Джейсон (др. перевод) (ЛП)

Натаниэль закричал, его тело дернулось, руки и ноги напряглись, натягивая веревки, что держали его. Мускулы на его руках и груди набухли, пока он боролся с веревками и оргазм заставил его откинуть назад голову, выгнуться дугой и получилось так, что его тело находилось в полу-стоячем положении — насколько позволяли веревки и мое тело.
Он опустился на кровать и я упала на него сверху, ощущая безумный ритм наших сердец. Будто я лежу сверху на воде, состоящей из барабанной дроби его сердца, пульса его тела и между ударами погружаюсь вглубь. Щиты между нами исчезли и внезапно я почувствовала, что мои запястья и лодыжки связаны, волосы лежат на лице, но на ощупь они ощущались более твердыми, чем волосы Натаниэля и локоны естественно не ощущались прямыми. Я почувствовала собственные волосы, падающие на его лицо. Я чувствовала «себя» в ее теле, постепенно становившимся мягким, последствия оргазма помогли всему «смягчиться» и растаять, будто постоянно присутствующее напряжение наконец ушло и можно было полностью расслабиться.
Не знаю, что Натаниэль почувствовал с моей стороны в эти несколько моментов «скрещивания», но я достаточно подняла голову, чтобы почувствовать, как завитки прошлись по лицу и убрались с моих волос, будто я одновременно смотрела снизу на себя и сверху на него. Ощущалось это, как быть в двух местах одновременно и затем я возвратилась в себя назад и уже один Натаниэль смотрел на меня, моргая. Хотела бы я знать, смотрелась ли я также испуганно как он. Я ощутила, что он ощущал — потрясающее удовлетворение и счастье, и знала, что от меня он получил то же. Как сказал мне Жан-Клод, что после секса я обычно о чем-то думаю — в этот раз нет. Это был один из немногих случаев, когда мои мысли унялись, успокоились; это было сродни медитации. Не удивительно, что мне нравится секс.
Мы уставились друг на друга.
— Вау, — прошептала я.
Он улыбнулся.
— Навсегда, — прошептал он в ответ.
Я тоже улыбнулась.
— Навсегда.
Это был один из тех магически-романтических моментов, но в комнате мы были не одни, были и другие пары, которые еще не получили свои романтические моменты. Джей-Джей сказала.
— Джейсон, иди сюда.
Она протянула навстречу ему руки. Он пополз по кровати по направлению к ней, в движениях присутствовали характерные покачивания и со стороны казалось, что у него есть мускулы и позвонки там, где у обычных людей их нет.
— Развяжи меня, — сказал Натаниэль, — хочу тебя обнять.
— Я бы с удовольствием, но нижняя часть моего тела сейчас отказывается работать.
Он улыбнулся, весьма довольный проделанной работой.
Джейсон сменил направление движения и двинулся к веревке, которая была вокруг правой лодыжки Натаниэля.
— Займись его запястьями, — сказал он.
— Мне нравиться мысль, что пока мы будем трахаться, он будет связан, — сказала она.
Джейсон замер в процессе развязывания и затем рассмеялся.
— Если долго быть связанным, то можно заработать мышечные судороги или просто в конце концов замерзнуть.
— Эх, ну тогда ладно, — сказала она.
— О чем ты думаешь? — спросил Джейсон и я знала, что он говорит не со мной и не с Натаниэлем.
— Честно? — спросила она.
— Да, — ответил он.
Я повернула голову на груди Натаниэля, чтобы увидеть их, но смогла разглядеть только лицо Джей-Джей и спину Джейсона. Чтобы он не увидел на ее лице, я этого понять не смогла; я не достаточно хорошо ее знала, чтобы читать по лицу.
— Что? — прошептал Натаниэль.
— Не уверена, — прошептала я в ответ.
— Извиняюсь, что прервала групповой секс. Я уже и забыла, насколько мне нравится просто наблюдать.
— Ты предпочитаешь наблюдение сексу? — спросил он.
— Я очень возбудилась от всего, что увидела, сделала, это было просто потрясающе и сейчас я хочу, нуждаюсь в сексе.
— Я тоже, — сказал Джейсон, — но...
И он оставил предложение недосказанным, чтобы она могла продолжить.
— Но, — продолжила она, немного улыбнувшись, — мне жаль, что Натаниэль и Анита уже закончили.
Натаниэль повернул к ней голову.
— Мы закончим, когда сами того захотим.
  
— Что ты имеешь в виду? — спросила она.
— Он может кончить много раз, — пояснил Джейсон и на его лице не было ни следа зависти, просто констатация факта.
Она немножко удивилась.
— Серьезно?
— Серьезно, — ответил Джейсон.
— После всего того, что вы с Анитой только что сделали, ты можешь снова, так быстро? — спросила Джей-Джей.
— Развяжите меня и дайте несколько минут подержать Аниту — это все, что понадобится.
Она изучающе посмотрела на него и повернулась ко мне.
— Правда?
— Да, — ответила я.
— Поразительно, особенно для парня, — сказала она.
— Он поразительный, — сказала я и улыбнулась, — и вдвоем они составляют великолепное сочетание.
Джейсон ухмыльнулся мне; Натаниэль повернул ко мне голову и я его поцеловала.
— Я хотела бы понаблюдать за вами троими еще разок, перед тем как разделиться на пары. И я хотела бы остаться с Анитой.
— Тогда нам совершенно нечего будет делать, — сказал Джейсон, — к тому же, если мне придется еще раз наблюдать лесбийскую сцену без непосредственного участия в ней, то я заплачу.
Она засмеялась.
— Значит ты и Натаниэль не, — тут она сделала неопределенное движение рукой, — трогаете друг друга?
Они посмотрели друг на друга.
— Бывает дотрагиваемся в процессе секса, когда нужно поддержать друг друга, — ответил Джейсон.
— Они дают друг другу пять, пока я прихожу в себя, когда особенно довольны проделанной работой, — сказала я.
Джей-Джей рассмеялась.
— Правда?
— И не раз, — ответила я и улыбнулась.
Это очень по-мальчишески и, когда это случилось в первый раз, то практически разрушило все наслаждение от оргазма. Сейчас я уже понимаю, что это тоже самое, что дать друг другу пять. когда выигрывает любимая футбольная команда или в любом другом случае, когда им что-то интересно; так уж случилось, что они оба разделяют увлечения сексом и танцами, у них тут много общего. Если воспринимать секс, как просто очередное хобби — то вышесказанное обретает смысл.
— Натаниэль и я просто лучшие друзья, без интимных отношений.
— Даже не смотря на то, что Натаниэль бисексуален, — сказала она.
— Его бисексуальность никак не влияет на мою сексуальность, — сказал Джейсон.
— Но у тебя же был секс с парнем.
— Я попробовал и мне не понравилось, но даже если бы я был более гибок в сексуальном плане, это не сделало бы нас с Натаниэлем любовниками.
— Почему? — спросила она.
Он снова глянул на Натаниэля. Они долго смотрели друг на друга и именно Натаниэль сказал:
— Невозможно быть лучшими друзьями и одновременно трахать друг друга. Это рушит дружбу.
— Некоторые пары — лучшие друзья, — возразила она.
— Нет, — сказал Натаниэль, — когда такая любовь, настоящими лучшими друзьями быть невозможно.
— Лучшим друзьям принято жаловаться на своих любовников, — сказал Джейсон.
— А если лучший друг и любимый — одно лицо, то так не получится. Именно так все и работает.
Она посмотрела по очереди на них.
— То есть у вас ни разу...
— Нет, — ответил Натаниэль.
— Неа, — поддакнул Джейсон.
— Я никогда не видела двух мужчин, которым бы было так комфортно в обществе друг друга и которые не были бывшими любовниками... Нет, не так, перефразирую, я никогда не видела двух мужчин, которым друг с другом бы было так комфортно, даже если они были бывшими любовниками.
— Если бы мы ими были, нам, скорее всего, не было бы так комфортно, — сказал Натаниэль.
Она кивнула и снова я увидела, как проносятся мысли в ее голове, хотя и не была уверена какие именно. Скорее всего о чем-нибудь в сексуальном плане и/или дружбе, но это только мои догадки.
— Я хотела бы вступить в сексуальный контакт с Анитой, оральный, если она согласна, но, думаю, что нечестно заставлять тебя снова смотреть, деточка, — сказала она, улыбаясь Джейсону.