Слезы спасения (ЛП)

Блять. Если к ней вернулась память…
Блять.
Мое сердцебиение учащается при мысли о том, что я могу потерять Изабеллу.
Я начинаю атаковать в ответ, все еще стараясь не причинить ей боли, и мгновение спустя она пытается вцепиться мне в горло. Схватив ее за руку, я поворачиваюсь к ней, а затем перебрасываю ее через свое плечо. В ту секунду, когда ее спина ударяется о мат, я оказываюсь на ней сверху и, обхватив ее руками и ногами, заставляю остановиться.
Наше дыхание вырывается в воздух, а затем Изабелла издает мрачный смешок.
— Гребаный ублюдок.
Она начинает вырываться, пытаясь высвободиться из моей хватки. Мне приходится отклониться в сторону, когда она вскидывает голову.
Отпуская ее, я откатываюсь в сторону и вскакиваю на ноги, готовый ко всему.
Как раз в этот момент в спортзал входит Дмитрий, и я кричу:
— Не подходи. К Изабелле вернулась память. – Дмитрий останавливается, его взгляд мгновенно останавливается на Изабелле.
Она разражается яростным смехом, когда ее глаза встречаются с моими, холодные и дикие.
— Я собираюсь убить тебя нахрен.
Я поднимаю руку.
— Успокойся. Давай поговорим.
— Поговорим? – шипит она. – ПОГОВОРИМ?
Изабелла снова бросается на меня, и я позволяю ей ударить меня в челюсть, чтобы она выпустила немного пара. Она наносит адский удар, и у меня кружится голова, когда боль распространяется на ухо.
Следующий замах я блокирую и, схватив ее за руку, выворачиваю ее за спину. Я обхватываю другой рукой ее шею, а затем усиливаю хватку, чтобы убедиться, что она не может пошевелиться.
— Ты, блять, играл со мной, – выдавливает она из себя слова, и когда я слышу душевную боль, унижение, ярость, я снова отпускаю ее.
Отступая назад, я поднимаю руку, когда она поворачивается ко мне лицом.
— Тебе не победить меня, Изабелла. Дай мне шанс объяснить.
Ее руки взлетают к волосам, и она издает разочарованный крик, а затем бросает на меня убийственный взгляд.
— Ты можешь радоваться, что у меня нет с собой пистолета.
— Не все было ложью, – говорю я, желая выложить все начистоту.
Мои слова только заставляют ее рассмеяться, этот звук наполнен ее жаждой мести.
— Я. Люблю. Тебя, – я четко выговариваю каждое слово. – Я не лгал насчет этого. – Она качает головой, ее волосы растрепанно рассыпаются по плечам.
— Я мог бы оставить тебя умирать, но я этого не сделал. Я мог бы взять то, что хотел, но я дал тебе выбор. Не забывай об этом. Не забывай, что я сказал тебе на том утесе.
Изабелла направляется ко мне, выражение ее лица неумолимо. Она останавливается прямо передо мной, и я вижу только ненависть в ее глазах, когда она говорит:
— Ты. Предал. Меня. – Она тычет пальцем мне в грудь. – Я была уязвима, и ты воспользовался ситуацией. Ты играл мной, как гребаной марионеткой... – От гнева ее глаза мерцают, как будто она вот-вот заплачет, а голос срывается. – Пока я не доверилась тебе. – Задыхаясь, Изабелла отступает назад, как будто не может находиться рядом со мной.
И это, блять, разрывает мое сердце.
Я качаю головой.
— Я не играл с тобой. Единственное, о чем я солгал, так это о том, как мы познакомились и что у нас были отношения. Все остальное было настоящим.
— Я должна тебе верить? – кричит она, и на ее щеках вспыхивают два огонька ярости. – Я Принцесса Ужаса, а ты унизил меня, как будто я была... никем. – Ее голос снова срывается, и, не в силах сохранять дистанцию, я бросаюсь вперед и обнимаю ее.
Изабелла отбивается от меня с разочарованным рычанием.
— Я люблю тебя, – говорю я, крепче обнимая ее. – Я не лгал о своих чувствах.
— Мне плевать на твои чувства, – кричит она, ударяя меня кулаком по шее. Прежде чем ее второй кулак успевает коснуться моего лица, я снова отпускаю ее, отскакивая назад.
Блять. Ее ничем не успокоить.
Изабелла делает глубокий вдох, и каким-то образом ей действительно удается успокоиться. Ее лицо становится пустым, все эмоции покидают ее черты. Когда она поднимает на меня глаза, они пусты. Даже ярость исчезла.
 
— Я помогу расправиться со своей матерью. После нападения мы встретимся, и только один из нас уйдет живым, потому что я никоим образом не стану соблюдать этот союз.
Когда она оборачивается, я спрашиваю:
— Куда ты идешь?
— Не твое собачье дело, – огрызается она, направляясь к двери.
Мои ноги начинают двигаться сами по себе, следуя за Изабеллой. Когда она заходит в нашу спальню, я наблюдаю, как она переодевается в один из кожаных нарядов.
— Как бы то ни было, я никогда не хотел причинить тебе боль, – говорю я.
Изабелла не отвечает, натягивая пару ботинок. Затем она подходит ко мне и, остановившись в паре дюймов от меня, требует:
— Мне нужен мотоцикл и кредитная карточка.
Сунув руку в карман, я достаю бумажник и протягиваю ей черную карточку.
Изабелла сует ее в карман, и мгновение мы пристально смотрим друг на друга.
— Пожалуйста, будь осторожна. – Я тяжело сглатываю от того, что женщина, которую я люблю, не любит меня в ответ. Если бы она любила, то смогла бы простить меня. – Если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать.
— Не дам, – бормочет она и, бросив на меня свирепый взгляд, выходит из комнаты, где я боготворил ее тело.
Что-то щелкает у меня в груди, и, развернувшись, я бегу за ней. Я хватаю ее за плечо и притягиваю к себе, мои руки обхватывают ее.
— Не делай этого.
— Отпусти. – Ее голос полон предупреждения.
Отстранившись, я обхватываю ладонями ее лицо и заглядываю глубоко в глаза.
— Помни, что я сказал на утесе. – Я крепко прижимаюсь ртом к ее рту, смакуя ее вкус, на случай, если это последний раз, когда я целую ее.
Отпусти ее, Алексей. Ты не сможешь укротить ее дикий дух. Это то, что ты любишь в ней больше всего.
Мои руки убираются от ее лица, и я делаю шаг назад, а затем наблюдаю, как Изабелла уходит от меня.
_______________________________
ИЗАБЕЛЛА
Уже поздний вечер, когда я наконец добираюсь до места встречи – дома, который я купила на имя Софии Рохас, второго имени и фамилии Аны.
Пожалуйста, пусть она будет здесь.
Ухватившись за стену, я подтягиваюсь, а затем спрыгиваю на задний двор. Я подхожу к бронированной двери, но не успеваю подтвердить свою личность на биометрическом сканере, как дверь резко распахивается.
— Изабелла! – Ана кричит, а потом обвивает руками мою шею.
Я заключаю ее в крепкие объятия, моя душа вздыхает с облегчением.
Слава Богу.
Тело Аны начинает подрагивать, а затем она плачет, крепче прижимаясь ко мне.
— Прости, что так долго, – шепчу я, и слезы наполняют мои глаза. Когда они падают, их переполняет огромное облегчение оттого, что Ана в безопасности.
Ошеломленная, я теряю контроль над своими эмоциями и плачу о любви, которую испытывала к Алексею, и о том, как он использовал ее, чтобы унизить меня. Душевная боль грозит сожрать меня заживо.
Каким-то образом мне удается завести нас в дом, чтобы я могла закрыть бронированную дверь. Затем мы опускаемся на пол, прижимаясь друг к другу.
— Я... так волновалась, – бормочет Ана. – Я думала… Я потеряла тебя.
— Меня не так-то легко убить. – Я пытаюсь рассмеяться, но это заглушается всхлипом. – Я немного задержалась.
Ана отстраняется и вытирает щеки тыльной стороной ладоней, рыдания сотрясают ее. Затем она смотрит на меня, и ее лицо снова морщится, когда она тянется к шраму, который исчезает у меня под линией роста волос.
— Что случилось?
— Это долгая история. – Я поднимаюсь на ноги и помогаю подняться Ане, а затем мы идем в гостиную. Когда мой взгляд падает на алтарь, который Ана сделала для меня, я чувствую удар в своей душе. – Боже, Ана. – Я притягиваю ее к себе, не в состоянии представить, какую душевную боль ей пришлось пережить, думая, что я умерла.
— Я никогда не переставала молиться.
Я закрываю свои горящие глаза, а потом просто обнимаю единственного человека, которому никогда не было на меня плевать.