Хозяйка Северных гор (СИ)
(*Крекеры—по легенде, некий ученик повара Джозайя Бект в 1801 году отвлекся и не уследил за галетами в печи, в результате чего они пересушились. В следующий раз он предварительно наколол сырые галеты вилкой и уже намеренно запек их до хруста. Покупатели оказались в восторге, а Бект был награжден премией).
Так вот в одну шкатулку я и положила галеты и крекеры. Мне, конечно, казалось, что леди Эссекс «не оценит», но как говорил знаменитый и обаятельный герой одной из моих любимых книг «У человека нельзя отобрать всё, надо оставить ему хотя бы ситечко».
***
Леди Маргарет уже смотрела на город с борта отплывающего корабля, когда у леди Эссекс наконец-то появилась возможность открыть шкатулки, которые так легко и непринуждённо были вынесены из покоев этой гадины Маргарет.
Обнаружив в первой шкатулке яблоко, во второй сушёные яблоки, а следующей непонятные пересушенные хлебцы, леи Эссекс с криком раненой ослицы бросила шкатулки на пол и попыталась их растоптать, крекеры растёрлись в пыль, галеты полопались на кусочки.
— Ненавижу…
— Ненавижу…
— Ненавижу… — Кричала леди Эссекс.
Потом взяла себя в руки и мстительно подумала:
— Плыви, плыви, навстречу монашескому одеянию. Мне не достались родовые украшения, так пусть богу достанутся.
Глава 7.3
А я, наконец-то, стояла на палубе. Плавание наше проходило спокойно. Мы шли караваном. И недалеко от берегов, по крайней мере в основном, землю было видно.
Оказывается, ганзейских купцов всегда сопровождал военный корабль. Вот и сейчас караван состоял из пяти кораблей, один из которых был военным и самым небольшим. Но подозреваю, что у него в приоритете были другие свойства.
Корабль ганзейских купцов, на котором везли нас, был большим, и я не знаю, как он точно назывался, потому как все назвали его по-разному. Капитан Сэл, давая последние наставления строго наказал из команды общаться только с капитаном. Да и то, по возможности через командира своего отряда, который был безземельным бароном, как и капитан Сэл, но был помладше капитана, звали его Седрик Мюррей.
Мне понравилось в нём та уверенность, с которой он командовал небольшим отрядом, то достоинство, с которым он общался с купцами, представляющими Ганзу, которой и принадлежали корабли.
Несмотря на молодость, чувствовалось, что у парня за спиной реальный боевой опыт и умение решать ситуации не только бряцая длинным тяжёлым мечом, с которым он, похоже тоже прекрасно умел обращаться.
Я стала называть Седрика капитаном. В конце концов, в моём праве присвоить человеку звание. Пока не было капитана Сэла, Седрик полностью принимал на себя его обязанности.
Я видела, что парню это понравилось и явно мотивировало. Потому как я сказала, что это не просто «красивое название», а он в этом путешествии получает все полномочия, оплату, но и ответственность капитана.
На корабле была одна палуба, под которой было два уровня, самый нижний, тот, что находился под водой, был завален камнями «для устойчивости», и я даже вспомнила термин про ватерлинию, который весьма понравился капитану. И он теперь ходил за мной, расспрашивая, не хочу ли я ещё чему-либо дать интересное название.
На корабле было две мачты, на которых были закреплены треугольные паруса, похоже, что кораблестроение в этой реальности ещё находилось в самом начале своего развития. Но здесь я ничем не могла помочь, даже нарисовать бы, наверное, вряд ли смогла какой-нибудь красавец галеон или бриг.
Также на нижней палубе находилось помещение для гребцов, которые располагались по обоим бортам, как на галерах. На мой вопрос капитан так и ответил, что да, это какая-то «шнека», но усовершенствованная, потому что у «ганзейского союза всё самое лучшее».
На это у меня и была ставка, когда я попросила капитана Седрика угостить ганзейских купцов галетами и чуть-чуть дала крекеров, произошло это на четвёртый день плавания, когда даже нам на обед принесли солонину в горячем бульоне.
Наши крекеры были тут же утоплены в мисках и в результате мы получили прекрасную сытную кашу, не сильносолёную, с ароматом трав и пикантным вкусом козьего сыра.
Конечно, наши люди все получали порцию галет и выглядели гораздо более довольными, чем матросы.
Купцы пришли на следующий день.
Я стояла на палубе, со мной стояла четвёрка охраны. Леди Ярон лежала в каюте под присмотром Мэри. Оказалось, что леди просто совсем не переносила морские путешествия. Спасали её только крекеры, но грызть постоянно она не могла, поэтому периодически я оставляла её на попечение Мэри, потому что от аромата содержимого желудка леди меня тоже начинало тошнить. А когда всё заканчивалось, и Мэри проветривала помещение, то я возвращалась.
Ночью иногда леди Ярон снова скручивал приступ, и здесь я уже не будила Мэри, а справлялась сама. Каждый раз, протирая взмокшее от пота лицо несчастной леди Ярон, я ловила её благодарный взгляд.
Эх, довольно поздно я сообразила, что надо было бы сделать мятных конфет, тогда и леди было бы легче.
— Леди Маргарет, мы бы хотели с Вами поговорить, — обратились ко мне купцы после того, как я кивнула охране, чтобы их ко мне пропустили.
Я подумала о том, что они могли бы прийти ещё вчера вечером, но вместо того, чтобы сразу прийти ко мне, они попытались узнать у моих охранников и Николаса про рецепт.
Хотели задёшево в «рай въехать». Знала я таких. В своё время напрашивались ко мне на фабрику на экскурсию и ходили всё фотографировали, восторженно отзывались. А потом на полках федеральных сетей я увидела колбасы с такими же названиями, как у меня, но более низкого качества.
— На какую тему будет разговор? — чуть свысока спросила я купцов. Пусть думают, что у леди «корона» на голове. В этом случае они не будут принимать меня в серьёз, пока я не заключу ту сделку, которая выгодна мне.
— Мы по поводу га…, — один из купцов обернулся к другому, ища поддержки со сложным незнакомым названием
— По поводу галет, — выручил его другой.
И мне стало интересно: — «Первый действительно забыл название, довольно простое, или это у них такая «игра-манипуляция», один фактически пытается, чтобы ты сам сказал за него, а второй, если не сработало, то вводит предложение».
«Посмотрим»
Я попросила одного из охранников позвать Николаса. Насколько я поняла, Николас тоже чувствовал себя не очень, и проводил много времени в каюте с отцом Давидом, который оказался весьма интересным собеседником. Я-то вообще была благодарна судьбе за возможность учиться у такого человека. Он уже столько мне рассказал, что мне становилось всё проще принимать решения.
У купцов лица стали немного постными. «Вот же жуки», — подумала я, точно хотели «бедную» графиню облапошить.
Я спокойно дождалась пока пришёл Николас, подозреваю что он немного задержался, потому что пытался привести себя в порядок. Первое дело для коммерсанта. Как говорится «у Вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление».
Купцы каким-то немыслимым образом организовали «переговорную» на корме, куда мы все и изволили пройти, и рассесться вокруг бочки, «притворившейся» столом.
Я начала первой:
— Итак, Вас интересуют галеты?
Купцы кивнули и застыли в ожидании. Чего? Того, что я произнесу цену?
Возможно, я бы так и сделала, но я была уверена в том, что купцы ошибутся, потому что никто в этой реальности не знал истинной цены галет. А их наличие может кардинально изменить подход к мореплаванию.
Так в моём мире люди не называли цены на уникальные ай-ти разработки, да что там, пример с кока-колой чего стоит, когда рецепт сего продукта был продан всего за несколько сот долларов, а спустя десяток лет он стал бесценным.
Галеты тоже могли бы стать знаковым продуктом. Кстати, на одного моряка российского военного флота в восемнадцатом веке выписывали до 650 грамм сухих галет в день. И даже в наши дни галеты входили в обязательный рацион.
Конечно, у галет рецептура была очень простая, и патент, наверное, в этом времени, будет весьма проблематично окупить, поэтому надо посмотреть, что за предложение прозвучит от купцов и продать рецепт Ганзе. Пусть они отслеживают выполнение патентных прав.