Король гордости (ЛП)

  
  
И кампания Кая, и Вальгалла опустели во второй половине декабря, что дало нам достаточно свободы действий, чтобы прокрасться куда душе угодно. Все бежали в Санкт-Мориц или Сент-Бартс, но мы избегали городских горячих точек из-за чрезмерной осторожности.
  
Вместо этого мы с пользой использовали мою кровать — единственный предмет мебели, на который я потратилась и различные укромные уголки клуба. Время от времени мы посещали отдаленные места для свиданий: Нью-Йоркский ботанический сад в Бронксе, крошечные пельменные и чайные во Флашинге, подпольное комедийное шоу в Гарлеме.
Это были районы, которые я бы никогда не посетила самостоятельно из-за времени и расстояния, и мне нравилось исследовать их с Каем. Однако моим любимым местом по-прежнему оставалось, опустив руки, то место, где все это началось.
Я вошла в нашу секретную комнату. Книжный шкаф со щелчком закрылся позади меня, и мое сердце затрепетало, когда я увидела, что Кай уже там. Он сидел в кресле, читая одну из тех скучных классиков, которые он так любил. В рубашке и подтяжках, с закатанными рукавами и в очках, сидящих на кончике носа, он выглядел как самый сексуальный профессор в мире.
 — Если бы мои преподаватели в колледже выглядели как ты, я бы проводила гораздо больше времени на занятиях, а не прогуливала на пляже, — сказала я.
Кай сохранил свое место закладкой и отложил книгу в сторону, прежде чем поднять взгляд.
— Прогуливала на пляже? — спросил он с чрезмерным интересом. — Я не предполагаю, что у тебя там есть твои фотографии, подтверждающие твое утверждение. В целях проверки, конечно.
 — Конечно, — сказала я торжественным тоном. — Фотографий нет, но у меня есть кое-что получше. — Я провела рукой по своей груди. — Я нашла этот тренч в моем любимом винтажном магазине. Выглядит вполне по-шпионски, тебе не кажется? Идеально подходит для того, чтобы подкрадываться незаметно.
Кай выглядел разочарованны.
 — Я полагаю, — сказал он с сомнением. — Это, безусловно...стильно.
 — Хм. — Я наклонила голову, задумчиво нахмурившись. — Возможно, тебе это понравится больше, когда ты увидишь, что на мне надето под ...
Я развязала пояс, показывая черную плюшевую накидку из кружева и шелка, в которую я переоделась после смены. В розницу он продавался по умопомрачительной цене, но благодаря Вивиан у меня была скидка для друзей и семьи в Delamonte, одном из люксовых брендов в портфолио Данте.
Кай замер, его взгляд приковался к тонкому материалу, как хищник к добыче.
Пальто упало на пол, когда я подошла к нему, мои каблуки легко скользили по плюшевому ковру.
 — Подумала, что мы могли бы сыграть сегодня в какую-нибудь игру. — Я оседлала его колени и обвила руками его шею.
 — Что это за игра? — Его голос звучал удивительно спокойно, но его дыхание ускорилось, когда я прижалась ртом к его подбородку.
 — Та, где тебе не разрешается прикасаться ко мне, пока ты не кончишь. — Я проложила поцелуями свой путь вниз по его шее к впадинке у горла. От него пахло так восхитительно, что мне захотелось завернуться в него, как в одеяло. — Если ты это сделаешь, ты проиграешь, и тебе придется читать только книги по моему выбору в течение месяца.
Кай был так напряжен из-за DigiStream и работы. Надеюсь, это его расслабит.
 — А если я выиграю? — Слова превратились в дым в сгущающемся воздухе.
— Если ты выиграешь... — Я зацепилась пальцами за его подтяжки и выпрямилась. — Я буду делать все, что ты захочешь, в течение двадцати четырех часов.
Его глаза блеснули мрачным интересом.
 — Все, что я захочу?
Вспышка страха, смешанного с мощным уколом возбуждения.
— Да.
Это было не то предложение, которое я бы сделал кому-то другому, но я доверяла ему. Он не воспользовался бы ситуацией.
Кроме того, у меня не было намерения проигрывать.
Кай откинулся назад. Тень упала на выражение его лица, когда он наблюдал за мной с отстраненным интересом профессора, изучающего студента, или короля, наблюдающего за крестьянином.
Делай все, что в твоих силах, — в его глазах был вызов.
Мое сердце бешено колотилось в грудной клетке, когда я расстегнула его подтяжки и расстегнула пуговицы на рубашке. Медленно, один за другим, пока его торс не обнажился, и я не почувствовала жар его обнаженной кожи.
Наше дыхание и тихое тиканье часов наполнили комнату.
Кай обладал умом ученого, но телом спортсмена. Худощавый и точеный, его гладкие мышцы — результат занятий боксом, а не в спортзале.
Я провела языком по его соску и улыбнулась вызванной им дрожи.
Потом продолжила свое путешествие вниз по четко очерченным выпуклостям его груди и пресса, пока не достигла его пояса. Мне потребовалось меньше минуты, чтобы убрать барьеры и освободить его от оков.
Его член выскочил наружу, толстый, с прожилками и уже истекающий преякулятом. У меня потекли слюнки при воспоминании о том, как это было на вкус и на ощупь.
 — Боже, я не могу дождаться, когда возьму тебя в свое горло, — сказала я хрипло.
Я положила руки на его впечатляющую длину и обвела языком головку, наслаждаясь дрожью, пробежавшей по его телу.
Мне нравилось делать минет Каю. Ничто не возбуждало меня больше, чем видеть, как он теряет контроль, и знать, что я была единственной, кто отвечал за его удовольствие. Я могла давать, брать и отказывать, когда мне заблагорассудится.
У меня не было намерения откладывать сегодняшний день.
Я покачивала головой вверх и вниз, облизывая и посасывая и с каждым разом принимая его глубже. Когда я подняла глаза, горячий шар в моем животе туго скрутился от неприкрытой напряженности на лице Кая. Его челюсти сжались так сильно, что я могла видеть мышечный спазм.
 Глубже...глубже… 
Его член уперся в заднюю стенку моего горла. Я поперхнулась, мои глаза наполнились слезами, когда у меня сработал рвотный рефлекс. Слюна потекла из уголков моего рта и потекла по подбородку.
Мой клитор пульсировал в такт моему учащающемуся пульсу. Мне отчаянно хотелось прикоснуться к себе, но если бы я это сделала, я бы сдалась и умоляла его трахнуть меня снова.
Костяшки пальцев Кая, вцепившихся в подлокотники и побелели. Он не издал ни звука с тех пор, как началась игра. Было что-то чертовски горячее в влажных, неряшливых звуках моего минета, заполнявших тишину, в то время как он так явно напрягался, теряя контроль.
Пятна заплясали у меня перед глазами, и я, наконец, со вздохом отстранилась. Кислород наполнил мои легкие, отчего у меня закружилась голова, но он снова испарился при следующих словах Кая.
 — Я не говорил, что ты можешь отступить. — В его голосе звучало сверхъестественное спокойствие. — Продолжай сосать, Изабелла.
Команда полилась через меня, как расплавленная лава. Предполагалось, что я буду той, кто будет командовать, но мое сопротивление развеялось еще до того, как оно полностью сформировалось.
Я повиновалась, снова взяв его за рукоять.
 — Блять. — Его стон отозвался болью, нарастающей у меня между ног. — Вот так просто, милая. Ты так красиво берешь мой член.
Он не прикасался ко мне, но его слова ободрения подействовали вместо него. Они были кулаком в моих волосах, направляя меня вверх и вниз с возрастающей скоростью. Его руки были на моей груди, а пальцы манипулировали моим клитором, пока моя влажность не сравнялась с месивом из слюней и преякулята, размазанных по моему лицу.
Голова Кая откинулась назад. Сухожилия на его шее напряглись, и его хриплое дыхание смешивалось с моими удушьями и бульканьем, пока он, наконец, не кончил мне в горло.
 — Проглоти все до последней капли. Вот и все. — Его пальцы запутались в моих волосах. — Ты так красиво выглядишь на коленях с твоим ртом, полным моей спермы.
Я застонала. Крошечный лучик гордости загорелся в моей груди, и только после того, как тщательно проглотила, я откинулась на корточки.