась страшной.
— Благодарю, верховный. Вскоре мы увидимся на турнире. Надеюсь, он будет интересным, — последнее слово Тэрдрик произнес с особым удовольствием.
— Что? И это все? — возмущенно выпалила я, понимая, что сейчас черный дракон отправится к себе в замок. Лица Селлии, Визмиры и Флавианы вытянулись от удивления. Белхрай часто заморгал, а Эйгар нахмурился. Я подошла к Тэрдрику, который с самодовольным видом посматривал на меня и, резко выхватив у него из-за пояса украшенный темными камнями кинжал, направила на дракона.
— Я вызываю тебя!
Если уж Эйгар не может отстоять честь своей шайранны, я сделаю это сама. Разукрашенного кровью лица дракона мне мало! Тэрдрик с недоумением уставился на меня. Он явно не ожидал такого поворота событий, и было видно, что он лихорадочно что-то обдумывает.
 
— Я бы принял вызов, шайранна, но женщины фениксов не сражаются с шайрадданами. Это бесчестно. Для шайраддана, разумеется, — добавил он с пренебрежительной усмешкой.
— Тогда сражайся со мной здесь и сейчас, — процедила я, приближая кинжал к его кожаному жилету. Дракон поднял руки ладонями вверх, показывая, что не намерен принимать мой вызов. По его лицу блуждала нехорошая усмешка. — Я владею и мечом.