Ожившая сказка (ЛП)

Когда она наконец открыла книгу, прошло уже несколько часов с той катастрофы, которую я наблюдал в подзорной трубе Орвилла. Делайла улыбнулась мне, словно днём ничего и не произошло.
Я поднялся, сжав руки в кулаки.
— А ты смелая! — крикнул я. — Скажи мне, ты выберешь любого или только похожего на меня парня?
— О чём ты? — поразилась она.
— Я видел тебя. Oрвилл дал мне волшебную подзорную трубу, и я видел, как ты целовала его.
— Ты шпионил за мной? — прищурилась Делайла.
— А ты меня обманывала!
— Неправда. Это не я целовала Эдгара, а он меня. И никто из нас этого не хотел, поверь мне. — Она склонила голову. — Сколько раз мне приходилось наблюдать, как ты целовал Серафиму?
— Ты знаешь, что Серафима ничего не значила для меня. Я играл роль.
— Именно этим я и занимаюсь в данный момент!
— Ладно! — выкрикнул я.
— Ладно! — крикнула она в ответ.
Некоторое время мы прожигали друг друга яростными взглядами.
— Это всё, что ты хочешь мне сказать? — вздёрнула Делайла подбородок.
— Что ж, — в моих глазах вспыхнул огонь. — Думаю, ты устала от своих… дневных усилий.
Её подбородок дрогнул.
— Если ты будешь меня оскорблять, я уйду. — Она взялась за края книги и почти её закрыла. Я почувствовал, что мир вокруг меня стал сжиматься.
— Постой, — произнёс я.
Книга снова открылась, и Делайла разгладила страницы.
— Ты и представить не можешь себе, как тяжело было наблюдать за вами, — признался я.
— Это ненадолго. Пока мы не придумаем повод, чтобы инсценировать расставание.
За дверью раздался голос — миссис Макфи.
— Делайла? — позвала она. — С кем ты говоришь?
В ту же секунду мир почернел: Делайла спрятала книгу под покрывало.
— Ни с кем, — ответила она. — С Джулс.
— Так с Джулс или ни с кем?
— С Джулс, — испуганно откликнулась Делайла.
— Вы дерётесь, что ли? Я слышала крики.
— О глупостях спорим: какой фильм смотреть на выходных. Ничего особенного.
Последовала пауза.
— Для подобной глупости чересчур много шума.
— У нас у обеих эти дни, — последовал ответ Делайлы. — Я жутко устала, мам. Ты же видишь, что я уже укладываюсь.
Послышался звук закрывающейся двери, и внезапно вновь появилось лицо Делайлы.
— Довольно грубо, — пробормотал я. — Что за «эти дни»?
— Тебе будет неинтересно, — Делайла посмотрела куда-то в сторону. — Заметила ли она, что мой телефон стоит на зарядке у стола?
— А что в этом такого?
— Разговор Джулс при таком раскладе становится менее вероятным, — вздохнула она. — Как скоро в ней зародится подозрение, что со мной снова что-то не то из-за увлечения этой книгой?
— Прости, — произнёс я. — В следующий раз я постараюсь орать на тебя тише.
Это наконец-то её развеселило.
— Когда он касается тебя, ты думаешь обо мне? — спросил я мягко.
Глаза Делайлы были подобны янтарю.
— Я думаю о том, насколько он непохож на тебя, — ответила она. — И другие никогда не будут.
Я не сводил с неё взгляда. Она — мой воздух, мой целый мир.
— Как прошёл твой день? — осведомился я.
★★★
Следующим утром я решил начать с чистого листа. Выпечка явно не мой конёк, с искусством я на «вы», а слежка за хобби не считается. Так что, одолжив кое-какое оснащение у Торопыги и Уолли, я направился на пляж, чтобы попробовать себя в рыбалке.
Не успел я забросить удочку, как выплыла Maра, разрезав своим хвостом поверхность океана.
— Знаешь, у рыб тоже есть чувства, — укоризненно заметила она.
— И у растений, — напомнил я. — Тебе понравился сегодняшний салат из ламинарии на завтрак?
Фыркнув, она нырнула обратно. Какое-то время я наслаждался солнцем, гревшим мне макушку, и лёгкими всплесками волн, и далёкими криками чаек, круживших над головой. Было приятно размяться, наматывая и бросая снова удочку. Вот… вот то, что мне могло бы понравиться.
Моё уединение было нарушено появлением мокрого, растрёпанного, лающего, мохнатого торнадо, сбившего меня с ног и обслюнявившего всё лицо.
  
— Хамфри! — услышал я. К ноге!
Пёс в ту же секунду сел, продолжая вилять хвостом и неумолимо приближаясь ко мне. Его длинный язык почти что собирал песок. Серафима прицепила поводок к ошейнику Хамфри.
— Прости, — извинилась она. — Мы ещё не освоили базовые команды.
— Ты такая красивая, — посмотрел на неё пёс. — Твои волосы напоминают солнце.
— Спасибо, Хамфри, — потрепала она его по голове, краснея.
Я отложил удочку и поднялся.
— Как твои дела? — поинтересовался я.
Серафима обратила свой взор на океан.
— Я до сих пор думаю, что мне всё это приснилось: безумная самоходная повозка… неуличный рынок… и как Фрамп… ну, ты знаешь. Но не приснилось ведь, Оли, правда?
— Всё было по-настоящему, — покачал я головой.
Глаза её загорелись.
— Я была настоящей, — прошептала она. — Наверное, мне никогда раньше не приходило в голову принимать собственные решения. Я имею в виду, раз ты принцесса, то зачем тебе что-то менять? — Она с заговорщическим видом наклонилась ко мне. — Можно поделиться с тобой секретом?
— Эм…да? — отозвался я.
Она аккуратно подняла подол платья до самой талии, показывая голубые брюки, сшитые наподобие джинсов.
— Они чудесные, — восторженно отметила Серафима. — В них можно бегать, лазать и танцевать, да всё, что захочешь, и не нужно бояться, что запутаешься во всех этих юбках.
— O, понимаю, — широко улыбнулся я. — Всегда в них путаюсь.
— Что верно то верно, — согласилась она. — Я обменяла у Торопыги его одни ненужные брюки на корзинку для вышивания. Всего лишь пара часов шитья — и вот они уже по мне.
— Они тебе очень идут, — похвалил я.
Её глаза расширились.
— Ты же никому не скажешь, Oли? Пусть это будет нашей тайной.
Из всех здешних персонажей лишь Серафима знала не понаслышке, каково это — жить в мире, а не в книге. По иронии судьбы, единственный человек, с которым у меня не было ничего общего, теперь стал единственным человеком, с которым я мог по-настоящему общаться.
Полагаю, это значит быть друзьями.
— Ты когда-нибудь рыбачила? — полюбопытствовал я.
Сeрафима моргнула.
— Обычные принцессы этим не занимаются.
— Как хорошо, что ты принцесса необычная.
На губах Серафимы распустилась улыбка. Она посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую и бросила собачий поводок. Хамфри тут же начал носиться кругами по пляжу, облаивая чаек, а Серафима расстегнула юбку и осторожно положила её на песок. Оставшись в лифе и самодельных джинсах, она присела рядом. Я подцепил червяка.
— O-о! — воскликнула она. — Дай мне!
Я с немалой долей удивления наблюдал за тем, как принцесса насаживала червяка на крючок. Кто бы мог подумать, что Серафима была настолько кровожадной?
Принцесса встала, держа в руке удочку с извивавшемся на конце червяком.
— Что дальше? — спросила она.
Ответить я не успел: по пляжу пронёсся ветер и взметнул юбку в воздух подобно воздушному змею. На моих глазах она прицепилась к талии Серафимы и, обернувшись вокруг неё, застегнулась.
— Как странно, — только и успел произнести я, прежде чем меня выдернуло с пляжа и швырнуло по страницам. Фразы, слова хлестали меня по лицу; наконец я тяжело приземлился на паркет тронного зала замка.
Я так уже давно играл эту историю и поначалу не понял, что происходит.
С какого это перепугу Делайла начала с начала? Почему просто не встретиться со мной на сорок третьей странице, как и всегда?
На первой странице меня нет. Там только история моего рождения. Так что пока я жду своей сцены — той, в которой наш злодей Рапскуллио убеждает меня найти его пропавшую дочь, томящуюся в башне, — то обычно провожу время с Фрампом.
Но это уже было невозможно.