Законник Российской Империи. Том 4 (СИ)

Я окинул взглядом выставленные на аукцион предметы и вдруг заметил нечто, что могло идеально подойти для нашей цели. По крайней мере, для начала точно сойдет.
— Смотри, — указал я на изящный туалетный столик. Ценителем я никогда не был, но почему-то глядя на него, в голову приходит какое-нибудь страшное слово вроде «рококо». — Представь, как он будет смотреться в примерочной. Дамы будут в восторге.
  
— Хм, а ведь ты прав, — задумчиво почесал подбородок Александр. — Это не просто красивая вещь, это элемент престижа. Клиентки будут чувствовать, что пришли в богатое место, а не абы куда.
Когда лот был выставлен на торги, мы с Александром переглянулись и кивнули друг другу. Началась настоящая битва. Цена росла с каждой минутой, но мы не сдавались. В конце концов, столик достался нам, и я увидел, как Александр с облегчением выдохнул.
— Надеюсь, оно того стоит, — пробормотал он.
— Не выдыхай так рано. Отец выделил крупную сумму, мы не потратили и трети.
— Я не вынесу этого! — возмущенно посмотрел на меня брат.
— Крепись! Будь сильным мужчиной!
Меня вся эта ситуация забавляла. Хотя, признаться, я немного отрывался, поскольку мозги мои совсем запарились от интенсивной работы в Бюро. Аукцион продолжался, и я чувствовал, как азарт постепенно овладевает мной.
— Может, хватит? — прошептал он, когда я поднял руку, чтобы сделать очередную ставку.
— Ни в коем случае, — ответил я с улыбкой. — Мы только начали.
Следующим лотом оказался изысканный набор для письма, включающий в себя перьевую ручку с золотым пером, чернильницу из хрусталя и пресс-папье из малахита. Я сразу представил, как эффектно это будет смотреться на столе в кабинете Александра.
Брат издал звук, похожий на сдавленный стон, когда я сделал очередную ставку.
— Не переживай так, — похлопал я его по плечу. — Подумай об этом как о вложении в будущее. Представляешь, как впечатлятся клиенты, когда увидят, что мы подписываем контракты таким роскошным пером?
Парень только закатил глаза, но спорить не стал. К этому моменту он, кажется, смирился с неизбежным. Впрочем, если выделенные деньги можно было бы забрать себе, то вряд ли моей силы убеждения хватило бы, чтобы удержать брата от подобной манипуляции.
Следующим приобретением стала небольшая, но изящная статуэтка из слоновой кости, изображающая танцующую балерину. Ее грациозные линии и тонкая работа не могли не привлечь внимание.
— Это будет отличным украшением для витрины в ателье, — сказал я Александру. — Представь, как она будет смотреться рядом с нашими лучшими нарядами. Тем более у нас теперь есть салон на центральной улице!
— Да-да, конечно, — пробормотал брат, но в его глазах я заметил проблеск интереса. Похоже, идея ему понравилась.
Но настоящим сюрпризом стала серия небольших картин китайского художника, выставленная в конце аукциона. Пять полотен, написанных в традиционном восточном стиле, изображали сцены из жизни императорского двора Поднебесной. Тонкие линии, изысканные цвета и необычная композиция сразу привлекли мое внимание.
— Это… интересно, — протянул Александр, разглядывая картины. — Но не слишком ли экзотично для нашей публики?
— Я возьму это для себя. Мне нравится, — сказал я, многозначительно кивнув.
Кроме того, эти картины напомнили мне о моем первом серьезном деле в столице, точнее, даже не в столице, а на пути к ней — расследовании контрабанды. Это было словно напоминание о том, с чего начался мой путь здесь, в Санкт-Петербурге. Они послужат неплохим напоминанием о том, с чего я все начал.
— У меня есть одно незаконченное дело, связанное с Востоком. Эти картины будут отлично смотреться в моем кабинете и, возможно, вдохновят меня на завершение расследования.
Александр вопросительно поднял бровь, но я лишь загадочно улыбнулся. Не стоило посвящать его во все детали моей работы в Бюро.
Когда аукцион наконец завершился, Александр буквально рухнул в ближайшее кресло, держась за сердце.
— Боже мой, — простонал он, — я не тратил столько не то что за один раз, а за всю свою жизнь!
— Добро пожаловать, — усмехнулся я. — Не забывай, что этим шагом мы не только подтверждаем репутацию рода, но и делаем хорошие вещи, ведь деньги на благотворительность!
Парень кивнул, но его лицо все еще отражало крайнюю степень недовольства.
Следом за аукционом начался банкет, и зал наполнился звоном бокалов и гулом голосов. Официанты сновали между гостями, разнося подносы с изысканными закусками. Я как раз собирался попробовать какой-то замысловатый канапе, когда услышал знакомый голос:
— Максим Николаевич! Какая приятная встреча!
Обернувшись, я увидел Наталию Александровну Лисовецкую. Она выглядела просто сногсшибательно в платье цвета морской волны, которое идеально подчеркивало ее фигуру.
— Наталия Александровна, — я галантно поцеловал ей руку, — вы сегодня просто ослепительны. А еще у вас просто завидная способность находить меня в тот момент, когда я хочу поесть.
— Благодарю вас, — слегка покраснела девушка. — Не думала, что вас плохо кормят в вашем поместье.
Неплохо. Сарказм я оценил, хотя Наталия, кажется, бросила это не в качестве шутки, а просто ответила на мою вольность.
— Я как раз хотела поговорить с вами о вашем сборнике стихов, — продолжила она. — Вы не поверите, но он просто нарасхват! Первый тираж разошелся за считаные дни, мы уже готовим второй.
— Это замечательные новости, — ответил я. — Надеюсь, читатели находят в этих стихах то, что ищут.
— О, не сомневайтесь! — воскликнула Наталия. — Кстати, вам стоит зайти в издательство за гонораром. Уверена, сумма вас приятно удивит.
Я уже открыл рот, чтобы ответить, но тут почувствовал легкое прикосновение к своему локтю. Обернувшись, я увидел Варвару Марковну Чернову, дочь главы рода артефакторов. Ее глаза смотрели на меня с интересом, а на губах играла загадочная улыбка. Девушка выглядела не менее безупречно, чем Наталия. Черное облегающее платье, подчеркивающее ее весьма достойные бедра, на которых я невольно задержался взглядом, что не ускользнуло от довольно улыбнувшейся аристократки.
— Максим Николаевич, — произнесла она своим бархатным голосом, — как я рада вас видеть. Надеюсь, вы не забыли о нашем разговоре касательно… особых модификаций вашего пошива?
Она многозначительно посмотрела на Наталию, и я почувствовал, как воздух между двумя женщинами словно наэлектризовался.
— Ох, прошу прощения за мою невежливость, — спохватился я. — Позвольте представить вас друг другу. Наталия Александровна Лисовецкая, дочь известного издательства. Варвара Марковна Чернова, наследница рода артефакторов.
Женщины обменялись холодными улыбками и легкими кивками. Я почти физически ощущал напряжение между ними.
— Очень приятно, — произнесла Наталия, но ее тон говорил об обратном. — Максим Николаевич, вы не рассказывали, что интересуетесь артефакторикой.
— О, это совсем недавнее увлечение, — вмешалась Варвара, не давая мне ответить. — Мы с Максимом Николаевичем обсуждали весьма интересные идеи по слиянию магии и моды. Не так ли? Боюсь, столь подкованного в этом вопросе человека я не встречала очень давно!
Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но Наталия Александровна опередила меня.
— Ну что вы, Варвара Марковна! Если вы думаете, что знаете Максима Николаевича, то вы просто не читали его стихов. Такая глубина мысли, такое понимание человеческой души! Его сборник стал настоящим откровением для читателей.
— Действительно⁈ — подхватила Варвара с сарказмом. — Но вы не представляете, какие у него идеи в области магических модификаций одежды. Это произведет фурор в обеих сферах!
— О, я уверена, что его поэтический талант затмевает любые технические новшества, — слегка пренебрежительно парировала Наталия. — Максим Николаевич, расскажите нам о вашем новом стихотворении.
— Вообще-то… — попытался вставить я, но Варвара не дала мне закончить.
— Не отвлекайте Максима Николаевича от важных дел! — воскликнула она. — Уверена, он как раз собирался рассказать мне о своих идеях по улучшению защитных чар в одежде. Свое дело куда важнее творческих проявлений!