Слезы спасения (ЛП)

— Нам придется взорвать эту сторону, и, если немного повезет, это даст нам доступ к офису, в котором они будут укрываться.
— Я был в этом офисе, – говорит Люциан. – Стены укреплены.
— Блять, – бормочет Алексей. Он на мгновение задумывается, затем спрашивает. – Там есть какие-нибудь вентиляционные отверстия?
Люциан кивает.
— Хочешь выкурить их оттуда?
Алексей кивает.
— А это значит, что одному из нас придется пролезть в вентиляционную систему.
— Я самая маленькая. Я сделаю это, – предлагает Уинтер.
Взгляд Алексея останавливается на ней.
— Спасибо. – Он смотрит на Дэмиена, Карсона и Люциана. – Вы трое проникнете на территорию с задней стороны.
Мужчины кивают в знак согласия.
— Я попрошу Семена и Льва войти спереди, – продолжает Алексей. Потом он смотрит на меня. – Ты будешь со мной и Дмитрием.
Я киваю.
— Хорошо.
— Мы прорвемся с запада.
— Мужчины? – спрашивает Люциан.
— Я ищу возможность набрать наемников, – отвечает Алексей. – Это займет пару недель.
Встреча продолжается еще час, и в тот момент, когда я выхожу из комнаты охраны, я поднимаюсь по лестнице и направляюсь прямиком в апартаменты.
Боже, это будет долгая ночь. Мне придется бороться с желанием убить Алексея во сне, потому что он нужен мне, чтобы уничтожить мою мать.
Достав из шкафа пару леггинсов и футболку, я колеблюсь, а затем бросаю одежду обратно.
Я беру сегодняшний вечер под свой контроль.
Я снимаю туфли на каблуках и раздеваюсь, затем иду в ванную, чтобы принять душ. Я не тороплюсь и, как только заканчиваю, возвращаюсь в спальню. Полностью. Блять. Обнаженной.
Алексей только что расстегнул свою рубашку и, стягивая ее, бросает на меня взгляд.
— Должен сказать, я предпочитаю этот образ платью, которое было на тебе.
Я останавливаюсь рядом с кроватью.
— Я хочу, чтобы ты лежал голый на кровати.
Его бровь приподнимается, и когда он начинает расстегивать свой ремень, он медленно подходит ближе ко мне.
— Это что, приказ?
Я вздергиваю подбородок.
— Да.
Он издает довольный смешок, вытаскивая кожаный ремень из петель. Я наблюдаю, как он снимает штаны, а затем ставит колено на матрас, прежде чем лечь на спину.
— Ты хочешь контроля, маленькая принцесса? – спрашивает он, выглядя невероятно сексуально и ухмыляясь мне.
Ублюдок.
— Да, – отвечаю я, забираясь на кровать и переползая через него.
Лживый засранец.
Я опускаюсь на его бедра и, дотянувшись до прикроватного ящика, достаю презерватив. Последнее, чего я хочу, это забеременеть.
Я просто хочу быть той, кто трахнет его так, как он трахнул меня. Я хочу заставить его потерять контроль из-за меня, чтобы я могла вернуть часть своей уязвленной гордости.
Я разрываю упаковку из фольги и надеваю презерватив на член Алексея. Встретившись с ним взглядом, я начинаю гладить его.
Довольная ухмылка все еще на его губах, дерзкий огонек сияет в его глазах.
Постепенно дурные предчувствия начинают смешиваться с предвкушением, и крошечные волоски у меня на затылке встают дыбом. Я наклоняюсь вперед, и, когда наши глаза встречаются, мои зубы прикусывают его нижнюю губу.
Когда он кладет руку мне на бедро, я качаю головой.
— Мои правила. Никаких прикосновений.
Его улыбка становится шире, и ублюдок закидывает руки за голову, как будто собирается вздремнуть.
Схватив его член, я прижимаю его к своему входу, а затем опускаюсь, принимая его полностью.
Я чувственно покачиваю бедрами. Это все, что я делаю, не поглаживая его член, а вместо этого потираясь своим клитором о его таз.
Алексей не прерывает зрительного контакта, пока я увеличиваю темп, приближая себя к оргазму.
Самодовольный ублюдок. Просто подожди.
Подняв руки, я подношу их к своей груди, а затем издаю стон. Я двигаюсь быстрее, трение быстро усиливает мой оргазм.
Как раз в тот момент, когда я собираюсь разорваться на части, Алексей хватает меня за бедра и приподнимает с себя, переворачивая нас, а затем нависает надо мной.
Черты его лица напряжены, вены вздуваются на его руках, когда он прижимается ко мне.
 
— В эту игру могут играть двое, – бормочет он, и это больше похоже на угрозу.
Ты, блять, сам это начал.
Схватив меня за запястья, Алексей прижимает мои руки по обе стороны от моей головы, а затем снова врезается в меня, заставляя мое тело выгибаться дугой, а дыхание сбиваться с ритма.
Он начинает двигаться, словно сила, вбиваясь в меня, в то время как его глаза держат мои в плену. Его тело прижимается к моему, его кожа воспламеняет мою, и я борюсь с желанием раствориться в этом моменте.
Его мощь противостоит моей силе, когда он жестко берет меня, заставляя мои мышцы напрягаться, когда мое тело напрягается под ним.
Алексей такой грубый, из-за чего мой клитор становится чрезмерно чувствительным со странной смесью удовольствия и боли. У меня вырывается крик, и, разрывая зрительный контакт, я поворачиваю голову и впиваюсь зубами в его предплечье.
Это слишком напряженно. Все во мне напрягается, а затем Алексей вырывает у меня свою руку и, просунув ее между нами, массирует мой клитор.
Удовольствие и боль взрываются во мне, и я не могу остановить вырывающиеся из меня всхлипы. Я подавлена, и они быстро переходят в рыдания. Не от слез, а от того, насколько это чертовски сильно.
Внезапно Алексей останавливается, а затем опускается на меня. Он начинает нежно тереть мой клитор, вызывая во мне непроизвольные спазмы.
— Шшш... – шепчет он, его нежные прикосновения успокаивают боль и превращают ее в экстаз. – Я держу тебя, детка. – Он снова начинает входить в меня, на этот раз медленно и глубоко.
Алексей прижимается поцелуем к моему горлу, а затем проводит языком вверх, к моему уху.
— Никто не заставит тебя кончать, кроме меня.
И затем его член проникает глубоко, сталкиваясь с точкой, которая разбивает меня со скоростью света. Оргазм захлестывает меня подобно цунами, лишая способности дышать.
Алексей поднимает руку, а затем покрывает мои губы моей влагой, блестящей на его пальце, прежде чем его рот прижимается к моему. Его язык захватывает мой рот так же, как его член захватывает мою киску, и меня уносит в порыве экстаза.
Алексей издает стон, а затем он дергается во мне, когда сам освобождается.
Я теряю ощущение времени, пока его движения не замедляются. Когда он замирает глубоко внутри меня, он прерывает поцелуй, а затем перехватывает мой взгляд.
— Ты моя, Изабелла.
Такое ощущение, что он мысленно добавляет: ‘Несмотря ни на что’.
Когда наше дыхание срывается с губ, наши тела скользкие от пота, а сердца бешено колотятся, наши глаза остаются прикованными друг к другу.
Надеюсь, тебе понравился твой последний трах, Козлов.
Глава 22
АЛЕКСЕЙ
Когда Изабелла приходит в спортзал, я продолжаю подтягиваться, пока не закончу комплекс.
Вскакивая на ноги, я бросаю взгляд туда, где она стоит рядом со спарринг-матом.
— Тренируешься с Дмитрием? – Я спрашиваю.
— Нет, жду тебя, – говорит она. – Подумала, что мы могли бы сегодня провести спарринг.
Мои глаза встречаются с ее, когда я подхожу к мату.
Со вчерашнего дня у меня странное предчувствие в животе. В Изабелле что-то изменилось. То, как она смотрит на меня. Двойной смысл в ее словах. Секс прошлой ночью.
Мое внутреннее чутье никогда раньше не подводило меня.
Проведя рукой по мату, я говорю:
— Давай проведем спарринг.
Я встаю в позицию, мои мышцы напрягаются, просто на всякий случай. Я на взводе из-за дерьма с Соней и Святым Монархом, и, возможно, могу ошибаться.
Изабелла бросается на меня, и я блокирую удар. Тогда мне, блять, приходится двигаться и блокировать, когда она переходит в режим полной атаки.
Это не похоже ни на один из спаррингов, которые Изабелла проводила с Дмитрием. Ее движения спланированы и точны.