Его Уязвимость (СИ)

– Катенька, вы просто чудо, куда я смотрел, когда искал себе помощника?! – улыбается Вадим Анатольевич, глава отдела внешнеэкономических связей.
Приятный мужчина за сорок, образованный и весьма тактичный, лучится радушием, только вот продолжение фразы заставляет улыбку застыть на моих губах:
– После отъезда Димитрия Ивановича я рассмотрю вашу кандидатуру.
Да, Катя, все временно, ты знаешь...
– У вас прекрасное знание языка, просто удивительные данные. Говорите абсолютно без акцента и схватываете на лету. Выдерживать такой темп работы не каждый умудренный опытом сотрудник может.
В этот момент Димитрий заканчивает что-то писать в своем блокноте и поднимается с места, тем самым завершая мой разговор с Вадимом Анатольевичем, который, почтительно улыбнувшись биг боссу, ретируется.
– Подними документацию по цехам, сводки и отчеты. Хочу проверить цифры по сегодняшнему отчету.
Приказывает босс и я покидаю кабинет.
Стоит засесть за компьютер, как вливаюсь в поток работы нон-стоп. 
Димитрий редкостный трудоголик и педант.
Завод вскрывает, как улей, и каждому ясно, что босс взялся за нас со всей серьезностью.
– Добрый день, Катерина Владимировна.
Отрываюсь от экрана и здороваюсь с Марком.
Этот сухопарый мужчина средних лет с блеклым отстраненным лицом напоминает машину, обученную исполнять все команды хозяина. Не знаю почему, но от него у меня мороз по коже.
– Я к Димитрию Ивановичу, он ждет, – тактично ставит меня в известность мужчина, и направляется в кабинет магната.
Облегченно выдыхаю, как референт Кацая перевожу документы, но все же основные дела ведет Марк.
Поначалу он мне казался каким-то хрупким и незаметным рядом с боссом, однако немного контактируя с этим типом, начинаю замечать то, чему не придала особого значения изначально.
Блеклые, равнодушные, рыбьи глаза Марка очень цепкие. Когда смотришь на такого, возникает ассоциация с верным псом. Стоит только отдать приказ – “растерзать”, как он не моргнув глазом примется исполнять волю босса.
Этот человек подмечает абсолютно все. И я склонна думать, что знание языка и опыт делает его правой рукой Каца. 
Именно он владеет абсолютно всей информацией.
Не я.
И для меня этот фактор служит неким послаблением в глазах остальных.
Я всего лишь референт и, надеюсь, это учтет также и Олег Петрович…
У моего шефа железная хватка и то, как он изучает все материалы, документы… я теперь понимаю, почему его так боятся.
Жесткость. Бескомпромиссность решений. Безэмоциональность и коварство.
Кац беспринципен, для него главное – это достижение его целей, а пути и дороги, которыми он придет к намеченной вершине, его не интересуют.
Так я его ощущаю.
На заседаниях, таких, как сегодня, Димитрий сама непоколебимость. Его просто невозможно вывести из себя.
А вот он сильно давит на весь руководящий состав.
От него после заседаний народ практически поседевшим выходит.
Понимаю опасения Олега Петровича.
Если ему есть что скрывать, то магнат не тот человек, которого можно провести.
Гюрза принялась разворашивать то, что не трогали годами. Что-то мне подсказывает, что играть против Каца – смерти подобно.
Вздрагиваю, когда на мой стол шлепается папка с документами.
– Елецкая, Олег Петрович передал на подписание, – отрываюсь от монитора и встречаюсь со злым темным взглядом Романовой.
– Хорошо, оставь, пожалуйста, занесу к главному со всей остальной документацией чуть позже.
Эффектная женщина с яркой помадой сливового оттенка продолжает смотреть на меня враждебно, не мигая.
– Ну и как тебе на месте помощницы Димитрия Ивановича? – выплевывает как-то мерзко. – По всем параметрам удовлетворяешь босса?
Приглядывается ко мне, губы-вареники сжимает.
Вдоль позвоночника проходит неприятный холодок, сигнализирующий об опасности. Именно Нина должна была стать помощницей Каца…
– Все хорошо, привыкаю к должности, – отвечаю как можно более спокойно, на конфронтацию стараюсь не идти.
 
– Нравится быть его личной… эм… как бы слово подобрать “правильное”, ну, скажем, помощницей?
Леденею, рука прирастает к мышке. Понимаю значение выражения “кровь в жилах стынет”.
 А секретарша Петровича, кажется, входит в раж, наседая:
– Больно ты важничать стала, Елецкая, а по факту… Жить в открытую с боссом в его особняке, неужели веришь, что ты не разовая? Надеешься, когда олигарх закончит здесь реорганизацию и свалит в свою Америку, не забудет прихватить свою провинциальную подстилку?! Ты хоть представляешь, что ждет тебя потом?!
Романова бьет наотмашь, словно зная куда и с каким давлением пулять свои ядовитые дротики.
Думала ли я, что будет со мной после отъезда Димитрия?
Да. Однозначно.
И не самые радужные картины открываются. Вопрос даже не в том, что меня захочет сжить со свету сам Петрович из-за того, что стукачом я априори не могу быть, а ситуация усложняется еще и вот из-за таких вот Нин.
Мне не так много лет. Но жизнь научила кое-чему – когда ты падаешь, некоторым это в кайф.
Вот и Романовой в радость моя растерянность.
“Соберись, Катя, каждая твоя эмоция – ее победа, не поддавайся”, – нашептывает внутренний голос.
Все же Димитрий великолепный учитель и кое-что я, кажется, начала перенимать у биг босса...
Сглатываю едкий ком.
Смотрю в лицо, отшлифованное филлерами. Красивая ведь баба. Эффектная. А злости и зависти нет края да берега.
Чем ядовитее слова, тем очевиднее для меня, насколько я на верном пути.
Изначально я была совершенно права, считая, что остальные референты восприняли меня в штыки.
Романова решила начать травлю, прямо сейчас методично пытаясь указать мне на мое место подстилки богатого мужика.
Вызов принят.
– Пусть вопрос моего будущего, Нина Витальевна, вас не беспокоит. Как бы у меня ни сложилось в дальнейшем, иметь в резюме пометку, что являлась личной помощницей одного из топовых бизнесменов мирового уровня, согласитесь, госпожа Романова, дорогого стоит.
Улыбаюсь нейтрально.
Никто не ожидал, что мышка может за себя постоять?!
Пора показывать, что я тоже когти имею.
Лицо собеседницы багровеет.
– Как он мог выбрать тебя?! Ни стиля, ни вкуса! Одни балахоны чего стоят! Одета, как на поминки, ей-богу. Неужели спишь с ним?! – давит в ожидании ответов.
Как же ее приложило, однако.
– Если очень интересно, Димитрий Иванович у себя. Можете записаться на аудиенцию и лично у него спросить, почему он предпочел меня...
Растягиваю губы. Щеки уже сводит.
Раз меня считают расчетливой стервой, я могу ею и побыть в чужих глазах.
Удар достигает цели и Романова бледнеет.
Мама всегда напутствовала:
Катенька, не осуждай, не порицай. Поставь себя на чужое место. Кто знает, как бы ты сама поступила, если бы у тебя складывалось так же…
Не права была мама. Не всегда обстоятельства заставляют человека стать тварью. 
Иногда – это просто характер. Порой просто выбор.
Ну или путь наименьшего сопротивления.
Да и права Нина во многом. Я сама не знаю, “почему” и “зачем” нужна Кацу.
Не найдясь с ответом, Романова, бросив в мою сторону ненавидящий взгляд, вылетает пробкой из кабинета.  
А я выдыхаю, сдуваюсь. Прячу лицо в ладошках.
Многие уверены, что я для босса не просто секретарь. Я живу в особняке магната. Слухи и до меня доходят. Девчонки из бухгалтерии предупредили.
Сотрудники уже и ставки ставят.
Есть два фронта. Кто-то говорит, что я сплю с боссом, но большинство уверено, что на такую простушку, как я, Димитрий не взглянет.
Романова знает больше. Она сама на это место метила и явно хотела познакомиться с боссом и в горизонтальной плоскости.
Теперь вот бесится, считая меня подстилкой.