Беспощадный босс (ЛП)

— Я просто хочу спокойно умереть. Не думаю, что это возможно, пока не узнаю, что с моим сыном все будет хорошо. — Она глубоко выдыхает, и ее узкие ребра сдуваются при этом движении.
Я сдерживаю слезы, думая о сестре и сожалею о том, что мы упустили время, все моменты, все возможности дружить и заботиться друг о друге, которые были просто украдены.
— И конечно, я выплачу вам справедливую компенсацию. Могу помочь вам расплатиться с долгами или сделать хороший сберегательный счет, чтобы вы могли жить так, как вам хочется. Просто в благодарность за то, что вы тратите время и силы на то, чтобы присматривать за ним и сообщать мне, если он кого-то встретил, или просто как он живет в целом. — Она грустно улыбается мне.
— Ну, я всего лишь его личный помощник, так что не посвящена во все подробности его жизни. — Я поднимаю оба плеча, но она бросает на меня взгляд, который говорит мне, что она знает лучше.
— Я знаю, за что отвечают личные помощники, и не сомневаюсь, что вы управляете каждой частью его повседневной жизни. Я уверена, что вы уже заботитесь о нем всеми возможными способами, и очень ценю это. Ему нужна любая помощь, которую он может получить.
Когда она произносит эти слова, я не могу не вздрогнуть. В курсе ли она? Она никак не может знать. Рико не стал бы ей рассказывать. Никто, кроме нас двоих, не знает. Может быть, это материнская интуиция, как моя мама знала, что я встретила кого-то, как только мои чувства к Рико начали углубляться.
Она поворачивается в мою сторону.
— Что скажешь? Могу ли я рассчитывать на то, что ты поможешь пожилой женщине спокойно умереть, зная, что с ее сыном все будет в порядке, когда ее не станет? Или нам нужно сначала обсудить цифры? Я не против.
Я быстро качаю головой; дело не в деньгах — хотя мне бы очень хотелось иметь возможность начать свои сбережения, — а в том, что моя интуиция предупреждает о том, что нельзя обсуждать Рико за его спиной.
Я уже знаю, что в его книге это строгое «нет-нет-нет». Но он ни разу не упомянул о своей матери. Он не знает, что у его матери рак, что она умирает или что она хочет знать, что с ним все в порядке, прежде чем она уйдет из жизни.
Это один из тех случаев, когда нарушение правил было бы правильным поступком? И насколько я должна быть обеспокоена, что она сказала, будто он не будет против, если она поговорит о нем с матерью, если узнает?
Все родители совершают ошибки при воспитании своих детей. Могла ли она действительно сделать что-то настолько плохое, что стоило бы потерять ее до того, как она принесет свои извинения, а он получит шанс простить ее?
— Кстати, меня зовут Грейс. — Женщина протягивает руку для пожатия, и я осторожно сжимаю ее.
— Сандра, но вы это уже знаете.
Я произношу эти слова с улыбкой, продолжая внутренне бороться с тем, что мне делать.
Заслуживает ли его мать информации, необходимой ей для спокойной смерти?
Заслуживает ли она эту информацию больше, чем Рико заслуживает свою личную жизнь?
Имеют ли значение причины, по которым он перестал общаться с матерью?
И смогу ли я простить себя, если не вмешаюсь и не сделаю что-то в ситуации, когда человек, который мне дорог, может принять решение, о котором будет жалеть вечно?
Глава 14
Рико
Я смотрю на сообщение, которое отправил ей.
Нам нужно поговорить. Ты можешь приехать ко мне?
Это будет первый раз, когда она придет ко мне. Не потому, что я не хотел ее видеть не потому, что не приглашал ее, а потому, что до сих пор она не принимала моего приглашения. И, возможно, не примет его и в этот раз.
Насколько знаю, она может на самом деле ненавидеть меня, как я и опасался в конце нашей последней встречи. За последние пару дней, с тех пор как мы совершили этот поступок, она не изменила своего отношения ко мне и не вела себя странно со мной. Она такая же, как обычно, и это почему-то беспокоит меня еще больше. Почему она не злится на меня?
Конечно. Буду у тебя в десять.
Ее сообщение приходит на мой телефон, и я думаю, не отправить ли ей адрес. И понимаю, что, конечно же, нет. У нее есть доступ ко всей моей личной информации — информации, которую я ей доверил, не заботясь о том, что она может с ней сделать.
  
Десять минут спустя я открываю перед ней входную дверь, и она улыбается мне. Я не уверен, что ожидал: будет ли удивлена моим появлением или захочет с любопытством оглядеться вокруг, но вместо этого она переступает порог, как всегда, грациозно и изящно. Мне нравится в ней то, что ей удается выглядеть комфортно, где бы она ни находилась и что бы ни делала. Здесь она выглядит уместнее, чем в клубе «Ред».
— О чем нам нужно поговорить? — Она идет со мной по мраморному коридору к моим удобным ультрасовременным диванам.
— Мы не обсуждали, что между нами произошло. Я хочу убедиться, что это не повлияет на наши рабочие отношения. — Не знаю, что сказать, потому что она дала мне так мало информации для раздумий. Я не уверен, злится ли она, расстроена или делает вид, что ничего не произошло, но мне нужно знать, что у нее на уме. Мы садимся на диван, и я поворачиваю свое тело в ее сторону, чтобы показать, что все мое внимание принадлежит ей, — и она делает так же.
Она моргает, ее улыбка слегка угасает, но затем возвращается в полную силу.
— Что тут обсуждать? Мы оба взрослые люди, принявшие взрослое решение, и так получилось, что мы работаем вместе, но эти две вещи не связаны между собой. — Как только она произносит эти слова, я совмещаю их с тем, что говорит мне ее выражение лица, и понимаю, она беспокоится о том, что это повлияет на ее работу.
— Твоя работа этого не касается, независимо от того, что происходит за ее пределами. — Я хочу как можно быстрее развеять эти страхи, но при этом рассказать о том, что мы сделали. Успокаивая ее, я вижу облегчение в ее глазах.
— Этот груз с моих плеч упал. Спасибо. — В ее лице есть что-то такое прекрасное. Мне хочется протянуть руку и прикоснуться к ней, но я знаю, что лучше этого не делать.
— Рад, что успокоил тебя. — Вести этот разговор гораздо сложнее, чем я себе это представлял. — Я хотел проверить, как ты себя чувствуешь и как относишься ко всему, что произошло между нами.
Она выглядит смущенной, но затем ее выражение лица проясняется.
— О, если ты беспокоишься, что я собираюсь выдвинуть против тебя обвинения в сексуальных домогательствах, то это не так. У меня нет желания ссориться с тобой по любой мелочи. Как уже сказала, мы оба приняли взрослое решение. Я не собираюсь винить тебя за то, что мы сделали.
Меня что-то беспокоит, но не могу понять, что именно.
— А то, что ты была девственницей? — Ее губы приоткрываются, и она удивленно смотрит на меня.
— Я тебе этого не говорила.
Я поднимаю плечи.
— У меня свой способ узнавать информацию. Я знаю, что в первые разы некоторые женщины становятся… привязанными, поэтому хотел посмотреть, на каком этапе ты находишься. — Хотя я не любитель лезть на рожон, мне важно знать, что с ней все в порядке.
Ее щеки розовеют.
— Если ты беспокоишься, что я безумно в тебя влюблена и буду умолять тебя сделать предложение, то этого не произойдет. Ты мне нравишься, Рико. Я доверяю тебе. Ты меня привлекаешь, но не более того. — Когда она произносит эти слова, ее взгляд падает на мои губы, и я чувствую, что она думает о том, чтобы поцеловать меня.
Но я опережаю ее: желание бьет по моим венам, как молния. Прижавшись к ее губам, я чувствую, как она тает, когда прижимаюсь к ее щеке и притягиваю ее к себе. Поцелуй нежный, сладкий, невинный, и она прижимается ко мне, как будто я — порт в шторм, а она отчаянно нуждается в контакте и поддержке.
Поцелуй переполнен эмоциями, вызванными прошлыми днями сдерживания и настоящим, но в нем также заложен огромный потенциал для будущего. Я чувствую это по тому, как ее пальцы сжимают мою рубашку, притягивая меня ближе, по тому, как вздрагивает ее тело, когда я просовываю свой язык глубоко в ее рот и провожу рукой по ее шее, чтобы поцеловать. Желание проникает в меня, сильно и быстро.