Сага о неудачнике 5 (СИ)

Я ударил мечом наотмашь. Нельзя отвлекаться от Ярхвье и дать хоть мгновение для передышки. «Убийца тысячи монстров» с силой обрушился на подбегающего паладина, тот даже не успел среагировать. Меч пробил наплечник, поддоспешник и должен был рассечь паладина от плеча до бедра, по пути разрубив и нагрудник, но этого не произошло. Меч застрял в ключице. Не знаю, был ли это талант или что-то иное, но я не смог разрубить противника. Паладин, воспользовавшись этим, атаковал меня. Я чуть сдвинулся, пропуская меч мимо, острие меча «заката и рассвета» ткнуло в грудь. На этот раз клинок без каких-либо проблем пробил тело паладина. Видимо талант, если это был он, имеет ограниченное время применения и задержку перед повторным использованием. Как бы то ни было, клинок вошел по рукоять, паладин вздрогнул, зрачки резко сузились, став двумя маленькими точками, лицо мгновенно побелело. Я хотел было вырвать меч, но внезапно рука парня схватила меня за запястье.
— Да отпусти ты уже, — прорычал я.
Дернув со всей силы, мне удалось вырваться из захвата. Меч выскользнул из раны, и в этот миг ноги паладина подогнулись. Он повалился на землю как кукла, у которой обрезали нити, соединяющие его конечности с пальцами кукловода.
Мощный удар сотряс все тело, перед глазами потемнело, все звуки на миг погасли, остался только слабый писк. Я даже не успел ничего понять, как чернота спала, и обнаружил себя летящим куда-то влево.
С тяжелым лязгом врезался в солдат святого войска. Боль мощным электрическим ударом пронзила тело, словно невидимая рука схватила нервы где-то в районе спины и резко дернула, будто пытаясь их вырвать. Боль пронеслась по нервам в кончики пальцев рук и ног, зубы, к корням волос.
Сопровождаемый скрежетом сминаемого железа, хрустом костей и предсмертными вскриками, я пролетел несколько метров, оставляя за собой просеку из убитых, пока моя скорость не упала и наконец не остановился.
Вокруг стонут раненые. Бойцы святого королевства как-то сразу отступили от меня, со страхом взирая на оставленную дорожку из смятых тел. Меня опять запустили как пушечное ядро. Те мгновения, что выиграл для Ярхвье неизвестный паладин, позволили ему атаковать меня. Видимо, это был обычный пинок, потому что если бы он попытался ударить рукой, то пришлось бы подойти ближе, и тогда я бы точно успел заметить его и среагировать. Удар пришелся в руку. Нога у Ярхвье большая, так что смял не только щиток на предплечье, но и наплечник. От места удара в стороны расходится пульсирующая боль, а рука онемела.
Правая рука. Ведущая. Чертов паладин. Какого хрена он выпрыгнул и вмешался? Это был мой шанс на победу, ну или если не на победу, то как минимум на уравнивание сил. Как бы то ни было, Ярхвье повезло, или мне не повезло — как посмотреть.
Я поднялся на ноги, взгляд направился вперед. Метрах в пятнадцати от меня перед паладином застыл Ярхвье. Вокруг грохот битвы, то и дело слышатся выстрелы пушек, воины кричат, стонут от ран или просто мычат от боли, но эти звуки словно отдалились. Возможно, из-за высокого восприятия или из-за того, что, поглотив часть души Ливуала, я частично стал эльфом и получил такой острый слух, но четко услышал, как Ярхвье произнес: «Спасибо тебе, Фергюс Альтран».
С этими словами он взял двуручник павшего паладина одной рукой. Наши взгляды встретились, внутри меня образовалась холодная глыба, а сердце замерло. Наверное, такое чувство испытывают люди, в первый раз прыгая с парашюта, глядя с высоты на такую далекую землю и страшась сделать шаг в бездну.
Я потерял свой шанс. Точнее, неизвестный паладин-придурок, думая, что делает верное дело, не давая мне победить Бога, желающего уничтожить этот мир, все испортил. Люди, искренне желающие добра и самоотверженно бросающиеся на врагов, готовые пожертвовать жизнью ради победы добра — они хорошие люди, но легко подвержены манипуляциям — их легко обмануть. Уверен, этот паладин, атакуя меня, думал, что спасает мир, что его героический поступок принесет процветание будущим поколениям, но на самом деле он просто лишил меня возможности не дать погрузить этот мир в хаос.
 
«Простите, ребята, похоже, удача опять отвернулась от меня, и я проиграл. Надеюсь, что после моей смерти вы не падете духом и не дадите сошедшим с ума Богам, уверенным, что этот мир всего лишь игра, разрушить его. Я знаю, что вы живы. Вы не могли умереть. Поэтому продолжайте сражаться!»
— Ты заставил меня понервничать, Серж. И ты заплатишь за это. Даже если сейчас сдашься и попросишь пощады — я все равно убью тебя, — произнес Ярхвье.
Он выпрямился, выглядит свежо. Из-за целительной магии раны, нанесенные мной, перестали кровоточит и быстро заживают. А благодаря встроенным в кольца талантам, он полон сил и полон маны, как в самом начале боя. Я же измотан и ранен.
— Единственное, что могу сделать для тебя — подарить легкую смерть. Вставай на колени, и умрешь быстро и без мучений. Обещаю.
— Хватит молоть языком, Ярхвье. Я не доставлю тебе такого удовольствия. Хочешь меня убить? Попотей ради этого. Легкой победы не будет!
— Да? Посмотрим.
Во всем теле боль и тяжесть, перед глазами плывет, но, несмотря на это, я сжал кулаки. Нужно продолжать драться. Даже если шансов на победу не осталось. Я чуть подвигал правой рукой, онемение уже прошло, похоже обошлось без перелома, максимум трещина в кости — больно, но терпимо. Пальцы сжали рукояти мечей.
Ярхвье сорвался с места, в несколько могучих прыжков преодолел расстояние между нами. Двуручный меч раскаленной, сокрушительной кометой обрушился сверху, я крест-накрест подставил клинки. Тяжелый металлический звон огласил округу, земля под ногами вздрогнула, ударная волна разметала в стороны тела убитых паладинов.
Удар был настолько тяжелый, что ноги подогнулись, согнулись и руки, я еле удержал атаку. От перенапряжения чуть не сломались кости и не лопнули сухожилия. Некоторые раны вновь открылись.
«Похоже, продержусь я недолго».
У меня нет шанса, противник слишком силен, а я измотан и ранен. Только вот это не значит, что я должен сдаться. Сейчас шанса нет, но он может появиться в будущем. В боксе или других видах единоборств даже если кажется, что победить невозможно — нужно продолжать вставать, держать удар и бить в ответ. И неважно как силен противник, потому что всегда может подвернуться шанс. Например, соперник нанесет неудачный удар или просто поскользнется. И тогда можно будет этим воспользоваться, перевернуть ситуацию, нанести быстрый контрудар и изменить положение вещей. Только вот если ты не будешь драться — то этого шанса у тебя и не появится.
Поэтому даже в этой безнадежной ситуации, даже понимая, что проиграю, я не опустил мечи и не встал на колени. Я буду биться до последнего вздоха. Этот путь я выбрал давно и пройду по нему до конца.
Неделей ранее.
Встречный поток холодного ветра пробирает до костей. Пусть Элантира, Неита и Малтиан накинули на себя по меховой шубе и сверху еще дополнили меховым плащом — это не особо спасает. Нет, конечно, это предотвратило превращение в ледяную статую, но в остальном заставляет дрожать, кутаться в меха сильнее и выдыхать изо рта горячий пар на окоченевшие руки.
Благодаря массивным шипам, торчащим из хребта костяного дракона, можно усесться так, что встречный поток ветра ни за что не сдует. А так как дракон летит на постоянной высоте, то можно даже не держаться. Слева лениво движутся горы, из-за чего создается впечатление, что они еле-еле летят, но в реальности каждую секунду они преодолевают колоссальное расстояние, а учитывая, что летят напрямую без всяких дорог, то и правда за день могут долететь до острова, где находится источник бессмертия.
То, что скорость полета огромна, Элантира заметила, когда они пролетели от столицы империи до одного крупного города. Между ними было расстояние почти в сто километров, и они преодолели его буквально за полчаса. Неита выжала из дракона все, заставив лететь на максимально возможной скорости. Благо мертвый дракон имел бесконечную выносливость, и устать не мог.