Ожившая сказка (ЛП)
— Она заболела… — переглянулись мы с Делайлой.
— О Боже. Это плохо. Но я рад, что это не из-за меня, — признался Крис. — Может, я заеду к ней после школы, привезу немного бульона.
— Эм, лучше не стоит, — вырвалось у Делайлы. — Она не захочет, чтобы ты видел её такой. Особенно после первого свидания.
— Ладно, — кивнул Крис. — Тогда передайте ей, что я о ней спрашивал.
— Конечно, — пообещала Делайла и, как только Крис скрылся из виду, она выдохнула. — Как прошёл первый тайм?
— Думаю, теперь уже без разницы, раз я ухожу.
Она обхватила мою ладонь своей холодной ладошкой, и мы вышли из спортзала на футбольное поле за школой. Там мы спрятались под трибунами, чтобы нас никто не увидел.
Расстегнув рюкзак, Делайла потянулась за книгой, но я остановил её.
— Пообещай мне кое-что, — попросил я. — Пообещай мне, что мы попрощаемся.
Я думал о Фрампе. Думал о том, как тяжела вечность, когда не видишь ее приближения.
Наши взгляды встретились. Её глаза оставались спокойными.
— Обещаю, — ответила Делайла.
Вместе мы распахнули книгу на последней странице. На пляже Долго и Счастливо толкалась куча мала героев.
— У нас получилось, — возликовал Эдгар, подняв над головой что-то крошечное.
— Почему на тебе мои рейтузы? — нахмурился я.
— Почему они вообще оказались в твоём шкафу? — огрызнулся Эдгар. — Можешь мне поверить, я их надел не по своей воле. Книга, очевидно, отдаёт предпочтение истории мамы, а не моей. Думаю, у нас есть пара часов, прежде чем я начну говорить с британским акцентом, а Джулс — превращать солому в золото.
— Не та сказка, — сказал я про себя.
— Что вы нашли? — перебила Делайла.
— Ещё одно послание, — пояснил Эдгар и свистнул. К нему порхнули феи; каждая из них держала за уголок предмет, который они несли. — Рад, что тебе лучше, — заметил он Блёсточке, которая мигнула в ответ. Феи подлетели ближе к поверхности книги, чтобы мы могли лучше рассмотреть крошечный диск.
— Это что… печенье? — удивился я.
— Ну. Мы не знаем, — призналась Джулс. — Ещё не пробовали.
— Загадай желание, — прочитал я выделанную надпись. — Вы уже пробовали загадывать?
— Естественно, — последовал ответ Эдгара. — Не вышло. Я даже обратился к ней: сияй нам, звёздочка, свети.
— Да не нужно к ней обращаться, — прервала его Делайла. — Просто съешьте её.
— Зачем кому-то понадобилось её съедать? — вопросил я.
— Вы что, никогда не читали «Алису в стране чудес»? — Эдгар и Джулс в ответ пожали плечами. — Господи. Вам обоим следует подтянуть литературу. В книге Алиса ела всякие сладости, чтобы вырасти или уменьшиться.
— Сладости? — Хамфри потянул Эдгара за тунику. — А можно мне тоже?
— Ради мира во всём мире, не давайте ему печенье, — заметил я. — А то будут осадки в виде теннисных мячиков.
— Оливер прав, — подтвердил Орвилл, выступая вперёд. — Кто бы ни ел печенье, у него должно быть самое искреннее желание. Это единственная возможность расставить всех на свои места, — он посмотрел сначала на Эдгара, потом перевёл взгляд на Джулс. — У тебя, Эдгар, кажется, возник конфликт интересов.
— Да ладно, — глаза Делайлы широко раскрылись. — Вы двое?
— Тебе ли не знать, какой он крутой! — ответила Джулс.
— А как же Крис? — спросила Делайла.
— Да-а, — многозначительно заметил Эдгар. — Как же Крис?
— Может, позже об этом поговорим? — встрял я. — Орвилл, что ты там говорил?
— Тот, кого вы выберете для загадывания желания, должен думать только о том, чтобы вернуть тебя и Серафиму обратно домой.
Королева Морин деликатно покашляла.
— Это могу сделать я, — предложила она, пробираясь сквозь толпу. — Я ужасно скучаю по тебе, Оливер. Больше всего на свете мне хочется увидеть тебя снова здесь, как бы эгоистично это ни звучало. И, откровенно говоря, я никогда не понимала всю эту новую историю, связанную с Зоргом, — королева взглянула на Эдгара. — Без обид, дорогой.
— Проехали, — пробормотал он в ответ.
— Уже могу желать? — она потянулась за печеньем.
— Нет! — крикнул я, и все герои на пляже замерли. — То есть я хотел сказать, что с нами нет Серафимы. Она дома у Делайлы. Мы вернёмся через пару часов, и тогда можно будет загадывать.
— Я сыграю тебе ноктюрн на флейте, который написал, Oливер! — помахал мне Трогг.
— Посмотришь на новую обстановку моей пещеры? — добавил Рапскуллио. — Теперь там всё по-другому.
— А я приготовлю твоё любимое блюдо, — пообещала королева Морин.
— Жду не дождусь, — сказал я им, нацепив улыбку, хотя на самом деле предпочёл бы отсрочить это навсегда.
Делайла захлопнула книгу и засунула её обратно в рюкзак. Я протянул руки, и она прильнула ко мне.
— У нас есть семь часов, — тихо заметила она. — Поверить не могу, что мы проведём их в школе.
— А кто сказал, что мы пойдём в школу? — взглянул я на Делайлу.
★★★
Домой к Делайле возвращаться было нельзя: там по-прежнему рыдала Серафима. Оставаться на территории школы — тоже, иначе нас поймают. Поэтому мы сели в машину и ехали до тех пор, пока не кончилась дорога. Делайла припарковалась перед невысокой стеной, за которой был виден океан.
В это время года на пляже никого не оказалось. Было холодно, и мы могли согреться только теплом друг друга. Я сидел на песке рядом с Делайлой, гладя её по руке.
— Как сильно тебе попадёт за прогул?
— Это неважно, — ответила она, положив голову мне на плечо. Ветер развевал её волосы.
— Ты помнишь, я сказал тебе, что ты моё самое большое приключение в жизни? — спросил я.
— Перед тем как покинуть книгу, — кивнула она.
— До тебя я думал, что у меня нет цели. Я не знал, зачем меня придумали. Зачем вообще нужно было придумывать. Но когда ты прочитала историю, благодаря тебе я стал настоящим. А когда ты влюбилась в меня, то понял, зачем я здесь, — я заправил прядь волос ей за ухо. — Чтобы любить тебя, любить беззаветно.
— Я не знаю, кем буду без тебя, — повернулась она ко мне. Её глаза были влажными.
— Ты будешь той, какой всегда была. Девушкой, которая меня оживила… и которой я отдал своё сердце.
— Скорее изгоем, — ответила Делайла.
— Я как раз люблю изгоев, — я поднёс её ладонь к губам и оставил на ней поцелуй.
Когда она на меня посмотрела так, словно даже самый приятный комплимент доставлял ей боль, мой дух упал.
— Я не хочу уходить, — прошептал я дрожащим голосом.
— Oливер…
— Нет, — я приложил палец к её губам. — Сейчас я ещё здесь. Сейчас я никуда не ухожу навсегда. Сейчас только ты и я, как тогда при первой встрече… когда я мечтал лишь об этом.
Я обнял Делайлу и поцеловал её, сначала мягко, а затем всё крепче. Мы легли на прохладный песок, и её руки обвились вокруг меня. Я коснулся плеч, спины, чтобы её кожа сохранила память о моих объятиях.
Как можно испытывать столько волнений, боли, печали — эмоций — и не разрываться на части? Как же другие влюбляются?
Всё своё дальнейшее существование я буду спасать принцессу, до которой мне нет дела. Но всякий раз я буду спасать Делайлу. И целовать буду её. И мечтать буду о долго и счастливо с ней.
★★★
Когда мы вернулись домой к Делайле во второй половине дня, я не мог её отпустить. Я держал её за руку, пока мы ехали; я обнимал её, когда мы зашли в дом и стали подниматься по лестнице. Я чувствовал себя приговорённым заключённым, которого ведут на эшафот.
К счастью, мать Делайлы всё ещё была на работе, так что мы избежали неловких расспросов по поводу того, почему мы такие печальные и мрачные. Делайла потянулась к дверной ручке своей комнаты, но остановилась.
— Готов? — спросила она.
— Разве к этому можно быть готовым? — ответил я.
— Я слышала, что завтра будет дождь, — прошептала Делайла, обнимая меня, и уткнулась носом в шею.
— Прости? — отступил я озадаченно.
— Я просто хотела, чтобы мои последние слова тебе были самыми обычными. Которые я бы сказала тебе, как если бы мы встретились завтра, и послезавтра, и послепослезавтра.