Семь шагов к взрослой жизни для девочек. Книга для родителей подростков

По большей части с экстернализацией ничего нельзя сделать. Лишь в редких случаях вы сможете определить, что ваша дочь ее проявляет. Разговор о ее поведении не поможет: подростки запускают экстернализацию неосознанно, поэтому они не могут принять осознанное решение остановить этот процесс. Процесс разворачивается стремительно как для девочки, так и для родителей. Даже если бы вы могли поговорить с дочерью и попросить ее всегда нести ответственность за свои сложные чувства, хотели бы вы этого? Ваше желание периодически принимать неприятные эмоции своей дочери – благодарный и добрый поступок, который поможет ей пройти через самые сложные участки подросткового периода. Благодаря возможности скинуть свой дискомфорт многие подростки собираются с силами, работают над ошибками или узнают со временем, что проблема разрешилась сама по себе. Пока отец Саманты переживал на кухне из-за безразличия дочери к плохой оценке, девочка связалась с учителем и договорилась пересдать тест. Расстроив свою маму, я смогла погулять и повеселиться с соседкой по комнате (если бы я была подростком сегодня, я бы просто отправила маме неприятное сообщение, а затем отказалась общаться с ней или отвечать на телефонные звонки).
  
Что происходит с чувством, подвергнутым экстернализации? Теперь им должны управлять вы, и многие родители чувствуют необходимость перейти к действиям. Отец Саманты был готов разрушить планы дочери на лето. Моя мама всерьез подумывала закинуть несколько сэндвичей в автомобиль и отправиться спасать меня от страданий. Если вы хотите перейти к радикальным действиям, лучше воспользуйтесь моим советом: ничего не делайте.
Когда Камилла перешла в восьмой класс, мы снова встретились с ее мамой. Майя рассказала мне о том, как вышла из себя на прошлых выходных. Хэллоуин выпадал на пятницу, поэтому Майя удивилась, узнав, что Камилла осталась дома вместо того, чтобы встретиться с друзьями. На следующее утро Майя невзначай спросила у нее, чем занимались ее друзья прошлой ночью. Девочка с безразличием ответила, что «почти все были у Сары на вечеринке по поводу Хэллоуина». Майя была поражена: Камилла и Сара помирились к концу седьмого класса. Пусть и без возрождения былой дружбы, они снова хорошо ладили и вместе ходили в бассейн летом. Недавно девочки работали над групповым проектом в школе. Майя надеялась, что они забыли о своей ссоре.
Не пояснив, почему ее не пригласили, Камилла показала Майе фотографии, которые Сара выложила на своей странице в социальной сети. Майя поняла, что Камилла была одной из немногих девочек, которых не позвали на вечеринку. Фотографии вернули Майе болезненное чувство, возникшее после того, как Сара разболтала одноклассникам секрет ее дочери. Разозлившись, женщина тут же позвонила маме Сары, своей давней знакомой, и спросила, почему Камиллу не пригласили на вечеринку. Мама Сары, которую задел тон голоса Майи, объяснила, что Камилла как-то написала на своей странице в социальной сети фразу: «Вечеринки на Хэллоуин – для детей». Это произошло после того, как девочка узнала, что Сара собирается устроить такой праздник. Неудивительно, что Сара решила не приглашать Камиллу.
Своим звонком Майя испортила отношения между девочками и поставила маму Сары в неудобное положение. Желание позвонить возникло из стремления защитить свою дочь, но звонок был ошибкой. Теперь Майя понимала, что Камилла, вероятно, злилась на себя из-за нового конфликта и не знала, как все уладить. Передача неприятных эмоций произошла незаметно, но эффективно. Если бы Камилла пришла к маме в слезах и сказала: «У нас с Сарой все было хорошо, а потом я допустила ошибку и теперь не знаю, что делать», Майя бы попыталась помочь ей исправить ситуацию. Но Камилла старалась выглядеть нейтрально, когда показывала маме фотографии с вечеринки. Из-за этого девочка заставила Майю расстроиться вместо нее.
Что должны делать родители? Если вас втягивают в экстернализацию, избегайте немедленных действий. Вы любите свою дочь и внезапно «получили» ее интенсивную подростковую боль – в этот момент вы рискуете создать новую проблему. Хотя подросток воспринимает ссору с другом как полноценный кризис, мы, взрослые, должны напомнить ему, что это не так. Мы существенно поможем подросткам успокоиться, если сами не будем реагировать как подростки. Наши раздутые реакции как бы подтверждают, что все плохо, и лишь усугубляют ситуацию.
Камилла была бы против немедленных действий со стороны мамы, а именно не одобрила бы звонок маме Сары. Девочка была расстроена из-за проблем в отношениях с подругой и действительно хотела, чтобы вместо нее страдала мама. В идеале Майя могла позвонить мне или тайно обратиться за помощью к мужу/ подруге. Обсуждение событий из жизни вашего ребенка с надежным взрослым человеком смягчает дискомфорт, который возникает, когда вы оказываетесь на другом конце процесса экстернализации. Обсудив ситуацию с тем, кто не испытывает неприятных эмоций, многие родители начинают смотреть на вещи по-другому – как взрослые.
Если бы Майя обсудила ситуацию с дочерью, она бы догадалась, что на этом дело не заканчивается. Она бы поняла, что лучше держаться в стороне или предложить Камилле моральную поддержку, пока девочка вновь не попытается помириться с Сарой. Порой у нас нет возможности пообщаться с другим взрослым или проблема кажется слишком личной. В таком случае при отсутствии угрозы безопасности выждите хотя бы день, прежде чем действовать. В течение этого времени эмоция остынет – и вы сможете составить разумный план вместе с дочерью. Вы удивитесь тому, как редко вам придется разрабатывать план, если подождете некоторое время.
  
Подружиться со стрессом 
 
Девочки расстраиваются из-за того, что расстраиваются. Порой подростки осознают проблему, но сбиты с толку своими интенсивными чувствами. В других ситуациях они напуганы эмоциями, которые появились словно из ниоткуда. Например, одна из моих подруг недавно рассказала, что ее четырнадцатилетняя дочь пришла к ней в слезах и в панике сказала: «Я плачу, но не знаю почему!» Когда ко мне на сеанс приходит девочка, напуганная непонятным чувством, я в первую очередь успокаиваю ее и говорю, что психологическое здоровье похоже на физическое здоровье. Психологически здоровые люди расстраиваются так же, как и физически здоровые люди заболевают. Мы начинаем беспокоиться лишь тогда, когда человек не может выздороветь.
Конечно, вам и вашей дочери не хочется еженедельно болеть и выздоравливать после нескольких эмоциональных недугов. Но мы знаем благодаря Анне Фрейд, что «колебания и крайности» – вполне ожидаемое явление в мире подростков. В разделе этой главы «Когда нужно беспокоиться» вы узнаете, что необходимо делать, если ваша дочь не может вылечить психологическую «простуду». Но, как правило, девочки сами приходят в себя. Они чувствуют себя лучше, когда взрослые убеждают их в том, что такие скачки настроения – часть нашей жизни. Более того, мы можем сказать своим дочерям, что их эмоции в действительности являются результатом тщательно разработанной (но не очень налаженной у подростков) системы, которая предоставляет важную обратную связь об их жизни и качестве принимаемых решений. Если после встреч с подругой ваша дочь всегда чувствует себя подавленной, возможно, ей стоит задуматься о необходимости общаться с этим человеком. Если девочка испытывает огромную тревогу, когда понимает, что на вечеринке нет взрослых, а атмосфера становится напряженной, она должна прислушаться к своему чувству и позвонить родителям.
Психологический дискомфорт – отличная штука. Он не только помогает подросткам принимать верные решения, но и способствует взрослению. Девочка, которая испытывает чувство вины из-за несдержанного обещания, скорее всего, никого не подведет в будущем. Расстройство из-за допущенной ошибки не позволит нам совершить ту же ошибку вновь. По возможности помогите своей дочери изучить сложное чувство, словно оно – действительно полезная единица информации. Если она уделит ему внимание и сделает выводы, в будущем это чувство будет тревожить ее реже.