Её (мой) ребенок (СИ)

Да, я тоже заинтересована в завершении проекта и также надеюсь, что наша личная ситуация на нём не скажется. Хорошо. Да. До встречи в Дрездене.
Скидывает вызов.
Внутри меня горит. И каждое мгновение хочется переиграть и не отпустить. Но я помогаю Аленке собирать ее рюкзачок.
Дел много… Яна занимается билетами и документами.
Алёнка засовывает Гавра в рюкзак. Тот послушно ныряет туда с головой.
— Нет, царица моя! Гаврюха остается.
Пытаюсь вытряхнуть из рюкзака упирающегося суриката.
— Нет! Его съедят гиены! Он маленький.
Ёмоё… Что придумать?
— Гавр, на самом деле, самый главный охотник на гиен! Без него мне не справиться.
— Правда? — доверчиво распахивая свои огромные глазищи.
— Правда! Он найдёт их по запаху. Смотри, какой у него огромный чуткий нос. Мы будем охотиться вместе. Без него я не справлюсь. Он боевой сурикат! Как черепашки-ниндзя.
Алёнка любит этот мультик.
— Не съедят? — недоверчиво.
— Ни в коем случае.
— Пора… — прижимается Кошкина губами к моей шее. — Самолет в четыре утра.
Заезжаем за Леной. И разговор при ней и Аленке в машине совсем не клеится. Потому что говорить хочется об очень интимном. Столько не сказано! И я не могу понять — на что мы потратили всё то время, что было у нас?
Кладу Кошкину лапку, себе на бедро, пока мы едем. Хочется урвать последние мгновения близости.
— Поспи немножко, Ян.
Сжимает моё бедро в ответ.
— Возьми завтра отгул. Как ты после бессонной ночи?
— Да смысл? Все равно не уснуть…
— Я напишу, как прилетим.
Киваю.
Очень многое между нами теперь иначе. Словно, что-то рухнуло. И нет никаких преград. А может мы просто повзрослели и стали бояться боли, которой было предостаточно. Глажу её колечко.
— В конце апреля, ладно?
— Ладно… — улыбается.
В аэропорту много суеты. И перед посадкой остается всего одно мгновение. Рейс уже объявлен…
Перебивая друг друга, мы, поглядывая на часы, пытаемся поговорить.
Целую в макушку сонную Аленку.
— Ладно, всё, — прижимаю Кошку к себе.
И перед тем как уйти, она на секунду впечатывается в моё ухо губами:
— Люблю…
  
Глава 47. Охота
 
Весь наш отдел, включая стажёров методично просматривает камеры наружного наблюдения в наиболее вероятных местах, где мог отсветить Липатов. Он должен хоть где-то мелькнуть.
На скинутый Липатовым адрес я отреагировал дежурным нарядом. И он затих…
Медведь заходит с кружкой кофе.
— Айдаров, давай, вали на лекцию.
Бросаю взгляд на часы. Девятый час.
— А что у нас лекция какая-то?
— Ага… научно-популярная по морализации отдела. Майор Брагин читает. Для оборзевших оперов.
— Аа…
— Ты зачем Саида-то бил?
— Да не бил я. Так… достучаться хотел… — вздыхаю я. — Брагин же сам, кстати, говорил — «надо бить добрее!».
— А что так можно было, товарищ капитан? — ехидно переглядываются стажеры.
— Вам — нет.
— А Вам?
— А Нам — Льву Михайловичу — иногда нужно. Потому что Мы процедуры знаем, и понимаем где, на что списать можно и как. Да и лишний раз руками не машем. Только при крайней нужде.
— А правда, что Липатов Вашей жене угрожает.
— Правда, пацаны. Работайте…
— И что ему за это будет? — не снимаются они.
— За это, к сожалению, ничего. Но я и без этого его укатаю.
— Саид жалобу через адвоката написал, — садится за свой стол Медведев.
— Да пусть пишет. Это же его при «задержании» группа ОМОНА прессанула, пока оружие отбирали. А на меня наговаривает по личной вражде, — цинично улыбаюсь я. — Смотри-ка ты какой нежный оказался. Как стариков мочил, да квартиры у сирот отжимал, так брутальный парень был, а тут жалоба… Думал, его, гражданина Эмиратов, тут в попку целовать будут? Здесь наши законы!
Вот успел бы свалить к себе, даже если бы доказали мы его вину, нам бы хрен его выдали. Оттого и наглел здесь. Но попался. Реально Славик его подставил. Так бы мы его не взяли.
После ленивой лекции у Брагина возвращаюсь в кабинет. Все понимают мою ситуацию и тоже бы рвали на моем месте. Поэтому серьёзной выволочки не будет. Больше переживают за погоны…
 
— Сильно ты Саида? — тихо расспрашивает Медведь.
— Да ну… Сегодня его в другую инстанцию передают. Хорошему следаку. Не продажному. Карьеристу. Вот где ему не поздоровится.
Медведев мне тихо и давяще промывает мозги. Чтобы я держал себя в руках. И не сорвался, если мы возьмём Липатова. Потому что здесь личный интерес и на суде меня порвут, лишив в лучшем случае работы. А в худшем раскатают на срок.
— И вообще, я бы попросил Брагина, чтобы он тебя отстранил. Мы сами его возьмём.
— Только посмей, Медведь! — взрываюсь я до тёмных звезд в глазах.
— Вот! Видишь! Значит, будешь лихачить!
— Я в адеквате!
— А у меня хреновое предчувствие!
— Я тебя услышал, Мих, — успокаиваясь выдыхаю я. — Я буду максимально… профессионален.
— Ради Аленки, Лёва. Она хочет вернуться к бате, а не в пустую квартиру. Папа-мент это более вдохновляюще, чем папа-зэк.
— Да! Конечно. Обещаю.
Выпиваю залпом минералку.
— Сказал Саид что-нибудь?
— Всё сказал, Мих. Славик, крысёныш, теперь без крыши. Денег у него больших нет. Много игральных долгов было. Все что заработал, раздал. Общая их касса на счетах Саида. Ничем, кроме квартир он не занимался. Аа… ну играл же он еще раньше… Да и сейчас тоже.
Переглядываемся.
— А где игроман будет искать бабки на новые документы?
— Поехали, тряхнем подпольные казино.
Совсем закрыть мы их не можем. У этих преступников погоны покруче наших. Это не наша компетенция. Даже полковник Тихонов тут мимо.
Закрыть не можем, но вежливо попросить персонал посодействовать — да.
В городе три точки. Одна очень крутая, туда Славика никто не пустит. Там такие первоначальные взносы, что входит только элита. Второе — чисто автоматы. Третье — ни рыба ни мясо…
С автоматами проще всего. Там адекватный админ. И мы прокручиваем в ускоренном режиме камеру в зале с автоматами.
— Был такой? — выкладываю перед ним ориентировку с фотками.
— Не припомню…
Все вы так говорите.
— Товарищ капитан, у нас же мелочёвка. Крупную сумму не поднять. Здесь, в массе игроманы… Ради процесса.
— Гена, ну что там? — поворачиваюсь к сидящему за пультом охраны Кролькову.
— Не было вроде бы. Но тут запись только за три последних дня.
Во вторую точку мы не суёмся. Припарковавшись недалеко следим за входом. Второе казино расположено в частной стоматологической клинике. В подвале. Вход один.
Следим ежедневно, в надежде, что появится.
Сегодня у пацанов выходной. Я единственный в отделе на дежурстве. Раскидываю по ментам ориентировки. Объясняю, что угрожают мне лично. Это их взбодрит и заставит внимательнее изучить ориентировку.
Стою у казино, через дорогу. Через объектив фотокамеры приближаю лица входящих и выходящих. Зум тут внушительный. Для путешествия в горы покупал.
Десятый час…
Отвечаю на звонящий телефон. Кретова…
— Айдаров.
— Лев Михайлович… — провокационно. — Как твои дела?
— Женюсь, Влада, — поджимаю губы, кайфуя от этой мысли. — Ты же понимаешь…
Кретова замужем. И никуда оттуда не собирается. Должна же понять! И перестать названивать когда ей заблагорассудится.
— Наслышала! Ревную, жуть!.. — хихикает. — Но так и быть по старой… дружбе-службе я тебе один подгончик принесла. Считай — подарок на свадьбу.
— Мм… какой?
— Мы блат-хату сейчас взяли с поддельными паспортами. Все проведены через паспортный стол. И мастера- паспортиста тоже взяли. При нем десять паспортов. Один… с фоткой того, кого ты ищешь.
— Липатов! — подпрыгиваю я на месте, словив макушкой крышу тачки. — Ау…
 
— Фамилию не помню. Но память на лица у меня отличная. Здесь он с бородой. Но я практически уверенна, что это один человек.