Фею не драконить! (СИ)

— Но тот парень, что приносил нам обед. Он сказал, что у его матери восемнадцать детей. И он четвертый сын.
— Верно. Но его матери удалось родить столько детей за всю ее долгую жизнь. Она сейчас уже старуха. Ее последний ребенок родился, когда ей было гораздо больше полувека. Если бы не шаманка, не выносила бы. Эта женщина ничего больше не делала, только пополняла род и воспитывала детей. И ей повезло. Такие плодовитые мужчины, как достался ей, — редкость. Печальная особенность нашего места.
— Вырождаетесь? — тихо уточнила я.
— Вырождаемся, — согласилась амазонка. — Нет свежей крови. Нет нового семени. Женщины не могут забеременеть, даже если есть от кого. Те мужчины, которые здесь поживут несколько лет, тоже не могут больше размножаться. За свежую кровь готовы сражаться.
Мы с Ирденом переглянулись. Вот уж попали мы в местечко.
— И вы надеетесь, что я помогу вам. Но чем? Помочь выбраться? Переехать в другие края?
— Это не в моей компетенции, светлая госпожа. Ее величество знает. Только с ней можно обсуждать.
— А затем мусин затаскиваете? Вы зе списиально улаган делаете? — подала голос Зараза.
— Не только мужчин, — без тени улыбки ответила Амалия. — Кого повезет. Животных. Птиц. Путников. Растения. Иногда караваны попадаются с товарами. Мы в основном все делаем сами, но образцы было бы неплохо…
Город закончился, дальше простирались лес и возделанные поля. Совсем вдали — горы. Правда, при взгляде на них возникало странное чувство, будто они нарисованные.
  
Глава 10
 
Ужинали мы с королевой вдвоем.
Я думала, она сразу начнет вести разговор о том, что именно им требуется от светлой феи, но нет. Шла обычная застольная беседа. Рогнеда попросила рассказать о том, как проходит жизнь в большом мире. Нюансы бытования в разных королевствах, есть ли отличия, чем занимаются мужчины и женщины, о магии, о видах разумных, об образовании, о светских развлечениях.
— Разве вы всего этого не знаете? К вам ведь регулярно попадают путешественники.
— Они редко бывают образованными, еще реже принадлежат к высшему или среднему сословию. Наемники, крестьяне, изредка мастеровые, отправляющиеся в другой город, иногда купцы.
Я кивнула, а потом прямо задала вопрос, который не давал мне покоя с момента прогулки:
— Через какой срок проживания в ваших землях у мужчин начинают снижаться репродуктивные способности? Насколько пребывание тут вредно для них?
Рогнеда помолчала, перекатывая в пальцах виноградинку. Едва заметно поморщилась, отвечать ей не хотелось. Но вероятно, она решила быть откровенной, раз уж надеется на мое содействие.
— Для пришлых из большого мира — неделя, максимум две. Потом они заболевают лихорадкой. После выздоровления ситуация становится нестабильной, как повезет и насколько силен мужчина. У рожденных здесь мальчиков — иммунитет.
— А в чем проблема, вы пытались выяснять? Вода? Воздух? Солнечное излучение? Магические аномалии?
— Мы не смогли определить причины. Мы не маги, в прямом смысле этого слов, Терезия. У нас шаманы, управление духами природы, заговоры, наговоры. Стихии нам не подчиняются, мы не можем творить магию заклинаниями.
— Как орки.
— Как орки, — согласилась королева. — Мы и есть орки. Орочьи женщины, которые однажды ушли искать другую жизнь, устав от крови, войн и бессмысленной жестокости. Мы хотели мира, потому что не желали больше хоронить мужей, братьев и сыновей. Нас никто не услышал. Наши мужчины жаждали крови и добычи. И тогда сильные здоровые молодые женщины пяти племен взяли свои судьбы в свои руки и ушли. Мы забрали оружие, все необходимое для выживания, запас пищи и маленьких детей, которые еще толком ничего понимали. Вела нас древняя старуха, ослепшая шаманка, потерявшая связь с миром реальным, но продолжавшая видеть духи предков и природы. А феи тогда были крылаты.
— Это было так давно, что о вас никто не помнит. Вы стали сказками, легендами. То ли были, то ли нет. А мир с тех пор изменился. И племена орков тоже.
  
— Я заметила, — тонко улыбнулась Рогнеда. — Вождь племени — женщина, бескрылая фея. Такое было невозможно в те годы, когда мои предки покинули свои племена и привычную жизнь.
Я открыла рот, чтобы сообщить, что я не фея, а человек, но… промолчала. Драконы и горгулья меня так активно убеждали в моем фействе, что я уже и сама начала сомневаться в себе. Вероятно, это не так невозможно, как я думала. И феями действительно не рождаются. Иногда.
Мы помолчали. Потом я задумчиво протянула:
— Значит, неделя… А сколько тут всего пробыл Эдгар?
Рогнеда замерла, покосилась на меня растерянно и виновато.
— Чуть больше месяца.
— Хм-м… Проблемка…
— Прости, Терезия, — развела руками моя собеседница.
— Он тоже заболел? Через неделю? Две? Как протекала лихорадка?
— В легкой форме. Недомогание, скорее, чем привычная форма лихорадки. Вероятно, потому что он дракон, особенная магия и огонь внутри. Я полагаю, что его способности воспроизводить потомство сохранились. Но, возможно, потребуется время, чтобы восстановить их в прежнему виде.
— То есть Ирдену тут тоже грозит лихорадка. Как и всем моим остальным мужчинам.
— Мне жаль, но изменить это я не в силах, — ответила мне королева амазонок.
Сразу после ужина я ушла в выделенную мне комнату. Проводила незнакомая мне девушка. Я была напряжена, выдержку удавалось сохранять с трудом. Ситуация, и так весьма странная, требовала немедленно решения.
— Клара, ты чего такая взъерошенная? — лениво спросил Ирден, лежавший на кровати с толстой книгой в руках.
— А потому, что ты, вполне вероятно, можешь остаться без племянников, а твои родители без внуков! — решила я не тянуть. — Мужчины, пожив тут более недели, сначала болеют местной лихорадкой, потом выздоравливают, но вот с возможностью заиметь в будущем потомство у них начинаются проблемы. Так что у нас большое «ой».
— И срок менее недели, — сел ровно дракон.
— Да. Твой брат тоже уже болел этой лихорадкой, перенес в легкой форме, возможно потому, что у него в крови огонь. Короче, орков надо отсюда немедленно выдворять. Я не готова портить генофонд вверенного мне племени.
Я поискала взглядом свою сумку. Вытащила блокнот и быстро набросала вестника Заразе. Искать ее по ночному дворцу в мои планы не входило.
«Наши мужчины под угрозой. Через неделю у них начнется лихорадка, потом детей не будет. Младший дракономуж уже болел. План 'А».
— Что за план «А»? — заглянул через мое плечо Ирден.
— Избавиться от орков.
— И давно он у тебя?
— Со дня свадьбы в храме и обретения мною топора вождя. Но Зараза к нему подключилась позднее.
Тут раздался тихий стук в дверь. Мы с Ирденом переглянулись, и я едва слышным шепотом ему пояснила свою задумку.
— Впускаю Заразу. Открываю переход. Вышвыривай их по одному.
— Есть, моя госпожа! — приложил ладонь к сердцу, широко улыбнулся и поклонился дракон.
— Хм, а в этом что-то есть… — пробормотала я. Мне понравилось, как звучит из его уст «моя госпожа».
Я приоткрыла дверь, выглянув, обнаружила в коридоре всю свою зеленую банду. Предводительствовала розовая горгулья.
— Зараза, ты первая, — велела я. — Остальным входить строго по одному, в обратном порядке старшинства и отсутствия детей. Сначала самые младшие и бездетные. У меня к ним есть вопросы. А куда дели охранницу? — дошло до меня, что я не вижу девушку, стоявшую на карауле у моей двери.
— Вылубили, спит, — улыбнулась мне горгулья и подмигнула.
Жуть! Если не привыкнешь к ней, то можно сердечный приступ схлопотать от каждого проявленного дружелюбия.
Орки быстро перестроились. Первым оказался, как и ожидалось, Джерзог, за ним Базето́г, Волиле́к. Диморду́л и Ширкуг встали последними и на некотором расстоянии.
— Зараза, входи.
Нечисть спорхнула с плеча Джерзога, погладив сначала парня по голове. Протиснулась в комнату и радостно обратилась к Ирдену: