Текущая реальность (СИ)

- И обороняться эти узлы обороны должны до последнего патрона! До последнего патрона, если противник атакует в лоб. Или же до угрозы окружения – что потребует от противника какое-то время для совершения обхода через те же леса, поля и болота. После чего, обороняющиеся должны отойти и занять следующий узел обороны в удобном месте и предварительно разрушив всё, что только возможно разрушить при своём отходе.
- Задачей Верховного Главнокомандования вовсе не является делать из бойцов и командиров смертников… Вы нам ещё пригодитесь, когда Красная Армия перейдёт в наступление.
(Редкие аплодисменты).
- Но отдельных случаях всё же придётся стоять насмерть! И не до последнего патрона – это само-собой… А до последней капли крови.
- И опять же: враг очень силён, хитёр и коварен. Как бы нам с вами этого не хотелось бы избежать, но будут многочисленные случаи, когда части и соединения Красной Армии окажутся в окружении.
- Порядок боевых действий в окружении очень подробно указан в новых боевых уставах, мне здесь добавить нечего. Хочу лишь заострить ваше внимание, товарищи генералы и командиры, что распускать войска для выхода из окружения «мелкими группами» - новым уставом категорически запрещается. Командиры и политкомиссары должны быть со своими красноармейцами от начала и до конца, каковым бы этот «конец» не был - победно-благополучным или разгромно-трагическим. Бросившие свои войска, «вырвавшиеся из окружения» командиры и генералы, невзирая на заслуги или чины, будут… Будут…
(Тишина в зале, И.В. Сталин пьёт воду).
- Живьём в землю закопаю, ПАДЛЫ!!!
- Точно также, товарищи, в соответствии с «Кодексом чести советского командира» категорически запрещается в случае опасности срывать с себя знаки отличия, переодеваться в гражданское, уничтожать или прятать документы удостоверяющие личность, или партийные билет. Никакие оправдания не будут приняты в расчёт и места среди советских командиров, такому человеку не будет.
(Тишина в зале, товарищ И.В. Сталин пьёт воду).
***
- И напоследок, товарищи генералы, адмиралы и старшие командиры, такая щекотливая тема, как…
- …Плен!
(Шум в зале, крики «Плен – это позор!», «Советские командиры в плен никогда не сдаются!» и так далее. Товарищ И.В. Сталин молча смотрит в зал).
- Я бы на вашем месте не зарекался, товарищи генералы, адмиралы и старшие командиры. На войне всякое случается, в том числе и сдача в плен в случаях - предусмотренных новыми уставами и положениями ВС СССР.
(Невнятный гул, затем тишина в зале).
- И опять же: сдаваться плен в безвыходной ситуации или застрелиться – дело совести каждого. Я хочу лишь проинформировать вас: во-первых Советский Союз официально присоединился к Женевской конвенции об обращении с военнопленными от 27 июля 1929-го года. Скоро её положения будут опубликованы в «Красной звезде» - рекомендую хорошенько изучить и разъяснить своим подчинённым свои права и обязанности в положении военнопленного.
- Во-вторых, в «Кодексе чести советского командира» указано, что сдача в плен – несмываемый позор для командира. А дача показаний противнику в плену (кроме личных данных и номера воинской части) – тяжелейшее преступление перед народом, партией и государством. Любого же вида сотрудничество с противником, повлечёт кары и на семью изменника. Все его близкие родственники будут лишены гражданства с запретом работать на государственных предприятиях и в учреждениях, прописки в городе и получения образования выше начального. Даже фамилия будет изменена на «Иудин», «Изменщиков» или «Продажный». Чтоб и через семь поколений наш народ знал своих подонков!
(Тишина в зале)
- А в третьих, спешу вас обрадовать, товарищи: Германия не собирается выполнять требования Женевской конвенции в отношении советских военнопленных. Германским командованием уже издано два документа: «Приказ о командирах» и указ «О военном судопроизводстве в районе Барбаросса и об особых мерах войск5».
- Первый - прямо указывает на необходимость расстрела взятых в плен командиров (после «интенсивного» допроса, разумеется), второй – освобождает военнослужащих Германской армии от всякой ответственности за совершённые преступления.
  
(Возмущённый шум в зале, крики «Сволочи», «Фашисты» и прочие).
- Ну и в завершении своей речи, я скажу, товарищи: враг будет разбит, победа будет за нами! И не только потому, что на нашей стороне не только наш исконный русский патриотизм, не только учение Маркса, Энгельса и Ленина… Но и всё прогрессивное человечество во главе с Соединёнными Штатами Америки. А это вам, товарищи, не фунт изюма!
(Бурные аплодисменты, все встают, крики «Ура!»).
Нарком обороны СССР Г.И. Кулик:
- Я думаю, товарищи, что каждый из нас в душе, в крови, в сознании большевистском будет носить те слова нашего великого вождя, товарища Сталина, которые он произнес с этой трибуны. Каждый из нас должен выполнить указания товарища Сталина. Ура, товарищи!
(Возгласы «Ура!», «Ура товарищу Сталину!». Участники совещания встают и устраивают в честь тов. Сталина бурную овацию).
Глава 1. Интермедии. 
Дэвис Дж. Эд. «Дневник доверенного лица президента Рузвельта»: 
«Берлин, 16 января 1937 года.
Имел продолжительную конференцию с руководителем «русского отдела» в МИДе Германии. К моему удивлению, тот заявил, что мои взгляды на стабильность внутриполитической обстановки в России и безопасность сталинского режима требуют изучения. Моя информация, по его мнению, ошибочна, и положение Сталина в стране не настолько прочно. Он заявил, что я, вероятно, обнаружу в России активную революционную деятельность, которая вскоре может вырваться наружу».
И.В. Сталин (1937 г.):
«Ягода шпион и у себя в ГПУ разводил шпионов. Он сообщал немцам, кто из работников ГПУ имеет такие-то пороки. Чекистов таких он посылал за границу для отдыха. За эти пороки хватала этих людей немецкая разведка и завербовывала, возвращались они завербованными. Ягода говорил им: я знаю, что вас немцы завербовали, как хотите, либо вы мои люди, личные, и работаете так, как я хочу, слепо, либо я передаю в ЦК, что вы — германские шпионы. Те завербовывались и подчинялись Ягоде, как его личные люди. Так он поступил с Гаем — немецко-японским шпионом. Он сам это признал. Так он поступил с Воловичем — шпион немецкий, сам признался. Так он поступил с Паукером — шпион немецкий, давнишний, с 1923 года».
Директор ФСБ России А.В.Бортникова, декабрь 2017 года, интервью «Российской газете»:
«Хотя у многих период 1937-1938 годов ассоциируется с массовой фабрикацией обвинений, архивные материалы свидетельствуют о наличии объективной стороны в значительной части уголовных дел, в том числе легших в основу известных открытых процессов.
Планы сторонников Л.Троцкого по смещению или даже ликвидации И.Сталина и его соратников в руководстве ВКП(б) - отнюдь не выдумка, так же как и связи заговорщиков с иноспецслужбами».
Нет и возможно уже никогда не будет в Первопрестольной заведения общепита с более легендарно-таинственной историей - чем ресторан «Арагви», чьи «золотые годы» пришлись на советское время. Появившись в конце 1930-х под покровительством Лаврентия Берии, сие заведение переживёт войну, своего покровителя, всех генсеков, лихие 90-е и закроется только в «сытых» нулевых…
«Арагви» охотно и часто посещали представители правительственной верхушки, иностранные дипломаты, творческий бомонд и интеллектуально-техническая элита Страны Советов. Эти стены уже видели Валерия Чкалова, Михаила Шолохова, Леонида Утёсова и Любовь Орлову и, надеюсь - ещё увидят Юрия Гагарина, Андрея Тарковского, Владимира Высоцкого с его Мариной Влади…