Сага о неудачнике 5 (СИ)

Дышится тяжело, жадно хватаю ртом холодный воздух, но внутри все горит, боль сопровождает каждое движение. Противник бьет быстро и сильно. Даже со всем моим мастерством не получается нормально противостоять Ярхвье. Поначалу я привычно ценой собственных ран попытался достать и его. И у меня получилось рубануть ему бок, оставив широкую рану, но уже через минуту он двигался так, будто раны не было. А вот я получил серьезную рану, и кровоточить она не престала до сих пор.
Я отбил несколько ударов, сделал ложный замах. Ярхвье вскинул меч, чтобы защититься, я же прыгнул вперед. Будь его скорость равна моей, тогда Бог не смог бы увернуться, но у него явно больше четырех сотен тысяч статов ловкости и восприятия, потому он тут же среагировал, я увидел приближающийся меч, резко поднырнул под него и, сделав шаг, оказался перед Ярхвье. Все-таки опыт боев против превосходящих по силам противников дает о себе знать. Я смог заранее просчитать его движения и потому знал, как Ярхвье отреагирует. Меч «заката и рассвета» ударил быстро, но Ярхвье отпрыгнул назад и лезвие лишь разрубило кольчугу, да оставило небольшой порез на ноге.
Бог с хрипом выдохнул, на меня сверху обрушился меч. Его встретил клинок «убийцы тысячи монстров». От звона заложило уши, а мышцы в руке напряглись так, что, кажется, вот-вот порвутся. Я со стоном боли и усталости изменил угол меча. Вражеский клинок скользнул по лезвию и ушел в сторону.
Тут же попытался разорвать дистанцию, но Бог солнца и жизни прыгнул следом, причем использовал в качестве опорной раненую ногу. Точнее, она должна была быть раненой, но я с легким холодком в груди заметил, что раны нет. Только небольшой шрам.
Вражеский клинок метнулся вперед, я в последний миг отклонил голову. Острие проскрежетало по шлему, вскрывая его как нож консервную банку.
— Я вижу в твоих глазах удивление, — произнес Ярхвье. — Но я понимаю в чем дело. Ведь я не устал и не ранен. Дело в том, что в моих легендарных кольцах заложены два таланта. Эти два кольца под названием кольца жизни и духа. В них встроено по таланту. Один на несколько часов увеличивает восстановление выносливости в десять раз, а другой — маны. Так что я почти не устаю во время боя с тобой. Но это еще не все. Я не мечник, как может показаться. Да я владею некоторыми приемами, но уже успел понять, что как фехтовальщик ты лучше меня. Возможно, лучше тебя будут только Хатрам, да Гьерус.
— Ты не мечник? — спросил я, тяжело дыша.
— Все верно. Изначально я целитель. И все мои навыки связаны с целительством. Раны, что ты мне нанес — уже залечились. Каким бы искусным воином ты ни был, какие бы удары не наносил — время на моей стороне. Ты устаешь, получаешь раны, а я же остаюсь полным сил, а полученные раны быстро заживают. Ну что ж, я думаю, что наш бой затянулся. Ты уже порядочно устал, так что пора заканчивать.
Внутри меня все заледенело. Внезапно в голове появилось четкое осознание того, что еще чуть-чуть и мне конец. Бог добьет меня. И я все еще жив лишь потому, что мой противник не мечник, а целитель и его атаки не так искусны и опасны. Будь на месте Ярхвье Гьерус, то я бы уже был убит. Но от этого не легче, потому что так и так мне конец. Впервые в жизни я почти полностью потерял уверенность в победе. Есть только один шанс — отрубить ему голову. Больше никак. Только вот сделать это практически нереально.
«Но я сделаю это». — Мрачно сказал я сам себе. — «Пусть это невозможно, пусть кажется, что у меня нет шансов, но это не повод не попытаться. Малтиан, Неита, Элантира, я знаю, вы все еще живы. Я верю в это. Вас что-то задержало, но вы обязательно вернетесь. Но не беспокойтесь. Пусть мне и придется сражаться с Богом один на один — я не проиграю. Поэтому, когда вернетесь, я встречу вас. Только вернитесь пожалуйста — больше мне ничего не надо».
— Я вижу по твоим глазам, что ты хочешь что-то сказать, Серж. Итак, я слушаю? Хочешь присоединиться к нам? У тебя еще есть шанс. Я приму капитуляцию…
— Ты умрешь.
— Что? — чуть склонив голову на бок, переспросил он.
 
— Ты умрешь. Как это было с теми, что были до тебя, — пообещал я. — Я не должен был выжить в этом мире. Без навыков, без возможности использовать магию, без таланта. Я был невероятно слаб и меня преследовали неудачи. Но я все еще жив. А все, кто хотел убить меня, мертвы. Умрешь и ты.
Бог уже хотел было рассмеяться, но в этот миг наши глаза встретились. В глубине его голубых как океан глаз я увидел страх. Ярхвье, словно не только осознав, что испугался, но и поняв, что это заметил и я, нахмурился, пальцы со скрипом сжали рукоять меча.
— Не жди от меня пощады.
С этими словами он вновь атаковал.
  
Часть 9. Глава 121.
 
Неудачное бессмертие. Часть 1.
Земля дрожит, гром от соударения клинков оглушает всех в округе, ударные волны отбрасывают людей, поднимают в воздух тучи снега.
Мой бой с Богом продолжается.
На теле все больше и больше ран. Меч противника рубит с невероятной силой, но я, вместо того чтобы уклоняться стараюсь в основном отбивать вражеский клинок. И этому есть определенная цель. Понимая, что не смогу не только одолеть его, а даже толком ранить, я перешел к иной тактике — лишить противника оружия.
В очередной раз отбил меч противника, руки с силой стиснули меч, а мышцы вздулись с такой силой, что мне даже почудился треск, словно мышечные волокна стали рваться. Захрипел от боли. Краем глаза посмотрел на вражеский клинок: он покрылся зазубринами. Ярхвье продолжает яростно атаковать, даже не замечая, в каком состоянии его оружие. Как я и думал, у него великий, а не легендарный клинок. Я специально сосредоточился только на отражении атак, чтобы сохранить силы для последнего рывка.
После очередного удара, заблокировав атаку, заметил трещины на клинке врага. Собрав все силы, я резко атаковал. Ярхвье, привыкший к тому, что я все время в обороне не ожидал внезапной атаки, потому не успел уклониться, и пришлось защищаться мечом. Два легендарных клинка обрушились со всей мощью. И пусть встроенный талант «сила бога» перестал действовать — даже так моих сил хватило, чтобы нанести сокрушительный удар. Раздался звон: тонкий, пронзительный, похожий на то, как разбивается стекло. На снег посыпались осколки меча. Ярхвье с удивлением уставился на обломок клинка.
— Время умирать, Бог!
Я атаковал быстро и отчаянно, понимая, что второго такого шанса не будет. Ярхвье среагировал вовремя, начав уклоняться. Я видел в его глазах страх, уверен, что не будь вокруг армии, он бы убежал, но повсюду толчея людей и бежать некуда. Солнце более чем наполовину опустилось за горизонт, из-за чего стало ярко алым, мои мечи в свете лучей выглядят словно две раскаленные полоски металла. Ярхвье отчаянно уклоняется, подставляет наручи под углом, но даже так меч «заката и рассвета», оставляет на них глубокие зарубки.
— Постой, Серж.
— Ну, уж нет! — прохрипел я, усилив натиск.
Бог попытался достать меня ударом ноги, но я быстро среагировал: меч ярко блеснул, Бог вскрикнул, лезвие, разрезав поножи, оставило неглубокую рану чуть выше колена. После этого он даже не пытался контратаковать. Только отбивал удары. Это и неудивительно. Даже то, что он быстрее меня в полтора раза никак не поможет. Без оружия против противника с легендарными клинками — особо не посражаешься. Нет, будь я обычным смертным со статами в 999, то разница в силе была бы в три раза, и тогда он мог бы справиться со мной даже без оружия. Но в нынешних условиях, если он попытается это сделать, то быстро умрет.
Я преследовал его, атаковал стремительно, налетая подобно ястребу, не давая и секунды передышки. Сейчас или никогда, пока у меня не исчерпались остатки выносливости. В последний миг заметил, как слева появился паладин.
— Не смей покушаться на Бога, нечестивец! — прокричал он.
Блестя мифриловыми доспехами и держа в руках двуручный меч из адамантия, он набросился на меня. Парень неплох, движется быстро и профессионально. Он где-то на уровне охотника второго ранга с тремя-четырьмя звездами, но естественно для меня он не противник.